Гостевая
Роли и фандомы
Нужные персонажи
Хочу к вам

POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » below her mouth


below her mouth

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://i.imgur.com/1qnztXc.png
мы растаяли чувствуешь? вместо сердца — грязная лужа, кипит котел и отплевывает королевские насмешки; несту коробит, трясет, выворачивает; вместо несты — выбоина на асфальте. губы потрескались, вытекла кровь — вытекла вся, ничего не осталось; остатки отдали элейн, ей нужнее; мы растворились, чувствуешь? я в тебе, ты во мне, друг в друге. тепло отменили, прошлую жизнь забрали (новую не надо), ничего не осталось


неста и элейн арчерон, после смерти

[icon]https://i.imgur.com/uCR9GJ3.png[/icon][status]but their lips met[/status]

Отредактировано Nesta Archeron (2019-07-17 23:47:26)

+7

2

девочка просыпается с водой в горле, девочка просыпается без лица и без имени, смотрит бездумно в потолок, пытаясь нащупать имя.
возвращение в сон – это всегда похоже на то, что происходит, когда ее вытаскивают из котла, когда бросают на каменный пол – небрежно.
элейн в детстве, когда у них еще были куклы, и к тем относилась нежнее, всегда укладывала на свое место, перестаньте, им же больно.
себя она находит раз за разом на каменном полу, силясь сделать вдох.
элейн находит к себе ниточку, чтобы потеряться снова.
во сне все ее видения превращаются в кошмар и пытаются выклевать ей глаза, во сне ни тени, ни чужое гостеприимство, ни присутствие сестер не дарят ей укрытия.
однажды элейн пробует отвечать и ее кошмары пытаются вырвать ей язык.
элейн чувствуют себя виноватой.
как сорняк посреди сада,
элейн, под завязку переполненная кошмарами, среди мечтателей.

в этом доме никогда не спят, мучаются, призраки хватают их руками из тумана за лица и пытаются пролезть внутрь.
в этом доме никогда не спят, элейн слышит, как во сне трясет фейру, слышит, как к ней приходит на помощь ее лорд, и слышит, как после они меняются.
когда элейн выглядывает в коридор – темнота не пугает ее по-настоящему, нет ничего, что еще можно было бы с ней делать. все самое страшное уже произошло.
неста говорит, что это смерть.
неста говорит об этом в своих кошмарах, никогда не напрямую.
что у тебя в голове, впусти меня, впусти меня.
однажды в коридоре элейн встречает человека с металлическим глазом, у него нет имени, и переполненная животным каким-то страхом, прячется обратно за дверь. это ощущение, которое продолжает толкать тебя в чужие руки, даже если ты боишься их, даже если ты их вовсе не хочешь - противоестественно. выпустите.
элейн нечем дышать.

в котле было темно и элейн думала, что захлебнется.
но научилась дышать под водой,
чтобы обычный воздух начал жечь ей легкие,
как выкарабкаться из этой темноты.

[indent] openly believing

жизнь в элейн потрясающе яркая, не останавливается, не замолкает ни на секунду.
голос котла следует за ней, куда бы она ни пошла, теплая рука на ее плече – единственное, что реально.
а все остальное.
все остальное в ее голове.
элейн знает и не знает, что говорит загадками.
ей все предельно ясно.
и чужое непонимание больно кусает ее за пальцы, она закусывает щеку изнутри, чувствует кровь,
пусть станет больнее.
что реально?

пожалуйста, запомни меня.
(мы должны были пожениться на следующей неделе, понимаете?)
пожалуйста, запомни меня.
живой.
ведь я себя, я себя совсем не помню, понимаешь?

в дверь несты по привычке хочет скрестись как потерявшийся котенок, если не залиться беспомощным плачем, впусти меня, возьми меня в руки.
а после вспоминает.
ей это больше не нужно.

ни одна дверь меня больше не удержит, стен нет и нет расстояний, я вижу на много миль вперед и даже на изнанку мира, мне хватает глаз, весь мир мои уши и весь мир мои глаза, мои руки, я – оголенный нерв, я кровь этого материя, сама материя, из которого он был создан.
какая стена, какая дверь, какая преграда меня удержит теперь?
я повсюду.

_
no matter what we find there

элейн крадется бесшумно, вода у нее в горле, теплая рука на плече, огромный незнакомый мир в ее голове, элейн смотрит на нее, стоит бесшумно, элейн теперь может двигаться совсем бесшумно,
тянется к теплу до тех пор, пока вся в огонь не обломится и даже когда это случится – пусть.
(элейн, кажется, не выходила из комнаты много дней.
но разве ей нужно выходить из комнаты для того, чтобы быть везде?
мир так огромен, элейн боится, что эта хрупкая оболочка не выдержит его величия.
и не боится.
ловит лицом ветер с запада сквозь открытое окно.
а хочешь, я уйду вместе с ним?)

неста говорит это смерть и это хуже смерти, элейн шепчет отчаянно, пытаясь забиться к ней в руки, - но послушай, послушай, мы ведь остались живы.
элейн не может объяснить, слова не складываются, слова не идут в ее неуклюжие руки, камнями, неповоротливыми, голыми, перекатываются на языке.
элейн смотрит сестре в глаза, ей чертовски хочется, так отчаянно хочется.. ловит несту за руку, хочет верить, хочет думать, что глаза у нее ясные, обманывает себя, а еще больше обманывает несту.
(мне от вашего беспокойства туманно и я не могу найти дорогу обратно, не беспокойтесь обо мне, не тревожьтесь ни одного дня. хочет сказать. и теряется на половине дороги к словам.)
- холодно, - сообщает элейн встревоженным шепотом, - там.. там ведь уже не может быть холодно. правда? там уже никак.

неста из просто красивой становится прекрасной, элейн режется о черты ее лица, но продолжает отважно удерживать взгляд, заметь меня, заметь меня, пожалуйста. не уходи, не гони меня.
элейн сжимает ее руку, прижимает к груди, элейн любит несту так сильно, и никак не может, никак не может до нее дотянуться, и руку держит, и за лицо цепляется взглядом, но их здесь нет.
элейн, если честно, совсем не против побыть для них безумной.
если бы не так страшно засыпать.
если бы не трещало по швам это новое тело, пытаясь вместить в себя целый мир.

come back in through the eyes there

[status]fire in the water[/status][icon]https://i.imgur.com/ihSEC6O.png[/icon][sign]nobody should see this. [indent] [/sign]

+4

3

усталость наваливалась разом: сначала все выжгли (неста горела, кожа слезала лохмотьями, глаза отблескивали влагой — вида не подавала, руки тоже), потом утопили (неста сопротивлялась, брыкалась, задерживала дыхание — в ней силы было немерено, злости — еще больше), а после выкинули за порог и оставили ни с чем; раньше было жарко, а сейчас постоянно мерзнут длинные ноги, тонкие руки — новое тело такое неудобное, под одеялами не прогревается. элейн к ней больше не приходит (неста думает, что сейчас и не открыла бы) (кассиану приходится — иначе он выломает дверь, у нее будет гулять сквозняк и болеть голова), фейра не ложится рядом, не греет — ничто не греет; неста думает, что тогда фейра делала это ради элейн и себя — неприятно, как пересохшая глотка на утро. неста могла бы набрать ванну, чтобы согреться, но на самом деле не могла бы — ей страшно. раньше неста никогда не боялась, раньше бы неста боролась; сейчас — устала быть. новые руки тяжелеют с каждым пережитым днем, после того как из котла вывалилась вынырнула сбежала (глупая, тебе некуда больше идти) перестать тонуть не выходит;

губы на холоде синеют и пересыхают, от очередной выпитой бутылки вина кажется, что потерянные силы нашлись — может их хватит на то, чтобы справиться с собой хотя бы сегодня? кажется, что фэец напротив сможет согреть ее постель. у него глаза зеленые, но несте упорно мерещатся другие — карие, как у элейн, золотые, как у фейры; чем меньше он похож на кого-то еще, тем лучше. знакомые лица возвращают: в тронный зал, в котел, в воду; кажется, что яростно, злобно, холодно, но на самом деле никак.
[indent] ЗДЕСЬ БЫЛО КЛАДБИЩЕ
у элейн под пальцами распускаются розы, к ногам фейры звезды ложатся сами и целуют лодыжки, дарят замки — у несты нет ничего, что было бы для нее лично. неста позволяет каждому следующему фэйцу все меньше — первый мог ее целовать, нынешнему она свяжет руки за спиной и забудет развязать после того, как все закончится; когда-то горел огонь в глазах, а сейчас даже в камине зажечь не получается — дрова отсырели, спички вымокли; несте без разницы, она смерзлась до точки, из которой не вернуться. фейра приходила вчера и высушила без спроса — пришлось заливать водой; устали новые руки (верните старые),
все, отчего-то, молчат и не видят.

под босыми ногами каменный пол словно лёд, словно замерзшее озеро — отражение не зеркалит мокрого платья, неста и так знает, как выглядит; от кошмаров уйти далеко по такому полу не получается, неста сжимает простынь, грубая ткань мнется бумагой, пахнет вчерашним удовольствием, позавчерашним завтраком, чем-то еще давним и забытым. ее новое платье запачкалось еще на прошлой неделе — неста пролила вино на подол, но другой одежды нет; ей наплевать, а когда-то было бы брезгливо.
[indent] И НЕКОТОРЫЕ МОГИЛЫ НАХОДЯТСЯ В ТОЧНОСТИ ПОД ДОМАМИ НЕКОТОРЫХ ЖИЛЬЦОВ
во сне крылья кассиана тонкие, как крылья бабочки — элейн бы невесомо дотронулась, как розовый лепесток, и ничего не случилось бы, неста тянет руки (ты обещал, кассиан), и от ее дыхания крылья обугливаются, сворачиваются, тают (ты обещал мне), от ее рук — рассыпаются в пепел; неста не умеет плакать, лицо (прекрасное, вечное) морщится, стекает в кровавую лужу, элейн в ней тонет и ей помочь не выходит. ночью неста просыпается от безнадежности, утром встает от злости, вечером пьет от одиночества; когда нужно было быть сильной — неста оказалась слабой: не всплыла, не спасла, ничего не сделала.
раньше была гордость, а потом ее вылили и в несте оказалось пусто; все разочаровано отворачивают лица словно всегда это видели, но неста знает, что так не было — она была цельной, пока была человеком
она была, а сейчас перестала.

в груди ничего нет и биться нечему; грязная посуда пахнет предательством, игнорированием, стыдом. стыд у несты отобрали, как новорожденного котенка, и спрятали под водой. если хочешь хоть что-то почувстовать, то придется встать в ванну, неста, лечь в ванну, в воду, лечь в воду; от ужаса сводит горло, ей не хочется. месяцы утекали сквозь пальцы, неста пыталась себя побороть, но не получалось; никто не видел, никто не смотрел, никто не помог. ей и не нужно.
[indent] ТАК ОБРАЗУЕТСЯ ПОЛОСТЬ КУДА ПРОСАЧИВАЕТСЯ ВОДА
от взгляда на элейн в дверях (неста медленно поворачивала четыре замка, ждала кассиана, натягивала на лицо эмоции) чувствуешь неудобство; грязная посуда и проеденное молью кресло не беспокоили, но перед сестрой неудобно (перед фейрой не было). у груди элейн тепло, руки у нее мягкие, нежные и с ободком черной грязи — неста думает, что это здорово, что элейн возвращается к нормальности, думает, что и она ей тоже не нужна, что сестра приходит по инерции. неста открывает рот, чтобы сказать хоть что-то, но слова упали на грязный пол раньше, чем прозвучали; неста молчит, неста часто молчит и сказать нечего, из глаз вынимает по острому ножу, чтобы элейн не порезать.

— холодно, — голос хрипнет, звучит скрипучей дверью, табуреткой, потрескивающими дровами в камине (хрустом ломающейся шеи, костей, костей, понимаете? потушите, замолчите). — можешь пройти, если хочешь, — мне нужно закрыть четыре замка.[icon]https://i.imgur.com/uCR9GJ3.png[/icon][status]there is nothing left[/status]

Отредактировано Nesta Archeron (2019-07-18 19:34:30)

+3

4

элейн приходит ночью, как воровка. ловит ее за руки, жмется и заглядывает в глаза, как потерявшийся котенок. внутренне сжимается под взглядом также, вдруг погонят.
и выдыхает с облегчением, услышав приглашение.
(с элейн всегда соглашаются, потому что споры представляются бесполезными. с элейн соглашаются сначала не желая расстраивать больную, после с элейн соглашаются потому что ей виднее.
элейн соглашается тоже, потому что сил для споров не осталось.)
элейн поднимает на нее глаза, произносит четко, узнает свой голос и замирает внутренне, господи, ты со мной, и ты здесь, ты со мной, моя дорогая.
голос у нее не срывается и не дрожит, не подводит ее.
элейн вспоминает, сначала успевает попробовать воду ногой.
прежде, чем обрушиться.
- спасибо.

ни чистоты, ни души, ни уюта.
неста любила хруст свежих простыней, редко использовала одно полотенце больше одного раза или надевала одно и то же платье.
неста не прикасалась к людям, кажется, потому что те казались ей недостаточно чистыми.
они не были, разумеется, они не были достаточно чистыми для несты.
(неста прикасалась к элейн. и элейн цепляется за ее руку, ее учили – не дотрагивайся до листочков, до лепестков, ты обожжешь их своим прикосновением, твои руки слишком горячи.
твое сердце слишком горячо.
так отчего так холодно?)

[indent] flowers are up in the air

элейн не может уместить мир в собственно теле и себя в кавычках условностей и поведенческих норм, не делает лишних вдохов, понимает, что ей это и не нужно, мгновения – краденые. вымученные.
элейн облизывает, - мне тебе нужно сказать.
и не находит слов.
пахнет вином, пахнет другими живыми существами, а жизнью не пахнет совсем.
мы были почти счастливы,
и кем же мы стали?

элейн хотела бы сказать:
(я хочу до тебя дотронуться, хочу сказать, что я больше не боюсь, посмотри на меня, я хочу, чтобы ты не боялась тоже.
неста не боится.
если только воды. или собственного отражения в зеркале. но кто из нас не боится?
я хочу смыть с тебя это, позволь мне, хочу чтобы мы все проснулись новыми.
я хочу сказать, что когда я не вижу кошмаров, я мечтаю вернуться домой.
а ты? ты не мечтаешь?
я хочу, я хочу, я хочу обнять тебя, я боюсь, я боюсь не тебя, я боюсь того, что с нами стало.
назови меня глупой, назови как угодно, обругай, не молчи так.)

элейн задыхается, спотыкается на полуслове, умести в себе весь мир и собственные эмоции во всем мире, смотри, как мучительно трещит по швам это тело, душа хрупкая, наполовину человеческая.
элейн если и хотела бы вернуться домой, то теперь понятия не имеет, где это может быть.
элейн могла бы соврать, сказать «все будет хорошо, родная, все обязательно будет хорошо, я это видела» и это было бы чистой монетой, кто усомнится в ее словах.
- я не могу тебе врать.
говорит вслух, смотрит в глаза.
неста другая, элейн другая, и это правильно, это справедливо.
элейн боится, что если будет смотреть на нее чуть дольше, то поймет, что не просто другая. но и чужая тоже.
элейн подходит бесшумно, смотрит, смотрит, дай мне знак, просит, умоляет, дай мне знак, один знак, я больше не прошу, я все для тебя сделаю.
(цветы распускаются под ее пальцами, деревья, целые деревья тянутся к небу, однажды элейн оставит после себя лес, полный теней, полный осмысленной, уютной тишины.
уйдем вместе с ними.
но как же получается, что для несты она ничего не может сделать.)

элейн начинает сбивчиво, торопливо, ночь – все еще не ее время и не время для ясности, но для несты она постарается, - я скучаю по тебе, я скучаю по тебе постоянно, я поворачиваюсь и нет тебя, а это смешно, будто мы до сих пор в том крошечном доме с одной спальней, а поместья не было и этого всего не было,  и фейра придет с охоты, а здесь ты, и от тебя морозом пахнет, а я так не хочу, чтобы ты выходила в эту зиму, это всего оттого, что холодно? я даже когда себя не помню, помню это, как никак не согреться, и я прижимаюсь к тебе, но вот уже тепло, и сыто, и как-то.. вечно. а тебя нет. я скучаю по тебе, - элейн не хватает воздуха и не хватает слов, хотя бы приблизиться к тому, как она это чувствует по-настоящему,
элейн не хватает, справиться с горем несты, помочь, не хватает даже на самое свое горе.

crashing against the dark

четыре замка, запахи застарелые, лицо усталое.
а элейн в земле, зарывается пальцами и ждет, пока земля ей ответит.
ровное гудение, кажется, самой материи мира, возрожденного, обновленного, элейн слышит кажется каждую секунду.
несту не слышит.
и как же вышло, что все изменилось, а мы остались прежними? но недостаточно прежними для того, чтобы с этим жить.
- ты была там. я помню. а еще помню, как ты меня обнимала и ты плакала. ты так плакала, я никогда не видела, что ты плакала так. а больше никогда. я пришла.. – оплетает пальцами ее запястье, неста, всегда неста, всегда рядом, боролось за нее с упорством разъяренной кошки за последнего своего котенка, элейн заканчивает, - сказать. что мне не нужна ни одна из моих сестер для того, чтобы.. удержаться. но мне нужна ты. совершенно не поэтому. понимаешь? ты мне нужна.

и как же страшно услышать все, что она может ответить.
элейн привыкла бояться, когда вокруг так много храбрых до безрассудства.
а после устала бояться.
заглядывает в мир и в себя. и не находит отличий.

sole and born creation

[status]fire in the water[/status][icon]https://i.imgur.com/ihSEC6O.png[/icon][sign]nobody should see this. [indent] [/sign]

+3

5

неста просыпается от того, что ее топят; в голове кто-то наследил обрывками слов, букв, имен, но все это бесполезная шелуха, припорошенная пылью — неста чувствует, как рядом кто-то спит, дышит, не слышит, как ее душат, неста моргает четырежды, прежде чем мрак к ней привыкнет. под водой тоже было темно; спальня пахнет влажным холодом, душно, рядом чужое тело и кожа, душно, рядом недопитая бутылка и чужая рубашка, холодно; когда выпьешь — теплеет, пальцы почти перестают судорожно сжиматься — воздух тяжелый, вязкий, проводишь рукой перед лицом с усилием, словно купаешься в цветущем пруду. элейн когда-то веселилась, кидалась тиной, смеялась, фейры никогда не было рядом, другие заботы — неста любила загорать, греться на солнце и не любила пачкаться; от чужого тела некомфортно, неста прячется в грязную рубашку, уходит в гостиную.

неста, шепчут половицы, неста, шепчут угли в камине, неста, шепчет холодный плед. семья молчит целый год: когда-то звала элейн, никогда не звала ни фейра, ни отец, сейчас звучит тишина и это почти не давит. почти. как отсутствие портрета в доме верховной правительницы, как деньги за посещение семейного праздника; несте тошно — фейра издевается (наплевать), элейн не видит (неста глотает ком в горле, но не получается, задыхается), кассиан стыдится, убирает руку, подходит только тогда, когда она одна; неста не слепая, неста говорит иди домой, кассиан, отвали от меня, неста зажигает свет, но он не греет
ничего не греет.
[indent] оно перейдет в другое ветку и хрупкую кость и не кончится флейтой
в первый месяц после войны (говоришь после, а война никуда не ушла — она в грязном барном стакане, в глазах кассиана, в саду элейн) от каждого шороха волосы вставали дыбом; некому было заметить, поэтому приглаживала, пыталась согреть — после перестала засучивать рукава, одергивала вниз, не давала касаться рук. сейчас пришли бы убивать — села бы и смотрела; цепляться не за кого и нечем, когда тонула, то сорвала ногти, мясо некрасиво торчит и несту это совсем не волнует.
горло погладили ржавой проволокой, сердце — горячей ладонью; першит, кашляет, болеет, не поправляется. на несте платье висит и кости некрасиво торчат; когда из котла вылезла, то стала красивой (чужой), а сейчас — пародией на высшую фэйри, на старшую арчерон, на себя. зеркала из новой квартиры неста спрятала сразу после того, как установила замки.

— когда я вижу себя, то задыхаюсь, — неста шепчет себе и один раз сказала амрен, а больше не признавалась. в глазах — сила, но внутри пустота; котел поспорил, выиграл, забрал все, оставил паническую боязнь воды и грязную посуду. элейн говорить не хочется, неста сильная, неста всегда была сильной; неста отвечает на касание касанием, тепло разливается по фалангам, по кожным тканям, но дальше не идет.
как сильно нужно прижать элейн к себе, чтобы согреться? неста так замерзла, так чертовски замерзла, что хотела бы слиться, не быть пустой,
и просто не быть.

— я рядом, — говорит неста, но улыбаться не может и нет сил на улыбки, на собственные признания. сказать ей нечего, хочется тепла, хочется жить без страха, хочется наполненности, но никто не дает взаймы. голос обретает чуть-чуть силы и становится крепче, неста едва держит ладонь элейн, чтобы не сделать больно; больно — это непонятно, нужно осторожно.
[indent] не станет тяжестью теплой поворотом руки ночью слепою
неста не дала шанса себе, фейре, кассиану, но элейн здесь, рядом, теплая — ее хочется впускать, закрывать за ней дверь на четыре замка и, может быть, вымыть посуду и сменить постельное белье; несте хочется, правда, но еще несте неприятно — как от отсутствия портрета, как от внутреннего круга, в который не вписывается, как от фэйского тела; у элейн был жених, есть настоящая пара, элейн держала нож, говорящий правду
что бы он сказал, интересно, если бы коснулся ее?
это труп человека, не пачкайте.

то, что у несты могло быть — утонуло в котле, умерло на войне, сгнило; то, что у несты могло быть — неста вырвала голыми руками, затоптала грязным сапогом, заперла на все замки; если повторять себе год, что все в порядке, то рано или поздно поверишь, неста очень ждет и молчит.

— садись, — поправляет плед на промятом диване, прячет тревогу пальцев в движении. воспоминания — плохо, элейн — хорошо; пружины впиваются, дерево скрипит, волосы встают дыбом, поперек горла застревает зарождающаяся паника. если не говорить о проблеме, то она растворится, так ведь? неста трет лицо, смотрит на грязные руки и ничего не чувствует.

— я рядом, элейн, расскажи мне, как ты, — как ты справляешься, расскажи, если кто-то тебя обидел, я найду его и убью; это все ничего не значит. неста трогает волосы элейн — чистые, вьющиеся — заправляет за ухо.
тебе больше никогда не причинят вред, я не позволю.
— я здесь, — неста ловит взгляд, смягчается.[icon]https://i.imgur.com/uCR9GJ3.png[/icon][status]there is nothing left[/status]

+3

6

о ней боятся всегда одного и того же, потянуться к теплу и обломиться в огонь всем телом.
как глупые мотыльки, влетают и не возвращаются, но ведь никто уже не вернулся, так чего нам бояться теперь.
элейн принимать себя страшно, хочет подойти к азриэлю и выпалить – научи меня его держать правильно, но молчит. а про себя однажды смеется до слез, представляя, как убивает короля падали садовой лопаткой. ее-то она держать умеет. мысль какая угодно, но не смешная. совершенно нет. элейн хохочет, пока не принимается рыдать, зажимает себе рот рукой и боится, что услышат в соседних комнатах.
несте – невыносимо. неста себя едва ли выносит, глаза у нее потухли и элейн невыносимо тоже.
элейн огня не боялась никогда, не боялась несту, за нее – может быть.

[indent] held between heaven and hell

мог ли по-настоящему испугаться котла тот, кто столько лет провел в огне и не почернел, нисколько не испортился?
нам ли с тобой, моя дорогая, бояться?

(прошу тебя, прошу тебя, живи. рассмейся зло, убери снова волосы, спрятав кончики ушей или позволь мне. будь невыносимой и будь дикой, выплевывай проклятья. будь ласковой, но будь, будь со мной и с собой будь.
когда кассиан возвращается от тебя, на нем лица нет, я не подхожу, вот лицо, и вот мы похожи, это режет тоже. когда кассиан возвращается от тебя, мне его чертовски жаль.
но что жжет меня еще сильнее, слышишь, прости мне мои расспросы, прости мне мою настойчивость, но это невыносимо.
выражение на его лице – больное и опустошенное, всего лишь жалкое отражение посмертной маски, что носишь ты.
будь, прошу тебя, будь.)

элейн идет в руки доверчиво, на кончиках пальцев у несты рождается огонь или рождается смерть – элейн не боится.
боится теперь, когда на кончиках пальцах ничего, прохладные, будто лягушачьи лапы, и элейн ловит обе ее руки, прижимает к щекам.
- правда?
ты уверена?
когда элейн закрывает глаза, остаются только руки несты, прохладные и больше ничего. как было дома.
когда элейн закрывает глаза, ей на секунду кажется, что она сможет уговорить.
тепло удержать.
нам бы с тобой в этом стремительно разворачивающемся новом мире только не пропасть.
роза ожидает прикосновения пламени.

as they're dancing

но садится послушно, не сводит с нее взгляда, не отворачивается, закусывает губу, чтобы не разрыдаться - чувствительная, легко может расплакаться.
элейн не стыдно.
стыдно, впрочем, за другое.
и элейн выпаливает, не задумываясь, - как в кукольном доме, в большом кукольном доме, в роли очередной куклы, которую высший лорд дарит своему мейту, каждую неделю новая, и мы играем, а правил никто не знает, я видела волны, которые захлестывают дом, каменные волны, а еще видела, как он рушится изнутри, - элейн сглатывает, сверкает на сестру глазами, - но мы играем.
элейн не боится несту, фейру.. фейру, может быть. перемены в настроении несты элейн во всяком случае способна предсказать. неста, во всяком случае, сказала то, что элейн так нужно, так отчаянно нужно было услышать. «она тебе никто.»
я тебе никто, я тебе никто, я тебе никто.
не тронь меня.

гори оно все, шепчет элейн, до сих пор не уверена, что вслух.
цепляется за несту, обнимает ее, вспоминает, как это делать, все еще умеет, никогда не забывала. элейн обманет себя и ее тоже, если скажет, что не знает, о чем она думает, когда слушает треск поленьев в огне.
оттого холодно. и не от этого, конечно, вовсе.
- прости меня, прости меня, прошу тебя прости меня, - элейн думает, что опаздывает, иногда элейн думает, что наоборот пытается появиться слишком рано, время стало относительным, элейн знает все, а что такое конкретный час в сравнении с вечностью.
вечностью, которая у них теперь есть.
элейн утыкается в ее волосы носом, пахнет чужим человеком и нестой пахнет тоже, а до тех пор, пока пахнет нестой – не потеряно, не потеряно, совершенно точно не потеряно, - лучше ты мне скажи. как ты? – идем по очень тонкому, синему льду, возможно провалимся.
а возможно полетим.
я люблю тебя невыносимо, прости меня.
разреши мне тебе помочь, хоть немного, разреши открыть окно, пусть у нас нет дров.
мы не замерзнем, слышишь?

- я здесь тоже, понимаешь? – элейн прерывается, сейчас точно заплачет, но это неважно, слезы будут жечься тоже, все это совершенно неважно, что по-настоящему важно.
- а если ты здесь, если я здесь, - элейн целует ее в висок, четыре замка за спиной чувствует всей кожей, всем своим существом. холод гуляющий по улицам тоже.
знает точно одно, пусть замки закрываются за ней снова, пусть гонит и пусть ругает, хуже – пусть отворачивается.
элейн придет снова.

as they dance
_
over and over
over

[status]fire in the water[/status][icon]https://i.imgur.com/ihSEC6O.png[/icon][sign]nobody should see this. [indent] [/sign]

+3

7

заходила в дом, а вышла из себя и на улицу. в веларисе зима улыбается мерзлыми льдинками, меховыми шубками, вязанными варежками; фэйцы прячут лица за шарфами, вынужденно улыбаются глазами — больше нечем, рот где-то потерялся. на несте раньше снежинки таяли, неста была огнем, неста горела и полыхала, а сейчас ее засыпает, и снег таять не собирается; ненадолго становится теплее где-то между трястись и стучать зубами, кутаться в поношенное пальто не помогает. в прошлый визит фейра сморщилась, гладкое, бессмертное лицо скукожилось, и неста молчала, смотрела, не узнавала. наверное, если хоть изредка смотреть на себя, то не узнала бы и себя тоже; неста не смотрит.

элейн ее видит, касается, чувствует; неста прокусывает губу. сначала эмоций была полная ванна — она тонула, потом захотелось попить фейре, элейн, кассиан пересыхал каждый день и отчерпывал по кружке, по ковшу; неста злилась, потому что хотела бы показывать радость, интерес, любовь, а их забирали по прихоти и без спроса. тлела ярость, агрессия и что-то еще; тем, кому захотелось — позаимствовали чужое и не заметили. неста ничему не научилась.
[indent] а потом и ладони стали ледяные-ледяные
в карман кассиану неста подкинула свое одиночество еще давно, он не заметил и, кажется, обронил по пути в дом ветра; никто не нашел, одиночество издохло на улицах велариса — неста выносила новое. спустя полгода — неста пила, выпивала, касалась чужих тел и сама ими пропахла до кончиков волос, пальцев, чужие запахи и желания забрались под ободок ногтей —, а потом о ней вспомнили; неста свежее одиночество спрятала в новом доме (дворце высшей правительницы) фейры где-то за пустой картиной; забавно думать о том, что это могла бы быть она, но не была и не будет. фейра выбрала новую семью, пустила в нее элейн, а о старшей сестре забыла; забавно думать о том, что отца бы она, наверняка, тоже впустила, если бы он на войне не прохрустел шеей. неста хочет ненавидеть и гореть, но ненависть где-то утонула, потом упала пьяной на забытой улочке и до дома не добралась; дома холодно, потому что бревна в камине хрустят тоже.

горло дрожит произвольно и бесконтрольно; у элейн в глазах осталось что-то родное — чужого тоже предостаточно, и, наверняка, даже в собственных глазах этого уйма, но к привычному тянется душа, сердце и ледяные руки. лицо у элейн осунувшееся, даже в моменты зимнего голода в одной из прошлых жизней она такой не была — неста отдавала часть себя, потому что страдания элейн бы не вынесла; неста и сейчас бы отдала. и отдаст.
[indent] кажется не внимаемо
все, что не ярость или желание, вымерзло из нее, как казалось несте, но элейн теплая, горячая, рядом, и неста тянется к огню ближе, жжется, ранится. слова — жгут, душат, элейн обнимает, и неста почти и забыла как это — когда без похоти, когда по любви, когда вот так. кассиан ее никогда не обнимал, неста от любых касаний убегала и пряталась за всеми замками, всеми четырьмя (от кассиана — особенно); она его прикрыла собственным телом — хотелось умереть первой, хотелось, чтобы физическая боль была невыносима, чтобы близость потери померкла и вытекла из нее вместе с кровью, никто из них не умер — неста довольна за кассиана и недовольна за себя. она была готова. за элейн она бы кинулась на нож, позволила ему продырявить бессмертную оболочку, лишнее тело, несту арчерон — лишь бы не элейн.

неста бы никогда не сказала этого вслух, неста бы не высказала слабости — все должны видеть только силу, ее силу, пусть черпают сколько понадобится и если понадобится; неста позволяет, пока к ней не лезут в душу. кассиан залезть может, поэтому неста от него открещивается. иди домой, я тебе никто, кассиан, я — не дом и никогда не буду, уходи от меня, не держи за руку, не дари подарки — мне ничего не нужно;
ты не поймешь, потому что я не хочу понимать и тебе не дам.
заберите бессмертие, потому что от него нет смысла.
[indent] хорошо, что совсем невменяема
слова элейн достают до нее, вырывают что-то важное, но неста не может понять что именно — возможно дело в похмелье, в тепле элейн, в близости; слова ее ранят и режут сильнее, чем ножи, которые она достала раньше. замки прощелкивают холостыми, и в дверь сквозит. 
— ты не кукла, элейн, ты — не игрушка, — неста сжимает ладонями лицо элейн, теряется в глазах, находит значимость. ты — не собственность, ты — не декорация, ты — личность; пусти корни ядовитого плюща, элейн, отпусти шипы — покажи себя настоящую, огрызайся, кусайся, злись. сделай то, что не могу я. неста сжимает челюсти, чтобы сдержаться и промолчать. — не только ты сестра фейры, но и она твоя тоже, ты — важна, говори ей, спорь, не потакай.

несте хочется сказать не прогибайся; выпрямленная спина устало сгибается от собственноручно возложенного груза, несте хочется лечь, больше всего на свете хочется лечь и не найти в себе сил подняться. ложь всегда вызывала отторжение, а сейчас язык как-то выворачивается по-особенному, её я в порядке уже не имеют смысла, окраса, подтекста. несте просто нечего сказать и она фокусируется на губах элейн, на руках и словах.

она здесь, а значит и неста тоже здесь, значит есть шанс, значит нужно взяться за руку сильнее, согреться, впустить
— ты теплая, — неста никогда не была ласковой. всегда кусачей, всегда яростной, а сейчас лбом в плечо упирается, дышит розами, геранью, элейн. ей хорошо.[icon]https://i.imgur.com/uCR9GJ3.png[/icon][status]there is nothing left[/status]

+3

8

сколько любви может вместить одно маленькое тело?
тело, что и без того вмещает целый мир.
сколько любви может вместить одно маленькое тело, правильный ответ – сколько угодно.
миры рождаются в любви, этот, элейн уверена, тоже когда-то был таким.
неста, неста, неста, неста.
шепчет и не может дозваться, элейн не сдается, никогда не сдастся.
элейн, отцовская любимица, улыбчивая и беспокойная, любила свой сад, любила вечеринки, любила людей, людей невозможно не любить, любила грейсена, очень сильно.
(когда элейн заглядывает туда, где была старая, человеческая, хрупкая и невечная, совсем невечная любовь, элейн едва ли узнает себя. там, где был грейсен – пусто. балы смертных – пусто. там, где отец – бесконечная, иррациональная боль. элейн приходит и шепчет, я люблю тебя, я люблю тебя, люблю. я всегда буду.
неста не приходит никогда.
элейн не винит ее за это.)

[indent] their hearts are hunting

в элейн оживает такая ярость, такая бесконечная нечеловеческая, нет, люди на такое неспособны, ярость.
когда элейн смотрит на несту.
и знает, кто с ней это сделал.

(как с этим жить, как все мы могли с этим жить. как мы могли допустить и что мы с тобой сделали. я не хочу виниться, не хочу бесконечно мнить себя виноватой, я хочу быть, хочу остаться, я не стану просить разрешения и если ты погонишь, если ты погонишь, сцеплю зубы, зарычу, останусь все равно, ты увидишь, я теперь умею.
я никогда не хотела быть как ты, но ты снимала с плеч собственную кожу – мы бы согрелись.
смотри, вот плащ из цветов, мы согреемся, слышишь, мы обязательно согреемся.
я убила за тебя. тогда я убила только за тебя.
потом оказалось, что за смешливого, похожего на медведя и на собаку одновременно кассиана. (он нужен тебе и я не жалею, я не жалею.)
потом оказалось, что за весь этот мир, удивительный, жестокий и ослепительно прекрасный. за фейру и ее новую семью.
но тогда. тогда только за тебя.
потом оказалось, что за меня тоже.
я тогда даже представить не могла, что есть я.)

элейн разбирает спутанные волосы, элейн поглаживает шею несты сзади, всем существом – всем хрупким изболевшимся телом демонстрирует, я здесь, я с тобой.
прости меня, что так долго. ночь была долгой, холодной, дорогу замело и мне так жаль, но послушай. ты только послушай.
(элейн укрыла сад на зиму, они перезимуют.
нам бы с тобой перезимовать.)
элейн не пропускает ни слова, отвечает шепотом, - я сделаю. я смогу. я уже смогла, - элейн пять и она выращивает свой первый цветок на подоконнике, как ей хочется, как ей нечеловечески хочется заслужить похвалу. неста, посмотри.
никто не вел учет, элейн любит думать, что первым словом было «неста», всего лишь естественный распорядок дел. сначала была неста. потом была элейн. и, наконец, фейра. элейн - всегда между ними, всегда зажатая в теплые, порой удушающие объятья.
элейн не смогла бы любить их меньше.
элейн шепотом рассказывает ей, как впервые, наверное, в своей жизни показала зубы.
никто больше не тронет меня против моей воли. никто.

still hunts hope

элейн молчит несколько секунд, - мне только жаль, что так поздно. ведь это было, это всегда было здесь, и это так глупо, знаешь. они тащили меня в котел – я молчала. они вытащили меня, я.. – голос срывается, - неста, я не хотела выходить, я совсем не хотела выходить! – дыхание у элейн сбивается, а глаза округляются, элейн вспоминает, старый ужас, который до сих пор живет у нее под кожей, - а после была ты, и я молчала. молчала. прости меня.
ты кожу снимала раз за разом, чтобы меня согреть.
элейн видела. каждый сантиметр осязала.

элейн ведет ладонями по спине, под этим платьем, под этой кожей, неста тонкая, можно переломить в пальцах – раньше подобное не могло даже в страшном сне явиться, что уж до видений. но неста тонкая, неста холодная.
но неста здесь. действительно здесь, греется в руках.
элейн тычется вслепую губами в висок и в щеку, - давай я останусь с тобой сегодня, слышишь? мы не будем включать свет, не будем разжигать огонь, мы можем даже не говорить, хотя мне кажется, что это необходимо. давай я с тобой побуду, я.. неста, хорошо?
я больше не могу.
хочет сказать и замолкает. без тебя не могу, раздельно не могу, мы всегда были вместе.
я кожу сниму с плеч, чтобы тебя согреть, ты научила.

элейн неспешно водит ладонями по ее спине, элейн почему-то улыбается себе под нос, под яростью, под любовью, под огромной виной.
элейн знала одно безопасное место во всем мире,
прямо здесь. 

ever and ever
ever

[status]fire in the water[/status][icon]https://i.imgur.com/ihSEC6O.png[/icon][sign]nobody should see this. [indent] [/sign]

+3

9

[indent] мы говорим я вздрагивая и засыпая
для каждого есть место — трон в подгорье, тень, прячущаяся за спиной, цветущий сад во дворце высшей правительницы, столовая на вершине горы, где масло тает на утреннем солнце и шипит брызгами в лицо; фейра ищет и находит что-то для каждого, зачастую не спрашивает и еще чаще судит по себе — у несты от раздражения стираются зубы, которые раньше были идеальными, ровными; от вина они красятся в розоватые, эмаль истончается и иногда больно (что значит иногда). на месте сточенных не вырастут новые, и никакие не вырастут, потому что бессмертие — это статика; неста сравнивает вечную жизнь с жизнью замороженного во льдах за метровым слоем воды, где ты никому не нужен — вроде ты и есть, а вроде и нет; неста сравнивает жизнь фэйки с быть похороненным заживо. ее тело прячут в могилу на дне озера где-то в центре притиании, рядом с домиком стриги и детскими могилами — туда никто не заходит, о них забыли, потому что больно вспоминать.

под пальцами старый диван покрывается плесенью, запах затхлости приелся настолько, что забываешь о том, что он вообще есть или что когда-то было не так; несте наплевать так сильно, что можно затопить веларис. где-то рядом с тем, что в прошлой жизни отвечало за брезгливость, вяло ворочается ее недовольство, но без толку — до нее не доходит; все, что было важным растерлось в зубной порошок, в пыль, в плесень и грязь; гордость разлилась по полу и собирать некому, неста пачкает сапоги еще больше, когда пьяно плетется в спальню. на шнурки вчера стошнило, но отмывать нет ни сил, не желания; сейчас перед сестрой вроде бы стыдно, но больше все равно.
[indent] мы говорим громко я знаю что я не знаю
у несты в рукаве не прячется нож. от острого, металлического воротит и передергивает, от треска дерева в камине — выворачивает; кажется, что свыкнуться с последствиями невозможно, и есть лишь один способ справиться (неста активно прикладывается к бутылке). у нее нет секретов, нет мыслей и нет желаний — и чувство такое, словно никогда их и не было; сначала родилась сама, потом (хоронила мать) растила элейн, фейру; последняя нашла где-то в лесу самостоятельность, и у несты осталась только элейн. всю жизнь казалось, что средняя сестра — ранимая, тепличная, хрупкая, а кинжал в горло королю воткнула с равнодушным лицом;

неста проворачивала кинжал в чужой шее, и сухожилия расходились, кровь пачкала доспехи, лицо, душу — у несты в глазах застыла сила, которой больше ни у кого нет и не будет, позади умирал кассиан; королевская голова отделялась медленно, но приятно, обещание исполнялось, думалось только о мести и ни о чем больше; картина смерти отца не вызвала ничего и забрала все, что было накоплено за долгие годы, неста не моргнула и глазом, когда сломалась его шея, но умерла внутри.

элейн всегда казалась слабой, а вышла в разы сильнее; у нее руки по локоть в земле, за ухом прячется розовый бутон — у несты руки в крови, в кармане — бутылка дешевого вина.
[indent] и тише (вполоборота) запомни как меня звали
кассиан жалел, что у них не было времени, клялся найти в следующей жизни, резал по живому — слова оставили след на несте, а кассиан забыл; если бы была боль, то неста бы радовалась, но ничего не осталось, и даже кассиан ушел. несте снится то, как она кричит его имя на поле, как разрываются связки, как мощь котла подходит к ее горлу и выходит из нее со вчерашним обедом; кассиан — точка на небе — отделяется от легиона за секунду до, неста кричит и срывает голос, срывает ногти, царапая землю. груз гибели его друзей и товарищей она на себя взваливает с легкостью — лишь бы не на него, наплевать на цену, наплевать на все; если бы в тот день погиб еще кто-то — неста бы не справилась. на послевоенном совете неста сжимала в ладони фигурку, вырезанную отцом, и уже тогда понимала, что что-то не так; зияющая пустота внутри засасывает в себя все хорошее, что могло бы быть, у несты опускаются руки, разжимаются пальцы — резная фигурка падает на пол старого дома и там же остается.

— ты сильная, — неста устало улыбается, слова согревают, поведение фейры злит; раньше неста видела в элейн слабость, но оказалось, что только свою, и что сестра на самом деле несгибаемая. грейсену хотелось выцарапать глаза и вскрыть ребра, чтобы сердце отдать элейн, а сейчас то же самое хочется проделать с собой. неста прикрывает глаза и присутствие элейн ощущает всем телом; щеки влажные, но вроде никто не плакал.

— оставайся, только надо поменять постельное белье, — тут можно было бы устыдиться, но нечем и нечему; неста уверена, что слухи во внутреннем круге разлетаются по щелчку пальцев. элейн для несты чистая, по святому чистая, и быть той, кто ее запачкает неста не хочет. разрывать касания кожи к коже не хочется, но неста встает; в дверях спальни оборачивается, чтобы сказать что-то цепляющее крючками, режущее, ранящее уже год как.

— я вышла из котла только для того, чтобы отомстить за тебя, за себя — за нас, — неста скрипит зубами, потому что слова вырываются с неохотой, прячет лицо за каменной фэйской маской, прячется за стеной спальни. и вышла бы еще раз.[icon]https://i.imgur.com/uCR9GJ3.png[/icon][status]there is nothing left[/status]

+3

10

неста – львица в доме, никогда по-настоящему не может себе найти места, мечется, шагами меряет комнату – от угла и до угла, элейн прикрывает глаза, наблюдает за перемещениями, глаза ей не нужны для этого вовсе.
неста не находит покоя, покоя не найдет никто, элейн иногда думает, что можно научиться быть тихой, можно научиться быть покорной, можно научиться быть даже яростной, можно научиться чему угодно, ну хочешь я научу тебя сажать цветы?
нельзя научиться быть семьей, если вы друг у друга давно как кость в горле.
фэйра говорит, этот монстр вырезал смерти на костях, я заключила с ним сделку, он спасет нас всех, этот монстр пал, его сестра тоже, фэйра даже не заметила, когда элейн думает об этом - ей не по себе, всегда не по себе.
элейн любит сестер. элейн любит несту, привыкла жаться к ней, устало закрывать глаза.
элейн любит фэйру, врать только не любит.
нам вовсе не нужно быть неразлучными для того, чтобы любить друг друга, правда?
я бы сказала, нам совершенно не нужно.

[indent] what you are given

я не хочу делать это одна,
думает элейн, провожает несту взглядом.
я не хочу делать это одна.
дом огромный, когда сад приживется – будет бесконечно стремиться к небу и запах будет невозможно.
так отчего же так одиноко?

ты сильная, говорит неста
элейн поворачивает к ней голову, смотрит очень долго, смотрит на несту, смотрит в несту, терпит разлом, вместе с сестрой терпит разлом, мы так редко говорим о важных и о нужных вещах, прости меня.
- ты тоже.
можно ли исправить ситуацию, разрисовав ящики комода?
можно ли было?
но элейн все равно дарит ей точно такой же торт.
элейн никогда не находит нужных слов, чтобы сказать: может быть, мы уже ничего не исправим. но я помню.
фэйра едва ли ее слышит.
элейн говорит на языке цветов, на языке пламени, если пожелает, заговорит тоже, потому что не может с нестой молчать, послушай меня. подожди.

can't be forgotten

сестра бросает в нее кусачее, жуткое, финальное.
скрывается в спальне, элейн замирает на диване и что ты слышишь нового, что для тебя будет новым, маленькая шептунья цветов.
элейн ждет ее, слушает дыхание несты за стенкой,

я слышу тебя где угодно, с другого конца города, но мы никогда не должны были оказаться так далеко, ветки мне кажутся неживыми, если я не могу рассказать им о тебе или тебе о них, ты можешь не приходить на могилу отца, ты можешь не играть в семью с фэйрой, но не молчи, только не молчи, покажи мне, обязательно покажи, где болит.
элейн улыбается, когда возится и пачкается в земле, руки по локоть, даже щеки.
выражение лица элейн не меняется, когда она вонзает нож в шею короля падали.
когда элейн прикасается к несте, ей хочется плакать. «я люблю тебя», когда элейн говорила сестре об этом в последний раз?

элейн дожидается несту в нетерпении, подскакивает, как только та появляется из комнаты, забирает из рук новый комплект белья, сверкает глазами, - я знаю, неста, я знаю, почему ты вышла из котла, - элейн запинается, - я знаю, я горжусь, я.. мне не нужна месть, неста, я.. не хочу, чтобы ты за меня мстила. я. я за себя отомстила, - элейн мотает головой, слова, слова путаются, сбиваются во влажный пульсирующий ком в горле, - мне нужна ты, я.. – элейн собирается, прикрывает глаза, вечная сомнамбула, никогда больше не хрупкая человеческая девушка. пророчица, фэйка, кто угодно.
- я хочу, чтобы ты знала, что даже если мстить некому, даже если мы застыли, я пойду за тобой куда угодно.
элейн не пугают собственные признания, давно перестали.
ослепительная честность, руки в земле, горка бессмысленных видений, которые мы истолкуем только после – все, что я могу тебе предложить.
элейн знает, что она нужна фэйре, еще знает, хочет надеяться, что нужна несте тоже.
и.. не думает об этом вовсе.
раз в жизни, на минуточку, перестать быть клеем, стать собой, что тебе нужно, элейн?
я знаю, я пойду за тобой куда угодно.

and never forsaken

[status]fire in the water[/status][icon]https://i.imgur.com/ihSEC6O.png[/icon][sign]nobody should see this. [indent] [/sign]

+3

11

пусть пусты глазницы
и шершавая рыжая пасть мягка, как обувная стелька,

после смерти не празднуют — похороны заслоняют победы черной вуалью, кто-то улыбается смерти короля падали словно собственной, кто-то сжимает в руках резную игрушку, кто-то не меняется в лице. после смерти не празднуют — это неста читает в глазах кассиана, волосы белеют от пепла; проходит неделя, кассиан все еще не может выйти из режима главнокомандующего и позволить себе хоть что-то человеческое вроде обеда или улыбки; скорбь по мертвым стоит за плечом и отражается в мелочах. проходит месяц, два, проходит год. неста видела его издалека и мельком, чертовски нелепым кажется ждать; крылья восстановились, улыбка родилась заново — неста нырнула и не вынырнула; не восстановилась, не переродилась, ничего не случилось.

плесневеет все, что не трогаешь долгое время. если бы кассиан перестал дергать дверную ручку или ее плечо (неста шагает в сторону, отворачивается, не хочет видеть лиц), то дорогу к ее дому забыли бы полгода назад. внимание невесомо, казалось ей, а когда оно исчезло, то пропажа стала заметной — ночью вместо него забирается холод.

дом стынет, печка не топится, дрова не трещат. если бы стало еще холоднее, то неста бы умерла от переохлаждения; ее тело нашли бы весной, закопали во дворе. фейра бы говорила: у меня была сестра, но осталась вторая, любимая. или не говорила бы, какая разница.

а сгнившие на две трети уши
ничего не слышат. но запах шеи, артерии.

— я была сильной, — неста поправляет. у слабости ее глаза, ее руки, ее тело, неста безвольно прогибается и отдается в чужую власть (старая неста не прогибалась). котел царапает дверь, четыре замка никогда от него не спасут — даже если котел воссоздали; неполноценность целует несту в лоб ранним утром, одаривает похмельем, забирает воспоминания. неста послушно открывает глаза. платье грязное, простыни грязные, неста грязнее, чем что угодно в ее доме, несте все равно. до глотка воздуха пара жалких сантиметров воды, но она успевает задохнуться.

я была, не говорит она, и я не знаю, как к этому вернуться. у несты нет дома, сестры потеряли дорогу, человечность проебалась, желания вымерзли; дешевое вино греет тело, а очередной незнакомец — постель, и тут можно застопориться до смерти, но когда она придет? неста готова спать с открытой входной дверью, но после собственных слов все равно выходит только безвольно спрятаться в спальне, спрятать лицо в свежем белье, пытаться дышать.

элейн хочется говорить правду, но правда колет, как хлебные крошки на постели; правда раздражает, правду не все хотят слышать. неста хочет и не хочет одновременно, но элейн бы попыталась выслушать. нарисованный огонь никого не согревает, смотреть на него тошно. не так, как на себя в зеркале, но все-таки.

как арфа — всего одну музыкальную жилу перегрызть,
всего одну жизнь пережить.

неста слушает, слушает и не слышит, темные воды поют ей мрачные песни. местью было легко жить, одна цель и никаких отклонений от курса, кроме перерывов на заставить сестру поесть или объяснить верховным правителям то, что людей тоже надо защищать; очевидное, сука, объяснить, не тратьте время. без глобальной цели неста тоже спокойно жила, когда выводила вверх маленькие заботы — о пропущенном ужине, о розах элейн, о стирке, о новой книге — и занималась ими. нет ежедневных целей, нет мести, нет ничего — есть только пустота и теплые руки элейн.

довольствуйся, неста, это больше, чем было час назад. — пойдем со мной спать, — несте проще замалчивать, всегда было. я не хочу засыпать одна, я не хочу говорить, я не хочу так много, что сил хотеть не остается. жалкие остатки уходят на самообладание, неста пытается с собой бороться. конечно, ты нужна мне, хочется сказать, но выходит лишь заправить выбившиеся волосы за ухо.

неста меняет постель, меняет одежду, меняет лицо на более расслабленное, удобное; перед сном вместо неполноценности в лоб целует элейн — пахнет розами и домом.
[icon]https://i.imgur.com/uCR9GJ3.png[/icon][status]there is nothing left[/status]

+3


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » below her mouth