POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » фандомное » летят утки


летят утки

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://i.imgur.com/8KJN7qM.png

- Charles and Ronald Weasley -
Пока заголовки Ежедневного Пророк пестрят заголовками из столицы, семейство Уизли пытается решить:
а) кто виновен в исчезновении оставшихся гебридских чёрных драконов;
б) какую официальную версию выдать для местных маглов;
в) душевные терзания за пинтой отборного эля.

[где-то в Шотландии]

Отредактировано Ronald Weasley (2020-05-05 03:05:25)

+5

2

В камине трещал огонь, расцветая пылкими лепестками на черных, блестящих головешках. Головешки, если смотреть на них сквозь прищур, напоминали черную чешую, а тепло, доползавшее до кровати - о вырывавшемся из твердых, кожистых ноздрей дыхании.
В бревенчатом домике было уютно. Через пару часов кроме запаха дерева и легкой гари должно было повеять кофе, жареным хлебом, теплой кашей. Можно было достать какую-то из тех банок, которые коллеги сторговывали у местных магглов, - все еще напоминающий о летних цветах мед или джем из диких ягод. Можно было, припомнив список дел на утро, выкроить еще с полчаса, чтобы еще погреть бока рядом с Мартой. Можно было, припомнив что-то срочное, выскочить за дверь, едва попадая в рукав куртки.
Рутинная, казалось бы, жизнь в заповеднике подразумевала многие варианты для разнообразия, но на столе лежал конверт, принесенный ближе к полуночи совой. Лежал уже вскрытый, бесстыдно раззявленный и выпотрошенный, рядом с письмом, которое до поры скрывал.
“Уважаемый мистер Уизли. От лица всего Гебридского заповедника я приношу свои искренние извинения за возможное беспокойство, но, боюсь, обстоятельства, которые вынудили нас к Вам обратиться…”
И бла-бла-бла, почти без сути. И подпись в конце:
“Главный драконолог заповедной зоны “Гебриды”. Освальд П. Ноулз”.
“МакФасти надо было звать, а не меня”, - думал Чарльз всякий раз, бросая взгляд на письмо и морщась так, будто заново перечитывал вежливые, приторные до зубной боли, строки. Впрочем, он сам же и понимал, что никто из оставшихся в живых МакФасти не поедет. Морщины на лбу от этих мыслей становились глубже, а вещи, укладываемые в сумку - тяжелее.
Когда Чарльз присел на кровать, чтобы опустить внутрь свою объемистую зимнюю палатку, проснулась Марта. Задвигался ком тяжелого одеяла, в котором она пряталась последний час, а после голые руки обвили Чарльза поверх колючего свитера и пушистые светлые волосы упали на щеку. Стало щекотно и он пошкрябал короткими ногтями кожу.
- Уже?
- Угу.
Она вздохнула. Её дыхание пошевелило волосы на правом виске. Спиной чувствовалось как поднялась и опустилась её грудь. Марта была даже моложе, чем Джинни, и вроде как изначально договаривалась с куратором своей университетской практики, что поживет у него в доме “без обязательств и взаимных претензий”, однако конкретно этим утром уходить от неё до сентиментального не хотелось.
Сумка у ног, проглотившая палатку, сжалась до нормальных размеров. Марта заглянула в неё, разумеется, ничего не увидев.
- Мазь мою взял?
- Нет еще.
- “Еще”, - она передразнила, хмыкнув, и, кутаясь в одеяло, полезла с кровати. Затрещали пружины матраса, сам он заходил под Чарльзом ходуном, будто взволнованный тем, как его мнут босые маленькие ноги с тонкими щиколотками, и не будет ли им холодно на непокрытом дощатом полу.
- Так и сказал бы, что забыл, мистер Уизли.
Она кинула в него банкой с дальней полки. Он поймал одной рукой и, не глядя, уронил в открытую сумку.
- Хорошо. Забыл, - сдаваясь, Чарльз поднял руки. С женщинами все же, надо было, как и с драконами, знать, когда стоит сдать назад.
Ему хотелось, чтобы Марта вернулась обратно, но она уже нашла на столе свою палочку, и под тихое бормотание её заклинаний, начал оживать отведенный под кухню угол. В следующий раз она заговорила, когда засвистел чайник.
- Все же не понимаю, почему из всех драконологов вызвали именно тебя.
- Все просто, милая. У всех прочих не хватит либо опыта, либо здоровья морозить яйца зимой в Шотландии, - он хмыкнул, снимая с крючка у двери куртку.
- Ты тоже будь с ними осторожнее, пожалуйста, - она пыталась не улыбаться, но в светлых невинных глазах играли лукавые черти. В вытянутой руке она протягивала термос с чаем.
- Сохраню ради тебя, - Чарльз кивнул, влез в рукава куртки, забрал ненавязчивый подарок и аппарировал, не разводя всякие сопливые прощай-прости. Все в соответствии с их договором об отсутствии обязательств и прочей ерунды.

Старшего драконолога Освальда П. Ноулза, очевидно, раздражали причмокивания с которыми Чарльз Уизли пил из крышки термоса мартин чай. Последний, к тому же, обильно парил, от чего на рыжих усах быстро застывала корка инея, которую “приглашенный специалист”, как значилось в официальных документах, то и дело пытался сдуть. Выглядело это так, будто его совершенно не интересовала официальная сторона вопроса, о которой ему, ежась на холодном ветру побережья, уже как минут сорок толковало официальное лицо.
- Хит-визарды уже осматривали это место, - Ноулз, превознемогая не только непогоду, но и раздражание, все же старался оставаться профессионалом, - Все магические следы уже отсняты, первичная работа с местными маглами проведена.
Чарльз как бы со всем соглашаясь покивал, хотя, глядя на выжженные остовы домов рыбацкой деревни и заносимый робким снежком угольно-черный пепел под ногами, даже не представлял, как же так надо было запудрить местным мозги, чтобы они сочли случившееся скажем, за взрыв бытового газа.
- Это ж уже не заповедная территория, я правильно понимаю? - Он закрутил крышку на термосе и убрал чай в сумку, с мыслью что потом допьет.
- Именно так, - обрадованный хоть сколь-нибудь серьзной реакцией собеседника Ноулз закивал. - У черных гебридских большая территория под угодья, но они слишком ревностно к ней относятся, чтобы покидать. Впрочем, вы же понимаете…
Чарльз понимал. На последнем симпозимуме (читай - “пьянке”) с бывшими смотрителями Гебридов, они это уже обсуждали, так что понимание природы местных ящерок у него было достаточно глубоким, чтобы не иметь никакого желания слушать чужие истерики. Особенно, как он подозревал, никакого отношения к драконам не имеющее.
- Представитель Министерства должен будет прибыть в девять. Поэтому я просил Вас быть пораньше. Понимаете, мне нужно стороннее экспертное мнение, чтобы все это не выглядело как…
Он еще что-то там продолжал говорить, но Чарльз, если честно, не слушал. Ему все было понятно.
Министерство, значит.
Жопу свою прикрыть, значит, решил.
Что ж, Чарльз Уизли уродился весьма широким - за ним и не одна жопа могла поместиться.
Он присел на краю пепелища у разодранных когтями борозд в земле и признал себе, что не может не понять логику Ноулза. Без стороннего мнения на него, пожалуй завели бы какой-то неприятный рапорт, хиты бы повесили все беды и закрыли дело с формулировками о халатности или чем похуже - что подавай заявления о пропаже, что не подавай. Ну, теперь-то оно выходило сложнее, конечно, и палатку он, кажется, не зря захватил.
Ноулз где-то сбоку издал странный звук и дернулся. Чарльз посмотрел на него через плечо без любопытства, а скорее для проформы - убедиться, что смотритель действительно испугался и побледнел, как и ожидалось.
- Н-нам пора, мистер Уизли. П-прибыли.
С хлопком он аппарировал к себе в кабинет. Чарльз пожал плечами и двинул следом.

От резкого перепада температур в голове помутнело на секунду, а весь успевший забраться в бороду и складки одежды снежок принялся таять. От мокрых волос потянуло в нос влагой, ощущения были противоестественными грядущему официозу, так что Чарльз фыркнув, сначала отряхнул мокрые комья с плеч, чтобы как-то прийти в форму самому, а потом осмотрел собравшихся. Перепуганный Ноулз его больше не интересовал, парочка хитов смотрели смурно и недружелюбно, как им и полагалось по долгу службы, а вот четвертый человек в комнате оказался до того знакомо рыж, что, только настроившись на деловой лад, Чарльз сам же его и порушил.
- Фестралье дерьмо и метлу мне в жопу! Рон!
В два шага добравшись до брата, Чарльз стиснул его до хруста в объятьях, отжимая свои мокрые шмотки об пижонский министерский наряд.
- А я-то думал, какого еще гоблина зашлют на это дельце! А тут на! Это тебе в наказание, что с тебя ни совы, ни весточки. Хоть бы в гости заскочил как…
Кто-то со стороны недвусмысленно кашлянул. Чарльз сократил объятья с Роном до одной руки, пальцем свободной тыкнув мелкому в грудь.
- Уж, извините. Брат мой.

+5

3

Рональд страдал бессонницей вот уже ~дцать ночей, мигренью в придачу и апатией в довесок. Все дни стекались в один бесконечный: будильник, стакан воды, пиджак, трансгрессия, коридоры, кабинет, бумаги, буквы, рапорты, обед, чернила, заклятия, записки, совещания, коридоры, ливень, сырость, пинта эля, Косой переулок, аптека, пижама, подушка, фонарь за окном, рассвет. Изредка в этот ряд попадали такие моменты как выезд на место происшествия и попытки побеседовать с Гермионой. Последнее сталось совсем тщетным, первое же более не вызывало в не. прежнего трепета, с коим молодой парниша, переживший сдачу СОВ, оплеухи Снейпа, чемпионаты квиддича, мамины «передачки» и вторую магическую войну, пришёл работать в Министерство Магии. Аппетит пропал вместе с любопытством и той скудной фантазией, что у него имелась на выдумку стандартных фирменных клише для заполнения форм и рапортов. Следом расстроился и режим, и за последние полгода Рональд Уизли стремительно начал походить на какую-то плохо смастерённую пародию себя же: щетина росла клочками, кожа сделалась серой, щеки втянулись, сосуды на белках потрескались, а свежими остались лишь мешки под глазами. Психотерапевты из мира магглов бы сказали, что у Уизли затяжная депрессия, требующая уже медикаментозного вмешательства, но в мире магии подобное классифицировалось во всеобъемлющем понятии «душевные переживания», граничащие с «душевным расстройством». Тонкая грань, проходящая между ними, определяла профпригодность и место-койки в больнице Святого Мунго в том отделении, где потом отмыться за пару шуточек и пинт не получится. Уизли держался. И не за горлышко бутылки, чем был определённо горд. В конце концов, зря ли он выжил в итоге?

Обещанный утренний туман запаздывал. Вместо него в столицу прибыл обильный ливень. Вступив случайно в лужу, Рон по привычке выругался себе под нос, окончательно потерял нейтральное выражение лица и поковылял дальше в поисках входа в портал. Зонт вымок насквозь и рисковал порваться от резких порывов ветра. Холод пронизывал до костей, и все, о чем приходилось думать, так это о чашке горячего чая прямо по прибытию в отделение происшествий и катастроф. Правда вряд ли выпить ее удастся спокойно: Камилла послала сову даже раньше положенного времени смены дежурных, из чего следовало, что за ночь что-то произошло. Подобные явления (ровно как и переработки) уже давно перестали волновать Уизли, лишь вызывать раздражение, а в последние месяцы даже этого не осталось. Зубы начали стучать, прежде чем он свернул в нужном направлении, а затем сгинул в голубом огне, очутившись прямиком в большой и просторной зале Министерства. Народа почти не было: ни в коридорах, ни у лифтов. Рон прошмыгнул к рабочему столу без вынужденных остановок и задержек.

— Ты не поверишь, что произошло!

Напускная встревоженность Мэттью, коллеги, что сидел по другую сторону стола, не предвещала, чего-то ошеломительно приятного, особенно в 6-ли часу утра.

— А, ты уже здесь… В мой офис.

Камилла, будучи главой отдела на протяжении львиной доли своей карьеры, была преимущественно немногословна, особенно с утра, особенно при поступлении весточки о ЧП.

— Поздравляю. Тебе выпала уникальная путевка  на север Шотландии.

Мужчина сдержанно вздохнул. Спустя полчаса он был в курсе первых деталей, спустя час уже собирал затертый до неприличия чемодан.

***

Сколько Рон себя помнил, он практически всегда краснел из-за семьи, причём неважно, был ли кто-то из них рядом - достаточно было только упоминания. В случае с шотландским происшествием фантазии и прагматизму ему не хватило просчитать, как дело может обернуться. Уизли действительно надеялся быстро со всем разобраться, отписать бумаги в аврорат, бахнуть местного виски дегустации для, и вернуться в дождливый, серый, склизкий Лондон в аккурат перед очередным этапом чемпионата по квиддичу. Однако, как оказалось, даже самые незатейливые, мимолётные мыслишки материальны. И вот какая из них посетила Рона во время того, как он знакомился с делом:

— Чарли бы это понравилось.

Далее Рон вздохнул, нахмурился совсем как дед Уизли в лучшие его годы, и продолжил слушать повествование старшего хит-визарда Чатли:

— … других следов обнаружено не было. Мы полагаем, что далее воры или трансгрессировали, или поднялись в небо прямо на драконах. Деревенские слышали рык, ну и пожар ещё…

— Какую площадь затронул пожар?

Рон не продолжал поднимать глаз от бумаг и только по нависшей паузе понял, что вопрос требует уточнения:

— Дом, улицу, половину деревни?

— В основном пострадал заповедник, пара домов  и крыша церкви. Обливаторы уже провели первый этап…

— И что же они выдали за официальную версию, лейтенант Чатли? Я не вижу здесь полного заключения по происшествию, территорию продолжают осматривать, верно? Драконолог уже прибыл?

Чатли, казалось, так взмок перед ликом того самого, «живого» явления того самого начальства из Министерства, что еле подбирал слова, а из-за местного колоритного акцента понимать его было ещё сложнее:

— Но сэр… Маглы стали свидетелями живого дракона. Взрослые маглы...

И на этой фразе случилось именно то, из-за чего Рон львиную долю своей жизни всегда краснел: в тесном помещении появился его старший брат Чарли, и, как подобает всякому из семейства Уизли, так был рад увидеть родственника, что не приминул зажать в объятиях и без того помятого Рональда.

— Хватит, Мерлина ради, хватит!

Уизли снова бурчал под нос пока брат на всю ораву продолжал радоваться. После того, как пытка была окончена, Рон отступил шаг назад, аудитория зашлась смешками и улыбками (как обычно):

— Я тоже рад тебя видеть, Чарли.

Официальный тон, маниакально поправленный "скучный", как его называла Камилла, галстук.

— Брат и старший инспектор по этому ЧП. Господа… и дама /Рон не сразу заметил такую же рыжеволосую женщину-хит-визарда/, у нас не так много времени, как нам хотелось бы. Первоначальная экспертиза показала, что нападение на драконов было совершено порядка 8 часов назад. Тела или их остатки не были найдены, что даёт нам надежду на то, что эти редкие  существа все ещё живы. Лейтенант Чатли, какая версия в итоге была предоставлена маглам?

В таком русле совещание и продолжилось. По ходу повествования Рон понимал, что застрял тут не на вечер, и даже не на два. Но, что ещё хуже, он застрял тут с Чарли, с которым не виделся чертову прорву лет, из которых последние два-три года имели горький привкус.

Вы спросите: что плохого в том, что у Уизли крепкие семейные узы? В том, что каждый член этой семьи наровит залезть в печенку с вопросами и советами. Рон сознательно избегал внимания сородичей последние полтора года. Но, как показывает жизнь, все время сбегать не получится. Поэтому, когда позже тяжёлая рука старшего брата опустилась на тощее плечо, Рон заглотнул воздуха поглубже и хлебнул эля побольше.

— Что думаешь? Этих черночешуйчетых вообще реально похитить и трансгрессировать с ними же?

Игра на опережение - тактика, которая есть в любом состязании. Только вот Рон чувствовал, как удавка в виде внеочередного разговора «по душам» сдавливает шею.

Отредактировано Ronald Weasley (2020-05-05 14:15:20)

+3

4

Под долгие бюрократические бла-бла, разводимые братцем, тянуло спать. Чарльз устроился в кабинете Ноулза у камина, не спрашивая разрешения, сел, протянув к огню ноги в тяжелых ботинках, и будто укутался в пары выгоняемой жаром из одежды и волос влаги. Приятное такое ощущение и тоже умиротворяющее.
Он бы, наверно, и подремал немного, но как-то тяжело было на душе из-за пропавших чернушек и еще, конечно, из-за того в каких условиях и виде пришлось встретить мелкого. Поглядывая из-под отяжелевших с возрастом бровей то на славных их следователей, то на придавленного количеством упавших на голову проблем Ноулза, Чарльз думал о том, знают ли они, кто такой Рон. Девица, конечно, была молода и в основную заварушку, думается, могла еще не совсем осознавать масштабы и размах происходящего, но все равно наверняка о “трио” слышала. Да все слышали, тут и долго напрягать извилины было нечего. Нашумел, конечно, мелкий в свое время с приятелями.
Каково это, интересно, было так, со стороны, встретить внезапно героя войны, живую легенду их мира, которого в учебниках по истории лет так через сто будут изображать с занесенным победно над головой Гриффиндоровым мечом, и обнаружить, что он, как местная волынка, что-то там заунывно гундит об официальных версия и пробелах в протоколах.
Хотели героя - получили крысу кабинетную.
Перси был бы счастлив.
Пока дошли до дела, Чарльз со своих мыслей, признаться, здорово приуныл, и, кажется, проголодался изрядно, но, когда пришел его черед говорить, взял себя в руки. Ну их, с этими их бумажками не так заполненными.
- Ни черта ваша версия, хочу сказать, не годится, - поднимаясь с кресла, он хлопнул себя по коленям, хрустнул затекшей шеей и, эмоционально поведя в стороны руками, начал: - Итак, драконы!..
Долго и обстоятельно расписывал он хит-визардам, как и чем палят местные чернушки, и почему ни на какие бытовые газы это похоже быть не может, объяснял как малым детям в чем разница между человеческим поджогом и вспылившим перепуганным ящером, тыкал себе в горло, на пальцах объясняя, где зарождается пламя и из чего состоит. В общем, заболтал всех и продолжил болтать с Чатли и его помощницей дальше, до самой их гостиницы, а потом еще немного в номере лейтенанта, сговорившись с Роном, чтоб ждал его в кабаке. Нечего было мешать родню и работу на людях, да еще и насухую.

Когда он спустился в пивнуху, мелкий уже сидел, ссутулившись над пинтой, а значит надо было наверстывать. Взяв себе с порога на баре эля, пить Чарльз начал еще по дороге до столика, хлопнул братца по плечу, не выпуская из руки кружку, и, даже выслушав вопрос, не прекратил.
Жестом подавая малому знак обождать, он поднял вверх указательный палец. В его горло большими глотками ухало местное пиво, пена оседала на усы. От вопроса Рона прошло секунд двадцать, когда через стеклянное дно стал виден потолок, и все равно вместо ответа его брат сначала шумно выдохнул, стукнул опустевшим сосудом по столу, вытер рукавом бороду, а когда заговорил, обратился сначала не к брату, а к девице за стойкой, громко, на весь зал, перекрикивая гомон и музыку.
- Дорогуша! Можно еще два пива? Ты еще будешь? - Чарльз кивнул Рону, но не дожидаясь ответа, уже добавлял, потрясая фигурой из трех покрытых мелкими, застарелыми шрамами от ожогов пальцев. - Не, три! Три пива!
После, откинувшись на лавке, он блаженно сложил руки на животе и, сощурившись, снизошел до ответа.     
- Рон, ты вот будто никогда драконов не видел. Тридцать футов, тысяч десять фунтов веса. Здесь с церквушкой, которую спалили, было бы проще трансгрессировать, чем с такой ящеркой. К тому же у местных чернушек характер похуже, чем у твоей бывшей.
Подавшись вперед, Чарльз как бы украдкой, маскируемой под профессиональную свою одержимость, посмотрел за реакцией брата. Если тот по-хорошему общаться не хотел, Чарльз не настаивал. Он мог и по-плохому, и даже по-умному, что бы там о мозгах в семье Уизли ни говорили. Время разговорить Рона у него еще было, тогда как у самого Рона напрочь отсутствовал хоть какой-то шанс сбежать.
Такую вот подставу ему работа учинила.
- Драконы тут, знаешь ли, очень своенравные и ревнивые, свою территорию берегут так, что в отдельные периоды лучше даже шага лишнего не делать. Если не брачуются, то даже на родича напасть могут, а человека, что мага, что магла - не особо думая, на куски порвут. Старший из Макфасти, земля ему пухом, рассказывал, что его с детства готовили с ними общаться. Всю их родню. Чтобы чернушки их хоть как-то принимали. Не за своих как бы, а за объект на подчиненной им местности. Такая наука.
Девица принесла пиво, и Чарльз отвлекся, не то на нее, не то на заказ, но больше на неё, конечно.
- А поесть у вас тут дают чего?
- Пироги сегодня есть. С телятиной и горошком.
- Обожаю телятину. Неси, - Чарльз широко улыбнулся, покосился на Рона и тут же добавил. - Два.
Потом он проводил девицу взглядом, вроде как оценивающим, хотя, признаться, больше расстояние, на которое та удалилась, чтобы продолжить вещать о, так сказать, материалах расследования без посторонних.
- Так вот. А тут кто-то упер сразу двоих. Из одного места. Не, брат, здесь история творится всяко веселее, чем “сели-полетели”. Тут кто-то к ней долго готовился.
Цыкнув зубом, мол: “Такие дела вот”, - Чарльз снова принялся за пиво.
- Завтра пойдем с той парочкой хит-визардов смотреть место еще раз. Там буду подробно рассказывать. Ноулза решили в кабинете оставить, чтоб под ногами не мешался, а то прогулка, наверно, долгой будет. Пошли с нами? Если шмоток удобных нет, мои возьмешь. Сейчас еще после ужина продукции местных вискокурен отдегустируем и справимся под твой размерчик все подделать, а то что-то ты совсем сдал. Даже лицо спало. Хоть зелья для похудения с тобой рекламируй...

+3

5

Hey me in twenty years
Does your milk still turn to rot too soon?
Do you still hoard souvenirs
And make them mirrors of sentimental veneer?

Зацепиться за чувство и постараться его растянуть, как банку ореховой пасты, на несколько недель - Рональд бесспорно чемпион в этом неофициальном, никем не признанном соревновании. Только вот любая спичка выгорает в какой-то момент, а значит и он скоро выгорит со всей своей угрюмостью, жалостью к себе, нелюбви к людям и хронической аллергией бурным проявлениям жизни. Что-то в дальнем, пыльном углу сознания подсказывало по нарастающей, что это драконье дело с ним надолго, а потому, оставив рутину, болезненную апатию и пассивную агрессию, ему придётся окунуться в омут с головой, нет-нет, да и найти этих внезапно пропавших чешуйчатых, а ещё ответить на миллион вопросов Чарли или выпить энное количество пинт местного эля, чтобы не отвечать.

Надо признать, что Рону было сложно общаться с Чарли; хуже, пожалуй, дело обстоятельно только с Перси: он, пожалуй, был единственным в этой семье, кто действительно радовал маму, если не считать выбора невесты, но, к слову признать, Молли снисходительно относилась только к Гарри; даже Гермиона как-то попала под раздачу высоких требований миссис Уизли. Остальные же… Ладно, допустим ещё Билл. Джинни всегда вне конкуренции. А вот по остальным факторам, если внимание на себя в детстве оттягивали выходки Джорджа и Фреда, то сейчас был час по соревнованием у Рона и Чарли: первый не выдержал и пяти лет брака; второй не был женат вовсе. В этом плане Чарли хотя бы был честнее, что не играл в оправдание чьих-то ожиданий. Рон же пытался, а потому, когда эти самые ожидания рухнули, желал только одного - забиться в свою собственную нору и поддерживать минимальные нужны жизнеобеспечения. В те дни, когда у него бывала Рози, он как-то оживлялся, но после, невидимый камень придавливал к любой поверхности ещё сильнее, чем прежде. Всё это, впрочем, довольно скучно объяснять, главное тут то: что Рону, не считая Джинни, которая проходила схожий период, было сложно общаться со всеми, но жизнелюбие и бодрость раздобрившегося, обросшего, потяжелевшего Чарли выбивала его сильнее всего. У Чарли всё было просто, как дважды два, а икс равно игрек; у Рона же вместо мыслей был спутанный кем-то клубок шерстяной нитки: только порежь или сожги в камине.

Поэтому когда они остались под вечером тет-а-тет, Рон нервничал. Нервничал, потому что они давно не говорили; нервничал, потому что не сказал Чарли про развод; нервничал, потому что уже очень давно не интересовался, а как сам Чарли поживает в далёких лесах Румынии. Когда он был счастлив, то пошутил, как минимум миллион и одну несмешную шутку про цыган; сейчас же ему шутить не хотелось, а потому его скурпулёзное бормотание про работу необходимо было наполнить пустым, тянувшимся, как всё та же ореховая паста, трёпом. Но тут встала другая дилемма: Чарли, опустошивший громадную пинту пива, меньше чем за минуту и в один присест, явно надумал Рона напоить. Нельзя сказать, что младший Уизли сильно был против, но, чёрт, со стороны казалось, что это ещё одно соревнование по битью рекордов маминого разочарования. И тем не менее на предложение сразу заказать вторую Уизли лишь обречённо кивнул. Вариантов особо не представлялось: не сегодня, так завтра. Главное раздобыть маггловский аспирин до того, как язык будет сильно заплетаться.

Звук разбитого стекла #1: минута десять секунд. Чарли вскользь поднимает старую добрую тему, которая сверлом, подобно тому, что Уизли ждёт завтра, бурит его мозг последние несколько месяцев. Хуже, наверное, это самодовольное выражение лица - брат явно считал свою шутку классной. Может оно так и было, но Рон встречает это с напыщенно сухим выражением лица замученного клерка.

- То есть, в теории, если кто-то и смог бы сдвинуть их с места, то кто-то хорошо знакомый этим … - /Мужчина полез в карман портфеля за записной книжкой, дабы уточнить для себя количество пропавших/ - да точно, двум. А возраст какой? Бумаги на них какие-то остались? … Если кто-то долго и готовился, то значит, задачка должна просто решаться. Драконы должны были знать хозяина… или как ты говоришь, того, кого признавали своей собственностью. Для начала надо проверить охрану заповедника…

При официантке он молчал. Ему и не надо было что-либо вставлять. Чарли хорошо справлялся сам. Впрочем, при упоминании пирогов да и ещё таким тоном, у Рона звучно засвербил желудок. День пролетел стремительно - как и предыдущий - а потому осознание, что кроме крепкой порции кофе с сэндвичем с утра он ничего толком и не ел.

- … Если успею разобраться с отчётом обливаторов. Они сейчас должны заканчивать, но не факт, что к утру всё письменно доложат. Местные, знаешь ли, не слишком любят торопиться.

В рыжей пышной бороде образовалась прорезь - Чарли явно собирался сказать, что отчёта может подождать и Ноулз, раз его всё равно, как министерскую крысу, оставляют в офисе бумажки оформлять, но Рон поспешил заранее ответить:

- Обливаторы под моей юрисдикцией. Впрочем, если что, гляну в обед. Основную стратегию для местного отдела по выработке версии для магглов мы сегодня добили. Главное, и дальше шума не поднимать.

Рон, который тоже был министерской крысой, только по части чрезвычайных ситуаций, растянул ту самую крысино-вежливую улыбку, которая, возможно, припадала ко всем сотрудникам ММ, не считая мракоборцев со стажем, навидавшихся всякого такого, что могли бы своей суровостью посоревноваться с русскими. Однако, Чарли это не проняло по всей видимости, а потому пришлось добавить:

- О, ладно тебе. Сдал и сдал. Работы много. Вот и сюда дёрнули.

Работы в большом количестве он нахватался сам, когда понял, что четыре стены его новой, маленькой, как канареечная клетка, квартиры на него не то, чтобы давят, но оказывают удушающий эффект. А за пару месяцев подобной практики, его начальница, Камилла, начала этим с перебором пользоваться.

- Ты кстати, как сам-то, согласился? Я думал, МакФасти здесь … ну, сам знаешь… монополисты.

Пинта Рона оставалась почти не тронутой, пока Чарли уже принимался уже за третью. Мелкий знал, что на голодный желудок - это слишком скользкая дорожка, в результате которой он мог докатиться до тех соплей, за которые может быть стыдно. Очень стыдно. Чарли, конечно, не Джордж - подкалывать до скончания веков не станет - но вот до конца расследования точно.

***
Сырость пробирала до костей. Рон, сносивший по наследству все шмотки старших, оказался в своём худшем кошмаре, когда снова [мать его снова!] оказался в шмотках Чарли. Заклятье для ушивки на хмельную голову не вспомнил ни один, ни второй Уизли. Свитер под классическим пальто смотрелся убого, но хотя бы было теплее. В голове боль качалась на качелях, а если случалось резко повернуть шеей, то начинала танцевать чечётку. Но хуже всего было выражение лица свежего, бодрого, весёлого Чарли, который не нашёл ничего лучше в качестве поддержки, кроме как хлопнуть по плечу и на ухо звучным басом спросить “Ну ты как?”. Уизли-младший застонал.

- Знаешь, я бы лучше поменялся с Ноулсом, чем…

… чем пачкать туфли, которые когда-то его заставила купить Гермиона. По её словам, якобы не промокаемые. Грязь под подошвой из-за дождливого, моросящего, серого утра хлюпала, плескалась, скользила и приставала к кожаной отделке. У Рона не было детской, гадкой мысли, напялить их в отместку. На этот сезон это была единственная обувь. Но всё же она грела не хуже, чем братский свитер.

- Далеко ещё?

+1


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » фандомное » летят утки