POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » marvel: planet hell


marvel: planet hell

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1307/895744.png

Valkyrie, Thor, Loki
2016 // Земля

Новая планета, новая жизнь, новый дом - только с небом в клеточку

Отредактировано Valkyrie (2020-06-30 22:04:57)

+2

2

Свежий воздух кажется обжигающим, едким, горячим на вдохе и ледяным на выдохе. Ванда с трудом держит искалеченного варлока на руках, ее физические силы на исходе. Бездна, что прежде не выходила наружу на столь продолжительный срок, мутит сознание, стремится вырваться из-под контроля. Локи, в последнем порыве, старается наложить руну усмирения. Прежде она легко подчиняла алые силы, но в этот раз все идет иначе. Чары словно отражает зеркало, они пробираются под кожу трикстера. Связывают тугим узлом регенерацию, усмиряют оставшиеся потоки энергий.

Маг слишком слаб, чтобы понять всю серьезность и необратимость фатальной ошибки. Ванда так и вовсе не замечает ничего, ее разум подернут алым маревом, не желающим развеиваться.

Портал из мира Хель открывается за добрую лигу от базы. Ванда летит красной стрелой над едва тронутыми листвой ветками деревьев. Не замечает, как ей навстречу движется Сокол. Он уже почти неделю занимается поисками пропавших магов, как и все остальные Мстители, что не были заняты более важными миссиями. Ведьма не слышит приветствия напарника, не отвечает, лишь продолжает двигаться к базе. Сэм Уилсон летит рядом, докладывая всем постам, что Ванда и Локи нашлись и скоро прибудут. Приказывает готовить медпункт, так как первичное сканирование через визор не обнадеживает, обоим магам нужна срочная помощь.

Встречают их под прицелом автоматов, хотят конвоировать, точно преступников. Валькирия, будучи представителем Асгарда, намерена лично контролировать поведение принца.
Но стоит Ванде опуститься на землю, алые всполохи сворачиваются. Прячутся, словно спрут в темной глубине. Сэм успевает подхватить ослабевающую девушку, а Брунгильда не дает Локи упасть на холодную мерзлую землю.

Убедившись, что на данный момент беглые преступники не опасны, агенты ЩИТа разрешают группе медиков начать транспортировку в больничное крыло.

***

-… Состояние стабильное, однако ряд повреждений критичен. Мы делаем все возможное, но наше оборудование несовершенно, а ваше не до конца изучено, - устало выдыхает врач, поправляя маску на лице. В его голосе даже слышна легкая тень сострадания. Брунгильда явно недовольна таким скудным ответом, поэтому человеку не остаётся ничего, кроме как выдать полный перечень ранений бога:

- Утеряны все зубы, отсечены оба уха, часть языка. Сломана челюсть, пробито легкое. На спине множественные глубокие порезы, нарушение целостности кожного покрова в области лопаток. Признаков разложения мягких тканей на месте отнятых рук и ноги нет. Зрение, возможно, частично утрачено. Пигментация волосяных луковиц тоже выглядит крайне несвойственно, насколько можно об этом судить. Психическое состояние пока проверить не удается, он в сознании, но никак не реагирует на внешние раздражители. Если у вас есть какой-то иной путь к коммуникации, кроме как вербальный, стоит им воспользоваться. ЩИТу необходимо знать, насколько сейчас опасно находиться рядом с п… пациентом.

Слово «преступник» повисает в воздухе, остается невысказанным, но вполне осязаемым.

Локи этого еще пока не знает, не осознает, лишь улавливает краткие проблески сознания, выхватывает образы. Вспышки становятся чаще, когда знакомая рука касается плеча.

Тепло.

Под кожей перекатывается гром – брат.

Чуть повернув голову, варлок различает мутный ареол искристых молний. Улыбается, хотя этого и не видно под маской ИВЛ. Тор разгневан, и это вызывает злой триумф в душе трикстера. Старшему все же не плевать на младшего непутевого брата, который вернулся буквально с того света, не раскрыв Хеле ни единой тайны.

Лицезри меня, брат.

Отредактировано Loki Laufeyson (2020-08-08 01:55:33)

+2

3

- Нашли! - сообщили бойцы ЩИТа - и Валькирия рванула туда, прибыв на место одной из первых. Потому что сложно обогнать валькирию, когда она торопится, да еще по такому поводу. У нее было свое мнение насчет сложившейся ситуации - еще бы, у нее было свое мнение касательно асгардцев. И Локи тоже. И складывающаяся ситуация ей категорически не нравилась.
Выглядит маг откровенно плохо. Точнее, ужасно - в таком "разобранном" виде Валькирия видела существ только после арены Грандмастера, да и то не всегда. Он, конечно, не человек - он, конечно, выживет. И придет в норму, и снова будет в порядке. Но думать о том, где они с ведьмой побывали, и что там делали, думать не хотелось категорически. Особенно после Хелы.
Ситуация куда хуже просто обострения, она накаляется все больше и больше - и из-за Локи в том числе. Но, не смотря на силы и право, они тут - в меньшинстве. И сколько бы она не хмурила брови и не делала то что считала нужным, - они тут слишком на птичьих правах, что чего-то требовать. Да, она сопровождает пострадавших в медотсек, но и так очевидно, что они скорее заключенные, чем пациенты.

С людьми справляться легко - они с ней связываться не будут. Не по одиночке. По одиночке они пятятся и делают, как она сказала, вот и этот лекарь начинает объяснять. Хоть смысла в его словах ровным счетом никакого.
- Я скажу Тору, - отвечает она единственное. У нее нет средств коммуникации помимо вербальных, они есть у Ванды, которая и сама не в том состоянии. Но Тору точно надо знать об этом. Поэтому она идет за ним, чуя предстоящие неприятности.

- Локи вернулся. Медотсек, - говорит она коротко и разворачивается, не проверяя, идет ли Тор за ней. Потому что знает, что, да, идет. Как может не пойти?
В медотсеке она отходит в сторонку, чтобы не мозолить глаза, но чутко прислушается и присматривается. Это не тот случай, когда надо проявлять деликатность, это все касается их всех. В первую очередь - асгардцев. И Валькирия переводит взгляд с кушетки на Тора, ожидая его реакции или слов. Им всем надо понять, что их ждет, и как быть дальше.

+2

4

Корпус смартфона разлетается в руке на мелкие осколки, а металлическая сердцевина c оплавленным пластиком дымится, прошитая ударом молний. Тор отбрасывает остатки в урну, вытирает покрытую копотью ладонь о брюки — манерами наследник Одина никогда не отличался, как бы не старалась матушка.

«Локи нашли».

Всего два слова во всплывшем на экране уведомлении заставили громовержца потерять контроль. Младший вновь принялся за старое, стоило им вернуться в Мидгард. Его исчезновение поставило, а вернее подставило, асгардцев, находящихся в и без того незавидном положении. Хеймдалль не мог найти трикстера, а возможности Стренджа, который сотрудничал с мстителями изредка и исключительно по собственному желанию, не видел дальше вверенного ему под охрану мира. Еще Тор знатно сглупил, не скрывая того, что знаком с чародеем, прикусил язык, осознав через пару минут, что придется рассказать всё. В том числе и то, что после битвы с читаури, несмотря на договоренность, он возвращался в Мидгард с Локи. Да. Переговоры в тот день не задались.

К слову о переговорах, по большей части именно из них и состояли последние месяцы Одинсона. Бремя правления, как он и предполагал несколько лет назад (отказавшись от трона), по большей части состояло из «дипломатии». И если в Асгарде почти все вопросы решались на пирах или на поле брани, то тут все проходило в похожих друг на друга комнатах из стекла и бетона, где все участники то смотрели в бумаги в темных папках, то спорили, меняя интонации от шепота (вот точь-в-точь как Локи) до крика. Самыми приятными были переговоры с норвежцами, что были готовы приютить своих богов, предоставить им территорию, где братья в последний раз говорили с Одином. Куда явилась Хела. Мысль о сестре до сих пор отдавалась болью в глазнице и скуле.

***
Недалеко от базы рокот грома сопровождают молнии, а затем и столп света, выжигающий древние руны на зеленой траве. Громсекира приятной тяжестью лежит в ладони — ждать квинджет не было ни времени, ни желания. Тор, усмехнувшись, замечает спешащую к нему валькирию.

— Локи вернулся. Медотсек.

Приходится сделать глубокий вдох, в первом сообщении не было ни слова о том, что брат пострадал. Пострадал настолько, что пришлось прибегнуть к вмешательству мидгардских врачей на базе.

— Что с ним? Целителей пустили? — спрашивает Тор, отчего-то боясь встретиться взглядом с Брунгильдой, пока они идут в сторону базы.

И только увидев Локи, Одинсон понимает насколько все серьезно. Это хуже любого из его ночных кошмаров, даже тех, что предвещали Рагнарек, когда огонь пожирал его родной мир. В конце-концов ведь так и случилось, а к тому, что он видел прямо перед собой ничто не могло подготовить. Он осторожно касается плеча брата — вернее того, что от него осталось, и если бы не раздражающий писк мидгарских приборов, он бы не поверил, что тот еще жив. Отчего-то разум отказывается принять, что искалеченное тело на больничной койке это его Локи. Но стоит младшему открыть глаза и встретиться с ним мутным взглядом, в горле встает комок, а по пальцам пробегают молнии.

«Кто это сделал?»

Тора уже успели предупредить о проблемах вербального общения, поэтому вслух он не произносит ни слова. Хочется верить, что Локи его слышит, и что его собственных скудных, признаться честно, умений в магии хватит, чтобы услышать ответ. Особенно сейчас, когда он изо всех сил старается сдержать бурю внутри, что вполне может разнести здание. Громовержец делает глубокий вдох и пытается сосредоточиться. Его ярость обрушится на виновника, как только он его найдет. Сейчас же он должен позаботиться о брате.

- Приведите асгардских целителей!

Это не просьба, это приказ. Голос звучит особенно громко в тишине медотсека, кто-то из агентов ЩИТа вздрагивает и оглядывается на старших коллег. Но и тем не доводилось видеть бога грома в ярости, так что, мидгардцы неслаженно покидают палату, оставив лишь пару караульных за дверью, и идут к блоку, где разместили асов.

«Держись, брат. Я рядом».

Тор слегка сжимает его плечо, а потом опускается рядом, прямо на пол, становясь на колени, чтобы наклониться ближе, поцеловать в висок.

«Ты справишься. Мы справимся. Вместе».

Отредактировано Thor Odinson (2020-09-21 23:58:45)

+1

5

Агенты ЩИТа, медики и несколько военных в штатском спорят меж собой, чей приказ стоит считать приоритетным. Каждый имеет над собой вышестоящее руководство, но текущий беспрецедентный случай может легко обернуться катастрофой. Видеть Бога в гневе никому не хочется, хотя бы из банального инстинкта самосохранения. Благо, решение проблемы возникает в лице Валькирии. Она покидает палату и почти бегом направляется в южное крыло базы, где асов держат на особом положении.

Агентам ничего не остается, кроме как броситься вслед Брунгильде и проконвоировать выбранных ею лекарей до палаты. На более решительные меры никто из людей пока не идет.

***

Маг слышит вопрос брата как тихий раскат грядущей бури. Эхом слова скользят меж мутной пелены.
Внутри своего подсознания трикстер находится в серо-молочном тумане. Густом, влажном. И посередине этого «ничто» медленно начинает появляться образ Тора. Сотканная из тысяч ярких всполохов, его ярость рассеивает марево, в пучинах которого мерно покачивается варлок. 

Локи оборачивается к старшему брату. Черные, как смоль, волосы почти полностью седы, глаза подернуты бельмами. Кожа точно воск – желтовата и полупрозрачна.
Тор все ближе, с каждым новым словом, пока наконец не оказывается лицом к лицу с варлоком.

«Хела» - исчерпывающий ответ, от которого старший вскипает, загорается еще ярче. Льнет всем естеством в порыве защитить, помочь, унять боль.

В ином ходе событий Локи не позволил бы жалости к себе, не дал даже на секунду усомниться в силе.
Но сейчас от него почти ничего не осталось. Всецело повинный, навлекший опасность на себя и свою ученицу, будучи на грани жизни и смерти, Локи принимает поражение.

«Она ничего не знает, ничего не сможет сотворить против нас. Я не сказал».

Черным душным потоком Локи обрушивает на подсознание брата все, что в силах вспомнить. Пытки, вопросы, снова пытки – вся вечность, в едином порыве сломить трикстера, не смогла покорить его разум. И в этом нет бравады, гордости, жертвы.

Локи не пожелал быть сломленным, он пожелал остаться сыном Одина, наследным принцем Асгарда, пасть которому не суждено, пока живы его защитники.

Цепляясь призрачными пальцами за шею брата, маг хочет, в последний раз, ощутить змеистые молнии. Ароматы бури и прелой травы забивают нос, заставляют невидящие глаза слезиться.

«Прости…»

Отредактировано Loki Laufeyson (2020-08-10 00:37:21)

+1

6

Что Тор будет, мягко говоря, не в восторге увидеть брата в таком состоянии, было ясно и так. И лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Она бы все равно не смогла объяснить, что с ним - хотя бы потому, что сама не знала. Это тебе не удар по голове или рана от меча - точнее, все сразу и даже больше. Так что и пытаться объяснять смысла не имело. Хотя, конечно, она была рада - они с Тором оба - что Локи все-таки вернулся и все-таки живым.
Валькирия стоит с краю, в углу палаты, и хмурится. Как будто было мало проблем, Локи притащил новые. У них у всех, кажется, эта общая черта - делая шаг в сторону тут же находить неприятности. И даже на родственные связи не спишешь - она-то с Вандой точно им не родственники.
Тор зовет целителей, но мидгардцы начинают только переглядываться и переминаться. Ну да, земляне, она уже поняла, что тут миллион начальников, готовых на распоряжения. И безразлично, нужны ли кому-то их распоряжения, как и они сами. Поняв, что толку не будет, Валькирия молча поворачивается и идет к двери, расталкивая по дороге тех, кто не успел отойти сам. Раз больше некому - она сходит сама.
Со стороны это выглядит смешно - она впереди, ее распоряжения, молчаливая готовность асгардцев и вид мидгардцев, которые изображают главных и опасных. Она бы шутя справилась с каждым. Но не когда их столько.

Вернувшись в палату, Валькирия снова отходит в сторону, не мешая лекарям и Тору, но наблюдая за последним. Она напряженно вглядывается в него - похоже, он с Локи общаться все-таки может. Что там произошло? Где был Локи? И, самое главное, - чем это грозит? Мидгардцы и так нервные как дикие кони, которым подожгли хвосты, и точно используют ситуацию как еще один пункт в длинном списке обвинений. Она не умеет сидеть, сложа руки, в состоянии неизвестности.
- Что? - спрашивает она Тора, не будучи, впрочем, уверена, что он вообще слышит что-то вокруг.
Но к битве надо готовиться заранее, если бы только понимать - с кем именно.

+2

7

Ослепленный чужой и собственной болью Тор, словно не видит ничего вокруг. Стальной каркас больничной койки сминается под пальцами, на которых только усилием воли не искрят молнии. Хотя отголосок этой вспышки вызывает помехи в передаче видеопотока с камер, заставляя оператора нахмуриться и потянуться к тревожной кнопке. Каждый из служащих на базе был натаскан по мерам безопасности в первый месяц прибытия асов, и рамки становились всё жестче, как бы не освещали в прессе успешные переговоры, как бы не улыбался Одинсон, как бы не ценили его помощь в спасении Земли.

Не уберег. Ни родной мир, ни подданных, ни непоседливого брата. Осуждение отчего-то звучит голосом матери, и Тору, совсем как прежде, не хочется оправдываться и юлить, только опустить взгляд в пол, склонив голову, и верить в то, что его простят, что все можно исправить. Вот только нельзя исправить то, что он видит, когда вновь открывает глаза.

«Локи».

В тихом обращении нет жалости, которую наверняка будет искать брат, от которой раньше кривил губы и хмурил брови — только боль и сожаление. Может отчаяние. А после Тора вновь поглощает злоба на себя самого, ведь должен был искать лучше, отправиться в Хельхейм, может погибнуть в бою или от пыток, но не допустить всего этого. Того, чтобы брата так изувечила и сломала обезумевшая Хела. Того, чтобы Локи вновь заперли в клетке, именно клеткой, а не больничной палатой было это место. Того, чтобы он пережил все это в одиночестве.

«Прости меня, брат».

Словно его извинения могут что-то изменить. Он несмело касается побелевших прядей, гладит по голове, утирает большим пальцем скатившуюся по щеке слезу из почти невидящих глаз. Хочется обнять Локи, поддерживая под спину и шею, прижать к себе крепко и не подпускать никого. Глупое бессмысленное проявление желания защитить. Вот только Тор опоздал. И ему страшно. Страшно прикоснуться к брату, будто тот сломается в его руках в следующее мгновение, рассыплется пеплом, как бывало в ночных кошмарах. Оттого почти без сопротивления подпускает целителей, отходя в сторону, напоследок качаясь плеча Локи.

«Обещаю, я верну, всё, что она забрала».

Слово Тора. Ярость возвращается, заглушая остальные чувства, и он не сразу слышит вопрос Валькирии, думая о единственной помощи, которую может оказать — возмездии.

— Хела, — с отвращением отвечает он.

Одно это имя может объяснить все случившееся. Особенно Валькирии.

— Подменишь меня ненадолго... через пару дней? — как можно нейтральнее произносит Тор,  похлопав воительницу по плечу.

Не хочется думать о том, что что-то пойдет не так. Он верит в брата, должен верить, как бы мрачно не выглядели асы, осматривающие Локи и пытающиеся ему помочь. Как должен верить в то, что его визит в Хэльхейм не станет очередной глупостью. И тем более его могилой. А пока никакие силы этого мира не заставят покинуть палату. Сложно понять, сколько времени проходит в молчании, пока они с Валькирией стоят в стороне.

— Хочешь остаться или пойдешь узнаешь, что там с Вандой?

В голове одновременно пусто, и в тоже время слишком много мыслей — Тор хмурится, когда вспоминает имя ученицы Локи.

Отредактировано Thor Odinson (2020-09-28 18:45:42)

+2

8

Если и было в мире слово, которым можно было объяснить вообще все - состояние, настроение, положение дел - то оно только что было произнесено. Валькирия разве что не пошатнулась, услышав ненавистное имя. Сколько столетий прошло - а ничего не изменилось, раны начинали ныть как будто свежие, и в глазах закипали фантомы пролитых и не пролитых слез по погибшим. Они же оставили уничтоженный Асгард Суртуру, чтобы они уничтожили друг друга. Когда же эта тварь, наконец, сдохнет?! Всеотца уже нет в живых, а она - как земные тараканы, сколько ни трави - только меняют окрас.
Валькирия схватилась за место, где когда-то висел меч, который заставили снять. Будь Хела тут - ринулась бы вперед даже с голыми руками. И здравомыслие тут не при чем, уж сколько столетий самый сладкий сон - как гадина подыхает с ее мечом в груди. А теперь Локи... Как, где, почему?!
- Я... нет! - воскликнула она, услышав просьбу. - Ты пойдешь искать ее? Ты пойдешь на битву? Возьми меня с собой! Ты уже видел меня в бою - я тебе пригожусь. Я хочу ей отомстить - за валькирий, за Асгард, за все! не бросай меня тут - я воин, а не секретарь!
Она привыкла сама решать, что делать, с тех пор, как покинула Асгард, но против воли Всеотца не мог идти никто. Она видела, как Тор доказал свое право на это имя. Как бы она ни спорила и не отрицала себе самой - он был ее царь и повелитель, всегда и везде. Всеотец посылал валькирий на бой, он же приветствовал их победы. Пойти против его воли были против собственного естества... и желания. И теперь приходилось просить, чтобы занять место рядом.
- Здесь от меня толку не будет, - она бросила взгляд на Локи и врачей рядом, - я могу пойти к Ванде, но... Скажи мне, что ты не оставишь меня тут, разбираться с этими мелкими людьми и их запретами!

+2

9

Приходится придержать воительницу за плечи, словно она может сорваться в бою и исчезнуть, перенестись в Хельхейм прямо сейчас. И да, Тор видел ее в сражении, может они и бились так слаженно, оттого что похожи — он и сам отреагировал бы так же. Каких-то пару лет назад.

— Я не умаляю твоей доблести и умений, — начинает он настолько тактично, насколько умеет, — но нашему народу нужен лидер. Мы же не можем позволить Хеле обезглавить Новый Асгард?

Все еще держа ладони на плечах, он чуть наклоняется к Валькирии, заглядывая в глаза, надеясь донести эту простую мысль. Что они не могут позволить себе быть безрассудными, одержимыми местью, даже если разум застилает пелена гнева. Иначе они проиграют. Снова.

Чтобы не говорил отец, уничтожение родного мира не ослабило это исчадие хаоса и мрака. И признаться, не готов Тор рисковать кем-то кроме себя.

Еще во время беспорядков в девяти мирах, ведя воинов в бой, он осознал цену своих решений. Сейчас же на нем еще большая ответственность — бремя власти, что нужно передать достойному, и Одинсон уверен, что сделал правильный выбор.

+2

10

Образ брата растворяется в мутной дымке, глаза вновь слепнут, а звуки теряются за горизонтом, множась едва уловимым эхом.
Некоторое время Локи еще ждет возвращения Тора, смутно понимая, что тот, скорее всего, не придет уже никогда.

Теплая ладонь Аморы ложится на лоб, посылает импульс к погружению в полноценный глубоки сон. Несколько асгардских целительниц, по команде, начинают ткать из квантовых нитей силуэт тела бога, выявляя самые пораженные участки.

Эйр как всегда беспристрастна и холодна, она поистине лучшая целительница, первая в излечивании тела и духа. Впрочем, и Вёр не уступает ей в профессионализме – с предельным вниманием изучает показатели мозговой активности, бросая на Тора, стоящего у двери, краткий пронизывающий взгляд.

Только молодая Снотра все еще не решается притронуться к блестящим сгусткам энергии – она смотрит на лицо Локи неотрывно, в немом оцепенении. Амора мягко касается ее плеча и кратко ободряюще кивает, указывая на то, с чего стоит начать работу. Тонкие девичьи пальцы приступают к распутыванию клубка невнятных показателей, которые сбивает наложенная руна, предназначенная для Ванды, но отраженная на самого варлока.
Дева, пересиливая страх, откидывает край пеленки и внимательно ощупывает грудь и плечи Локи.

- … кто это мог сделать? – в тихо шепчет она, едва сдерживая мучительные слезы.

- Кто-то из Моровой нежити. Я чувствую остаточные энергии их проклятых клинков, - Вёр плавно отгоняет ненужные фрагменты и максимально приближает пульсирующий клубок энергии.

- Такое возможно? – скептично кривит нос Эйр. - В его состоянии удивительно вообще оставаться в живых.

- Мы знаем о природе полуйотунов слишком мало, - Вёр хочет добавить что-то еще, но варлок резко дергается на кушетке, заставляя целительниц рефлекторно отпрянуть в страхе.

Кожа Локи синеет, покрываясь хримтурскими узорами, а воздух вокруг заметно холодеет. Несколько томительных секунд девы смотрят на врага, страшный кошмар, ужас во плоти.

Снотра нервно сглатывает, смотря то на принца, то на коллег. Эйр продолжает перебирать все новые и новые проекции, убирая в правую наиболее важные участки, а в лево – наименее заслуживающие внимания. Демонстративно не замечает внешних метаморфоз с телом принца. Вёр вглядывается в сплетение йотунских узоров, будто боясь коснуться их руками.

Поглощённые эмоциями, целительницы не улавливают момента, когда Тор покидает палату. Громовержец исчезает в потоке Бивреста через несколько минут, не давая никаких объяснений. Лишь заявляет, что передает бразды правления Валькирии.

И, видят Норны, это был последний день, когда асы чувствовали себя в безопасности.

Отредактировано Loki Laufeyson (2020-10-02 01:44:42)

0


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » marvel: planet hell