POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » фандомное » - это выбор.


- это выбор.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1


http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1457/326251.png
ТЫ ЛИБО ТАНЦУЙ - ЛИБО ГАВКАЙ.
ТЫ ТОЛЬКО НЕ СКУЛИ ;

[icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1457/935583.png[/icon]

Отредактировано The Gray Wolf (2020-07-23 18:37:30)

+6

2

ЭТО ВСЕГДА ЁБАННЫЙ ВЫБОР :
кажется так называлась книжка на полке арбатского магазина. где-то на втором этаже, пройдя стеллажи с учебниками, задержавшись возле полки с учебниками для музыкальных школ ( этюды черни всё в той же кремовой обложке, детский альбом чайковского - в рыжей ).
или это было кино в кинотеатре пионер на кутузовском, что так отчаянно подавалось с русскими субтитрами на французском языке. там на входе ещё можно было за триста рублей взять бокал шампанского и представить, что не воняет сгоревшим поп-корном.

каждый день грёбанный выбор - поставь галочку в бюллетени, центральная избирательная комиссия твоего ебанутого мозга ( сокращённо, конечно же, циктем ) непременно подсчитает голоса. потом окажется, что явка была мизерной и вообще выборы в нашей стране не выборы, даже когда дело касается твоего собственного мозга.

волк плюётся сукровицей на асфальт и ковыряется в зубах билетом из метро, что по дешёвке купил у армянина на входе ( в кризис получаются странные бизнес идеи - купи в автомате одну поездку за 55 рублей, а у брата за 45 ). от билета пахнет специями и дымом - так летом пахнут придорожные кафешки, в которых сидят усталые и потные дальнобойщики. волк вспоминает как на армянском спасибо и почти что перепрыгивает через турникет - просто потому что так веселее.

просто потому что каждый день - грёбанный выбор ; сегодня ты выбираешь воняющее бомжатиной и проводкой метро, завтра гнилой фарш, послезавтра - дешёвое порно.
волк выбирает всё сразу.

первым концепцию выбора ему объясняет чернобог - иван царевич или дурак ( который там блять из них ) объяснять ничего не любил и в большинстве своём что-то требовал ; чернобог не требует, а молча и темно говорит - волка слушает.
кажется, волку забыли объяснить, что выбор - это сложно, выбор - это противно. выбор - это грёбанно, ебано и отстойно.


МОСКВА НА ЛАДОНИ МАЛЕНЬКАЯ, В ГЛАЗАХ БОЛЬШАЯ. ВОЛК ЛЮБИТ ФИЛЁВСКИЙ ПАРК С ОБГАШЕННЫМИ КЛАДМЕНАМИ И ОБГАЖЕННЫЙ ГОЛУБЯМИ ПАМЯТНИК ПЕТРУ НА РЕКЕ. ЛЮБИТ ПЕРВЫЙ УКУС В ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ПЛОТЬ - ЧТОБЫ ОНА БЫЛА ЕЩЁ ЖИВОЙ, НАПУГАННОЙ И СЛАДКОЙ.

жить, как послушная шавка - это тоже по-своему выбор ; волк мог бы теряться среди попыток понять как так вышло и почему, если бы его это действительно заботило. голова итак болит от голода, зачем ей болеть ещё и от мыслей - посмотришь на кота и тошно становится, как его мозг не взрывается ( может пару раз и взорвался, волк точно уверен, что из девяти жизней осталось максимум три ).

когда кто-то начинает ему завидовать, он раздражённо хмыкает, слюнявит фильтр и выбрасывает сигарету так её и не закурив. зависть незнакома ему так же, как мысли - это что-то чужое, человеческое и ненужное. у него может быть всё тело шерстью не покрыто, нет ушей и хвоста, но на человека он похож точно так же, как билетик за 55 рублей похож на билетик за 45.

что можно купить на сэкономленные десять рублей волк не знает.
если накопить достаточно, можно купить яге коробку шоколадных конфет. волк от сладкого морщится и торопится поскорее отдать - соблазн выбросить куда-нибудь в дворовые кусты оказывается слишком велик.
волк делает выбор, когда оставляет в своём кнопочном телефоне лишь три телефона в быстром наборе - она, он и кот. волк делает выбор, когда получает смс с адресом, именем и внешним описанием, когда голод ударяет в темя и почти что лишает контроля. волк делает выбор, когда запрокидывает голову и медленно проглатывает первый кусок.

после первого укуса они все сдаются и даже почти больше не кричат.


СЧАСТЬЕ ВЫГЛЯДИТ КАК ПОПАЛО :

волк делает выбор, когда ловит носом чужой запах. знает - не тот ужин, не то блюдо, что разрешили выбрать в меню. волк делает выбор - и ему пиздец как всё равно, потому что голод - он сильнее всего.
им этого никогда не понять - ни богам, ни ведьмам ; они не знают, что это такое - жить с самим собой и знать, что с каждым днём обрастает опухоль, врывается в десну и болит, болит, болит, пока не лопается и гноем не заполняет рот. они не знают - они боятся и правильно делают.
он бы тоже боялся, если бы не привык.
этот выбор он делает с самой первой своей луны, под которой он танцевал с горящими саламандрами, что развелись в его мозгу, отчаянно выл и пировал, не обращая внимания на чужие крики.

волку становится противно, когда желудок оказывается полон, а телефон всё ещё светится смской : «малая ордынка, тигран, высокий, шрам на верхней губе. приятного аппетита». через пол часа он будет блевать случайно попавшими и необгрызанными костями, а сейчас тошнота подкатывает на подобии ошейника, что в любой момент может оказаться на шее.
там обязательно насмешкой будет этикетка : «если пёсик потеряется, верните хозяину».
волк скрепит костями.

кормушка полной оказалась, а он лишь подтвердил - сколько не корми, всё равно в лес убежит.

в лесу яга с красивыми длинными ногами, с которых приятно слизывать кровь, когда она случайно разбивает колени ; волк довольно жмурится, потом пугается, потом злится - голод пропал, чернобог будет зол, волк виноват.
волк делает выбор. ебённо-грёбанный выбор и опять вспоминает : выбор - это больно, выбор - это сложно.

- кажется я проебался, - в замочную скважину посреди ночи, зажав указательным пальцем звонок и однозначно перебудив всех соседей. и самому от своих слов страшно - не потому что сожрал девчонку, что пьяная домой уже не вернётся, а потому что не сожрал кого надо. выблеванные кости и случайнно съеденная резинка для волос на лестничной клетке этажом ниже. никто не заметит. никто не поймёт.

волк же не заметил - волку пиздец наплевать.
волк на цепь не хочет и жрать больше тоже не хочет. к яге голову на колени положить хочет и больше не делать выбор.

- ты же за мной следишь. давай дума(й)/(ть) что делать.

было бы проще, умей он думать ? умей он быть, как люди ?
делал бы только что прикажет чёрный и не шёл на поводу у инстинктов голодных ?
у волка отчаянно болит голова.
он уже непозволительно много думает. [icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1457/935583.png[/icon]

Отредактировано The Gray Wolf (2020-07-24 02:03:30)

+3

3

печенье крошится под пальцами: сдобное, песочное, шоколадное, с топленым молоком. пальцы бегают по краю печенья, пока она смотрит невидящим взглядом в стену - и ведь видит же там что-то. крошки сыплются в чай, мокнут, и вот она отхлебывает остывший кисель. ага владимировна? ага владимировна? не слышит. секретарша вздергивает брови, качает головой - уходит прочь. странная она какая-то, может, забеременела?

но вместо жизни под сердцем яга носит ядовитую черноту, которая по кусочку, по крошечке, отламывает и крошит ее саму.
в жизни все идет как-то наперекосяк, навыворот от самого шиворота, наперекор, не сквозь, а через: и через реку, и через греков, и через всю москву из жулебино в бибирево. переход с фиолетовой ветки на серую через всю москву в три шажочка: раз, два, три. на третий слышит знакомое:
эй, яга, отворяй.

не голос, не рык, а почти скулеж. каждый раз учит себя не вестись, не жалеть, но как тут не пожалеть, когда скулит, как побитый щенок? когда сворачивается у порога, как побитый щенок?

про ягу говорят обычно: нога костяная, сердце каменное (а то и вовсе заявляют, что нет его - но как может не быть, когда бьется в груди так сильно, что даже кончики пальцев вздрагивают?). а на деле - обе ноги здоровые, человечьи, сердце тоже есть - материнское, жалостливое.

вот и жалеет, когда он приходит по дверь скулить и скрестись.
на двери уж должны были борозды от когтей остаться, сколько к ней бездомных псов скрестись ходит (всего один, по правде, но он один целой стаи стоит).

уходя из дома, она зажмуривает глаза и тычется ключом в замочную скважину вслепую, лишь бы не видеть. на вопросы соседей отвечает растерянно, а то и вовсе не отвечает - знай себе, сверкнет зеленым глазом вправо-влево, и все вопросы испаряются, остаются только самые важные: мамочка, а что мы сегодня на обед кушать будем? яга ведет холодной ладонью по щеке лопочущей соседки. той уже самой за семьдесят, глаза подернулись белесой пленкой старости, а лопочет теперь как малый ребенок: мама-мамочка.

- приводи своих друзей, их и зажарим, - говорит яга и смеется.

страх в по-детски широко распахнутых глазах старухи внезапно напоминает яге, кто она сама такая - не больше, чем старуха, запрятанная в теле молодой женщины.

ДОМ КАЗЕННЫЙ, ДОРОГА ДОЛГАЯ, КАРТА БИТАЯ, ЗА СВОБОДОЙ ДЛИТСЯ ОЧЕРЕДЬ ОБРЕЧЕННАЯ. МЫ НА НЕБО, КАК ОБЫЧНО, ПРИШЛИ УБИТЫМИ. НАС СЖИГАЕТ ЖИЗНЬ ИНАЯ ГЛАЗАМИ ЧЕРНЫМИ.

сердце бьется в груди так сильно, что даже кончики пальцев вздрагивают.
рука, перекинутая через бортик ванны, уже онемела, и яга смотрит на нее, на то, как вздрагивают пальцы, будто не на себя, не на часть себя.
а какие части ее - она сама? тело это, лицо эта, руки эти, пальцы - это она? или это кукла, которую чернобог достал с верхней полки антресолей, встряхнул и вдохнул в нее жизнь и черную горькую злобу, что свернулась теперь под сердцем. и что из этого ее, что из этого она?

вода успела остыть.
поверхность изредка вздрагивает, когда на нее падают капли (яга с удивлением понимает, что плачет).
мокрые волосы липкими влажными водорослями обнимают грудь - не воспоминание даже, отголосок эха воспоминания о какой-то другой жизни, а какой-то другой ней.
под тяжелым взглядом пламя свечи трепещет, взволнованное, и вспыхивает ярче, расцвеченное зеленым и синим.

она не хочет вставать, но где-то снаружи ей в голову скребется когтями волк, скулит, все равно что побитый щенок. просит помочь, утереть кровь с морды, убрать за ним все дерьмо и потрепать по холке, чтобы не хандрил.

тонкая ткань атласного халата мерзко липнет к мокрой коже, босые ступни оставляют на линолеуме мокрые следы.
яга долго жмется лбом к мягкому, пахнущему резиной дерматину двери.
думает, что делать.
прогнать духу не хватает.

выйти бы — стекла выбить, решетки вынести;
трижды плюнуть, растереть, позабыть неладное.
[icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1457/785076.png[/icon]

+5

4

Я НИКЕМ НЕ МОГ ДЛЯ ТЕБЯ СТАТЬ.

петька зовёт в дискорд, чтобы гыгатать и гамать в контру ; волк выбирает себе никнейм nagibator69 и делает вид, что ему смешно от собственного уровня комедии. сверкающие кнопки клавиатуры сливаются в разноцветную пелену. из сказки сбеги в реальность, из реальности в сказку - волк засыпает, когда голова наполнена несуществующими образами компьютерных игр, и он почти что чувствует запах металла пистолета.
компьютерные игры утоляют голод, ровно настолько, чтобы понять - голода есть два : один реальный, другой - голод убийства.

волк выгибает позвоночник, ускользает - ускользает от прикосновения чужих и других людей ( где разница ? ) ; требует неприкосновенности. каждое касание превращает в пса, потому что ладони у людей тёплые - у кого-то совсем уж горячие.
холодные волк отгрызает.
тёплые, на самом деле, тоже.

лето уходит ; волк задыхается чуть чаще. рассвет теперь приносит больше тревоги, чем равнодушия - неприятное чувство настойчиво не вырывается из груди, трепыхается и агонизирует. волк порыкивает, словно так получится спугнуть. вселенная вдруг оказалась такой большой ; лето уходит, волк задерживает взгляд.

яга в халате, волк в крови. наоборот было бы слишком странно. пока яга прячется за лицом молодой девы, волк ищет лазейки из своей конуры - как бы сбежать в лес, где прятаться его уже никто не будет заставлять. каждая лазейка оказывается ловушкой и затягивает поводок ещё больше.
когда чернобог узнает об очередном неповиновении своего пса, кажется ошейник затянется шипами внутрь.
некоторые люди никогда не растут. никогда не усваивают уроки. никогда не признают своих ошибок и никогда не признают свои ошибки.
люди, как домашние животные, уходят на день не дальше ближайшего поля или улицы, куда доносятся отзвуки дома, и чахнут, потому что дышат все одним и тем же воздухом; утром и вечером их тени шагают дальше их самих.

яга похожа на те части волка, которые он никогда не встретит ; отчаянность и самокопание заменяется им на равнодушие и равнодушие. пока яга злится на себя, волк злится на всех. кому как оказывается проще. память оказывается утомительной для них обоих - сотри им её кто-нибудь, всё было бы действительно проще. она бы стала ухаживать за детьми, он бы стал прятаться в лесах - умер бы от первого охотничьего выстрела, ну и что.
ей бы подарили его шкуру, обязательно выдав за искусственный мех.

он стучит по двери, грозясь пробудить всех соседей. если приедут менты, долго будут думать почему на лестничной клетке воняет псиной.
у неё острые ключицы, едва заметная, не до конца смытая тушь под левым глазом ; ему не нужна открытая дверь, чтобы об этом знать. губы пахнут вином в попытку утопить ночь в бокале. волк скалится.

когда яге мерзко от самой себя, волк готов сделать всё, лишь бы ей мерзко стало от него.

- открывай.

петька не любит играть за террористов, волк любит убивать.

всё больше он чувствует себя чучелом, чем живым. всё отчаяннее хочет крови и мяса. лишь бы не теряться, лишь бы не пугаться. на израненные лапы наклеивать пластырь - яга, как тот самый дорогой, на который вечно не хватает денег, поэтому приходится покупать дешёвый - белый, липкий, рулоном.

царевич перескакивает на волке через овраги с кислой желчью ; яга издаёт слишком глубокие и тяжёлые вздохи, разбрасывает по полу, а волк наступает - душит.

- открывай, сука, - вокл умеет только злиться и злить других ; нажать на запретные кнопки и взорваться к чертям. разозлить - злые люди действуют больше, чем думают, не теряют времени, реагируют. живут.

когда яга слишком долго молчит, волку кажется, что её кожа становится мертвенно бледной. сказочное счастье застряло где-то на садовом кольце в пробке, пропуская кортеж чиновников, спешащих на самолёт в монте-карло. будет дома не скоро - может совсем уже никогда - во дворах последнее время неспокойно, находят волчьи следы и трупы.

НА МОГИЛАХ С ТОБОЙ НЕ СПАЛ
И ВОДУ С ТОБОЙ ИЗ ПОД КРАНА НЕ ПИЛ.
[icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1457/935583.png[/icon]

+2

5

АСФАЛЬТ НАПОЛНИЛ ТРЕЩИНЫ
ВОДОЙ ИЗ ГРЯЗИ И ЛИСТВЫ.

больно это не когда соль на рану.
больно - это когда горячий язык зализывает раны, хотя должен был бы рвать на куски.
когда хватаешься за чужие сутулые плечи собственными хрупкими изломанными пальцами. а плечи, вместо того, чтобы держать, крошатся под пальцами. осыпаются на землю обломками пустых полых костей. из-под них вот-вот выползет змея, ужалит. умрешь, убитый ядом ошибочной привязанности. больно - это хвататься за истлевшую веревку в святой уверенности, что она не оборвется над пропастью.
но она рвется.

она падает.
разбивается фонтаном фарфоровых осколков от сервизных бабушкиных чашек.
но любая попытка собрать себя провальна, она только режет ладони.
серый волк рядом. чует кровь, и лижет, лижет ей порезы.
яге больно, яге хочется плакать.
яга молча дает волку лизаться. ждет, пока ладоней вместо горячего шершавого языка коснутся зубы.

она все это видела, все это знает.
в иные дни она сама подставляется - ну на, грызи. отними ты уже эти руки.
в иные дни - хватает волка за шкирку, как щенка, тычет носом в лужи, что он наделал. посмотри, посмотри. ты знаешь, какого это, оттирать кровь от паркета?
она не видит в глазах волка раскаяния, только плохо скрываемое удовольствие.
(она не видит в глазах волка ничего, что ищет там. ни преданности, ни привязанности, ни раскаяния, ни [подставить нужное])
она находит в нем простые вещи. голод. сытость. страх. радость, злость, безразличие.
вся его сущность - шестигранные кубик. кинь - не прогадаешь.

И УХОДЯ В НОЧИ В ЛЕСА
МНЕ ХОЧЕТСЯ СЕБЯ УБИТЬ.

открыть дверь оказывается куда легче, чем держать ее запертой. впустить волка оказывается проще, чем прогонять его. он в своем привычном костюме - заляпан кровью, ухмыляется, а в глазах плещется злость. яга напивается ею допьяна. вгрызается когтистыми пальцами в волчью морду, кривится, и глотает эту злость его, давится. а волку будто бы и смешно.

- чего тебе опять, - отирает замаранные ладони о подол халата, идет в комнату. ковер пыльный, и к влажным босым ногам липнут крошки ночных кошмаров, предрассветных сожалений и непреходящей тоски. волк ступает следом, но он не замечает грязного от ягининых мыслей пола.

у волка шесть граней всего лишь. яга снова бросает кубик.
тот вертится, вертится, и замирает на ребре.
голос у волка хриплый, гортанный, и яга представляет, как он булькает и радостно клокочет, запивая свой сырой ужин чьей-то горячей кровью.

РАЗВОДИШЬ РУКИ СЛОВНО КРЫЛЬЯ,
НО НЕКОМУ ЛОВИТЬ
[icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1457/785076.png[/icon]

+2

6

на коже вырезанный нательно
[..]
внутри меня прорастает тебя растение

злость больше не лазит где-то под кожей, прорывается сквозь голубые вены и оставляет синяки ; нет, она пробирается куда глубже, на рентгенах теперь высвечивается опухолью со злорадной усмешкой. ей внутри тепло, хорошо, как дома. холодные поликлиники с мерцающей лампочкой в потолке таких болезней не видели — бирюзовая карточка страховки оказывается скомкана в кулак. волк предпочитает старые методы и пытается свои раны зализывать — внутрь своей черепной коробки пробраться не удаётся. 

на фоне роковых пятиэтажек, он оказывается вполне себе имеющим на право существования элементом пейзажа. серый город, серый волк — всё сходится. это где-то там в центре всё замерцало, благодаря местному мэру, но сколько косметику не наноси, один удар ебала об капот автомобиля покажет, кто ты есть на самом деле. волк ебал для чернобога делать грязную работу, но иначе уже никак не получается. в скольких сказках не побывай, всё равно желудок словами не набьёшь. когда в твоё меню входит человечина — ещё сложнее.

существование няньки волка не очень радует, но какая разница — приносят тебе еду на блюдечке или просто кидают на пол ; убирают ли после тебя столовые приборы или же можно просто так свалить, даже не оставляя чаевые. нянька — это удобно, когда ты мощно проебался, особенно с приказами чернобога.

— я сожрал не того человека, — рычит сквозь клыки. яга опять выглядит хуёво, у волка не получается вспомнить, когда она выглядела иначе. хуёвых волк не ест, они чаще всего оказываются невкусными и гнилыми, как яблоки у бабки возле багратионовской ( волк покупает их из жалости ). яга будет невкусной, потому что сколько бы волк её не кусал — лицо не меняется. волк любит, когда они кричат, захлёбываются в страхе и падают. 

волк затягивает воздух её квартиры ; хуёво. когда-то дом яги пах для него деревом, лесом, всем, что ему действительно нравилось. теперь — ебаная москва пробралась сквозняком. вонь машин и холодного кирпича тупит его обоняние. от яги тоже воняет чем-то чужим, чем-то колким, холодным, едва живым. волк стучит, не думая, пальцем левой руки по расплавленному плечу яги, потом понимает, что надо бы что-то сказать. грубость в рот лезет раньше, чем вопрос 'как ты?' :
— разберись с этим. а тебе в следующий раз что-нибудь принесу.
волк считает всех вокруг слишком живыми, тёплыми и перепуганными, поэтому разговаривает с ними, как с самим собой — холодным, оскалистым, колючим, как летняя крапива. люди от этого податливо меняются.

волк проебал всех друзей, заложил сердце в ломбард чернобога и больше не умеет засыпать под ребрами чужих костей. его посадили на ошейник, но стал он ещё более диким. это не та история, в которой дикого зверя приручают, это та, где никому и нахер не сдался счастливый конец — здесь бы просто выжить, прожить, дожить.волк теперь — та самая пятиэтажка. пыль, панельные перекрытия, провода. иногда ему так паршиво, что из круглой трубы по стенам течет вода. дождь налетает на острые балконы. 

кровь в батареях стынет.

ты с корнями вырываешь [..]
не выражаюсь случайно, я поливаю
твои черты меня сегодня задевают
[icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1457/935583.png[/icon]

+1

7

чернобог вспарывает ее аккуратно, тоненьким лезвием стального скальпеля. боли она не чувствует, пока плоть не расходится, обнажая кривую клетку ребер, под которой ютятся страхи, надежды и глупое - почему-то все еще молодое сердце. хрупкое, хрусткое, все равно что наливное яблочко. чернобог крутит его, красное, блестящее, в черных пальцах, усмехается черной улыбкой, кашляет черным смехом.

каждый второй четверг каждого третьего месяца чернобог укладывает ее на стол в своем кабинете и заливает ее кровью важные государственные бумаги. раскрывает, проверяет, что нового появилось внутри, что потерялось. яга чувствует, как сквозняк щекочет ей печень и скручивается подколодным ужиком где-то там, где должна была бы быть матка, но и ее вырвали. внутри у ягы та еще помойка, но чернобог хмыкает удовлетворенно, стягивает плоть, каждый укол иглы как ласка материнской руки - яга не помнит, ласкала ли ее когда мать.

ПЕСНЮ ЛИ СПЕТЬ ТЕБЕ, КЛАНЯТЬСЯ ЛИ НАЧАТЬ? РАНЕНЫХ ЛЕБЕДЕЙ ЛЮБИТ ЗАКАТ КАЧАТЬ.

волк не осторожничает.
у волка острые зубы, и ниточка слюны, и жадная злость в глазах. волк смотрит на нее снизу вверх - яга иногда притворяется, что смотрит он как щенок. но щенок из него получается плохое - притворство рассеивается как только он лает на нее озлобленно. называет сукой. яга любовно подбирает его злые слова, она сплетет из них ему поводок и придушит однажды - даром, что не щенок.

волк не осторожничает.
под его клыками и когтями швы на ее теле расходятся легче и быстрее - она подставляется сама, ну давай, мол, смотри. любуйся, твой отпечаток там тоже есть. горячим дыханием ей обдает кожу, и думается - пора испугаться. яга видела, как волк пожирает людей. но она не пугается, вместо этого находит в себе надежду, что за горячим дыханием придет шершавый язык. залижет рану. успокоит ноющую тоску.

волк не осторожничает.
яге и не нужно, чтобы с ней были осторожными. внутри холодно, сквозняк холодит низ живота, яга обнимает пустоту и темноту и смеется каркающим, сухим смехом одинокой старухи.

КУКЛА — КУДА, КУДА? КУБАРЕМ ПОД ОБРЫВ. НЕ ПРИЧИНИ ВРЕДА — ДО ВРЕМЕНИ, ДО ПОРЫ.

она смыкает пальцы у него на загривке - на человеческом лице у волка звериные глаза и звериный оскал. яга сжимает пальцы - сильнее, крепче. хочет напомнить ему - хоть они и в одной лодке, волку уготовили честь ручного зверька, и лучше ему ластиться к ее рукам. она найдет ему хорошее применение и будет вкусно кормить. но она вовремя вспоминает, что из волка уже не выйдет хорошего питомца. из него-то и бандита хорошего не вышло.

яга говорит нельзя и вкладывает ладони ему в распахнутую пасть. смотрит. нельзя.
тянет выломать клыки - только чтобы посмотреть, как он, скуля, свернется у ее ног. авось, неповадно будет кого попало жрать.

- да что ты мне принесешь, только проблемы от тебя одни, - говорит она со злостью и толкает его в плечо. злиться получается плохо, злость быстро утекает сквозь искусанные губы и изломанные ногти. яга надевает на себя один, второй, третий слой одежды в попытке спрятаться от холода. не получается, и она некстати вспоминает, что холод у нее внутри. - веди. без тебя не пойду.

А ЕСЛИ ПРИДЕТ ПОРА — ВСТАНЕМ ЛИЦОМ К БЕДЕ. МАЛЬЧИК, ДАВАЙ ИГРАТЬ?
ДЕМОН, ДАВАЙ В ЛЮДЕЙ?
[icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1457/785076.png[/icon]

+2


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » фандомное » - это выбор.