POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » альтернативное » journey to the top


journey to the top

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

[nick]Jude Duarte[/nick][fandom]the folk of the air[/fandom][icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/277/467972.jpg[/icon][status](un)known soldier[/status][sign] [/sign][char]джуд дуарте[/char][lz]Better not to invent her in her absence. Better to wait until she's actually here. Then <a href="http://glassdrop.rusff.me/profile.php?id=1556">he</a> can make her up as she goes along.[/lz]

http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/277/403577.jpg
Even the times they argued, fought, parted, agonized, rejoined. How they’d loved to cut themselves on each other, taste their own blood. We were ruinous together, she thinks. But how else can we live, these days, except in the midst of ruin?

+9

2

[nick]Jude Duarte[/nick][fandom]the folk of the air[/fandom][icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/277/467972.jpg[/icon][status](un)known soldier[/status][sign] [/sign][char]джуд дуарте[/char][lz]Better not to invent her in her absence. Better to wait until she's actually here. Then <a href="http://glassdrop.rusff.me/profile.php?id=1556">he</a> can make her up as she goes along.[/lz]Думала, что отдохнёт, но усталость последних месяцев легла и прижалась к телу так, что сил нет доползти до кровати, иногда нет сил даже огрызнуться, и выпады Кардана Джуд через раз оставляет без ответа — ему наверняка нравится обмениваться острыми предметами, и этого удовольствия она его лишает. Жаль, что не специально.

Иногда приходит Таракан: обнажает зелёные дёсны, приветливо скалится, учит Кардана подмечать мелочи, рассматривать чужие слепые пятна и класть звуки к себе в карман, будь бесшумным и невидимым, будь с ветром в сговоре, а со светом в разладе

— Тебе бы стихи писать.
Хотела, чтобы это прозвучало безучастно, но усталость возразила.

«Верховный король не желает никого видеть», повторяет Джуд, повторяет много раз, и смысл фразы стирается, хорошо, что ей и без того никто не верит, что бы она ни сказала — встретит одни и те же взгляды, хорошо, что давно привыкла. От коронации до сегодняшнего дня прошло три месяца, и они кажутся бесконечным спуском — чем ниже опустилась, тем меньше смысла пытаться выплыть. Иногда Виви навещает её во снах, «никогда не поздно принять моё предложение, брось их», Виви мягка, но в голосе не то злость, не то раздражение, и Джуд качает головой. С самого начала было поздно.

Призрак видел цветы, не поворачивающиеся к солнцу, королевская апатия заставила их прижать шеи к земле; туман настойчиво цепляется за Инсмир, как корзинки репейника за одежду, придворные хмелеют ещё быстрее, чем раньше, никсы, по слухам, обленились и упускают даже мёртвую добычу.

Так намного удобнее, думает Джуд, вот бы запереть Кардана на оставшиеся от года крохи, показывать иногда — живого — подданным, отрезать половину проблем. Иногда она засыпает сидя, проваливается в несколькоминутную дрёму, из которой её выдёргивает судорога — Кардан усмехается, и Джуд чувствует себя так, будто заснула на одной из лекций.

Это было очень давно.

На закате заглядывала Бомба — развела руками, что значит никаких вестей; Джуд ещё не успела раскрошить зубами яблочную косточку и проглотить лист дух-ягоды, пока Кардан не видит, и только сейчас заметила, сколько эльфийского яда теперь может вынести тело. Раньше каплю сока румяного гриба можно было протащить сквозь игольное ушко. Джуд улыбается, чувствуя подступающую тошноту.

— Верховный король вновь не в настроении, — заученные звуки, кажется, можно вытолкнуть не открывая рта.

«Никого значит никого».
Один раз прокрасться пытался Локк, а потом она перестала спрашивать, кто пытается уговорить стражу.

Камзол, не снимаемый уже четвёртый день, пропах цветами «сладкой смерти», наверное, носить их в кармане — плохая идея. Может, Кардан оттого и спит дольше обычного и дело не в вине.

— Сегодня ты никуда не выходишь, — слова не менее заученные.

Могла бы сказать доброе утро.

+5

3

Она напоминает ему Мадока особенно сильно, если смотреть снизу вверх.

Корона давит на голову в той же степени, что и её руки на шею — иногда ему снится, как она выжимает из него жизнь старательно и медленно, непременно глядя в глаза; чаще, конечно, — поцелуи в угол губ и арбалеты у горла. Каждое утро его обязательно от себя тошнит и путаются пальцы в алых мантиях.

Проходит три месяца, и этот год начинает казаться ему вечностью.

Кардан смотрит в улыбающиеся глаза Локка, и ему кажется: видит насмешку. Решает: отлично, пускай хоть кому-то здесь будет весело, - топит эту мысль в вине и не смотрит больше в его сторону. Никасия целует ему ладони, но не остаётся с ним дольше необходимого и всегда теперь первая отводит взгляд в сторону. Выносить это оказывается не слишком сложно.

Таракан объясняет ему, куда нужно смотреть и на что обращать внимание; Таракан объясняет ему, как двигаться не нужно, и он наблюдает, смотрит, конечно, но чаще - всё равно на Джуд и как она скалит зубы его страже и повторяет заученное (Верховный король не в настроении; Верховный король плохо себя чувствует; Верховный король может только огрызаться в ответ и прятать хвост под расшитой золотом и кровью тканью), смеётся лающе, прячет руки в чужие карманы - не слишком удачно, но Таракан усмехается полным острых зубов ртом и говорит довольно: в этот раз вышло лучше. Кардан что-то чувствует.

Часть его не против, в самом деле: он ожидал Балекина с ладонями немного мягче, но получает в итоге только связанные за спиной руки и каждую бутылку из королевских запасов - как же приятно, он тянет, что смертные изволят исполнять хотя бы часть обещанного. Она не отвечает.

Смотрит на него с прежним безразличием, и ему кажется - с чем-то ещё, он знает, что с чем-то ещё, но это всё больше тянет на игру света, и он топит и это на дне зеленоватой бутылки тоже. Не развлекается больше с чернилами и поломанными перьями - испытывать к ней ненависть в теории проще, если смотреть на неё постоянно, но он вместо этого чувствует себя уязвимым и жалким. Вместо ненависти чувствует что-то ещё. Джуд прячет руки в карманы камзола и думает, что он не видит — не знает, — Джуд на него вообще не смотрит трезво (запах эльфийских фруктов и кислого вина в воздухе) - исключительно с подозрением или распахнутыми широко от страха глазами. Он наблюдает сквозь полуприкрытые веки и отражения в зеркалах и усмехается себе злобно: он всё равно никому не расскажет, и осознание этого обжигает ему горло. Давит на лёгкие.

Она убила Валериана, и его почти удивляет собственное безразличие по этому поводу. Она может убить и его тоже, но вряд ли станет. Утешает себя этим, думает об улыбке на губах Локка.

От неё несёт потом и чем-то приторным. Вязнет на языке. Кардан больше не задумывается об этом.

Могла бы сказать доброе утро.

— Как скоро, ты думаешь, они решат, что ты спрятала под кроватью мой труп? — тянет гласные и улыбки, смотрит на неё сквозь полуопущенные ресницы. В самом деле не хочет сегодня вставать с постели. — Ты даёшь им такие удачные поводы ворваться сюда с мечами и объявить себя предательницей короны, мне даже ничего не нужно делать.

Она засыпает в его присутствии - это почти рядом с ним.
Сильнее неё он ненавидит только себя самого за мысли об этом.
[nick]Cardan Greenbriar[/nick][status]misery misery[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/277/366238.jpg[/icon][fandom]the folk of the air[/fandom][char]кардан гринбрайер[/char][lz]'o look, look in the mirror, / o look in your distress: / life remains a blessing / although <a href="http://glassdrop.rusff.me/profile.php?id=277">you</a> cannot bless.[/lz]

+5

4

[nick]Jude Duarte[/nick][fandom]the folk of the air[/fandom][icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/277/467972.jpg[/icon][status](un)known soldier[/status][sign] [/sign][char]джуд дуарте[/char][lz]Better not to invent her in her absence. Better to wait until she's actually here. Then <a href="http://glassdrop.rusff.me/profile.php?id=1556">he</a> can make her up as she goes along.[/lz]Она хочет спросить: думаешь, мне это нравится? Не спрашивает, потому что он ответит: думаю, да. Джуд напоминает себе, что Кардан внимательнее, чем кажется, намного внимательнее, видеть в нём капризного ребёнка приятно, но ошибочно, все они споткнулись об это и все смотрят на это, как на разбитую коленку. Недооценивая.

Хорошо, что Джуд знает, чего стоят детские ушибы и ссадины. Мадок знает. Кардан знает. Валериан, Локк, Тарин. От присутствия Тарин в этом списке её немного мутит.

Иногда Кардан говорит во сне — она мгновенно просыпается, конечно — на странной, почти лакричной смеси из знакомого языка и языка, слова которого она никогда не слышала, но почему-то узнаёт, они густые как простые метафоры; по утрам кажется, будто ей это приснилось, да и какая разница, если с закрытыми глазами ты видишь то же, что и с открытыми.

(скорее бы найти предателя, скорее бы убить его своими же руками, скорее бы провести ночь в своих покоях, скорее бы не оглядываться на присутствие чужих глаз, скорее бы не делить свои привычки с его распорядком дня)

— Если объявишь меня предательницей короны, — взгляд задумчиво бродит по потолку, чтобы не зацепиться за лицо Кардана, — прикажу оставшиеся девять месяцев общаться только собачьим лаем, питаться червями и жениться на Никасии.

Он этого не сделает. Джуд пытается протащить в свою мысль вопросительную интонацию, но откуда-то знает.

Ты наслаждаешься этим не меньше, чем я раздражаюсь.

— Ну или провести со мной месяц в башне забвения. Сам выбирай.

Может быть, к тому моменту от страны останутся одни горбатые стебли и мёртвая рыба. Джуд нравится власть (и не только власть над Карданом), нравятся ниточки, за которые можно дёргать, за которые нужно дёргать, чтобы не вздёрнули тебя, и что? Она готова заниматься этим ещё десять лет, думает, что готова — ради Оука или ради себя, какая разница.

Но если ты думаешь, что я не вижу, в какую муку всё превратилось — брось. Глаза у тебя чёрные, непроницаемые, а внутри — рыхлые.

Это не должно её трогать, как и украденная, подсмотренная исподтишка сцена, как и шрамы на его спине — размякла, отупела, забыла, о том, как они здорово проводили время на занятиях? — Джуд не может отпустить мысль о том, что она сейчас повторяет заученные уроки жестокости, одни принёс Мадок, другие Кардан, третьи принадлежали тем, у кого больше нет лиц. Кардан принёс всё из своего дома, из своей семьи, и так ненависть гуляет из одной комнаты в другую, прорастает беззаботным сорняком, неприхотливым и плодоносным. На любой почве. Да хоть на бетоне. Может, стоит поспать.

Джуд не бетон, к сожалению.

— Не превращай это в ещё большую пытку, Верховный Коро—

Ей кажется, что она слышит шаги, или шорох, или очередную сонную рябь — нет разницы, открыты глаза или закрыты, уши у Джуд неправильной формы, но работают получше фэйрийских — не от стражи и не из коридора за дверью. Кто бы это ни был, ходить бесшумно он не умеет. Или отвлекает внимание.

— Кардан, слезай с кровати, — с мечом в руке она, кажется, и видит лучше. — Сейчас же.

+5

5

Он видит её на своём троне, и его первое желание — сплюнуть на пол, второе - преклонить колено. Это живёт где-то в костях всё время и жрёт его по ночам с упоением и выражением отвращения на её лице — оно отпечатывается на обратной стороне век и стенках черепа, мерещится ему слишком часто. Кардан устаёт искать её глазами (всегда знает, где; это самое нелепое) и упускает момент, когда засыпать в её присутствии становится совсем легко. Она не убьёт его, он говорит себе, но дело, по правде, не в этом. Виноградная лоза обвивает каменные стены их нового дома любовно, он размазывает золотую пыльцу по губам. Давится сухофруктами и собственными мыслями.

Самое мерзкое: он не находит сил даже презирать себя за это.
Самое обидное: отвращения он больше не испытывает тоже.

Засыпать с воспоминаниями о её руках, говоря попросту, утомительно.

Кардан перекатывает на языке смех, кривит губы привычно, прячет разочарование в складках шёлковых простыней холодными пальцами. Может быть, потому что она ненавидит это. Может быть, чтобы напомнить себе: они оба о её ненависти слишком высокого мнения.

— И что они сделают? Прирежут меня из жалости?

Он станет причиной их гибели. Он знает. Это почти не жрёт его по ночам, но впивается зубами в ладони - жадно.

Точно, Джуд. Как там Оук? Как скоро, думаешь, он начнёт тебя ненавидеть - сейчас или когда обо всём узнает? Это ведь как-то так в вашей семье и работает.

Хочет спросить. Ещё хочет сказать, что это всё не хуже, чем сейчас (сейчас у него есть вино, и сейчас она смотрит на него не с одним только презрением), и точно не хуже, чем было раньше (ноют шрамы время от времени и что-то ещё), и, может быть, месяц в башне забвения - вариант не худший, если соседнюю камеру не будет делить Балекин. Слова ударяются о зубы.

Заводятся змеи в стенах и начинают петь по ночам - исполняют любовные баллады со всей доступной им нежностью, - ему чудится вереск её в волосах, и может быть, это значит что-то. Может быть, стоит пить меньше.

Нелепая мысль.

Он разглядывает её иногда, пока она не видит или притворяется, что не видит - как будто забирает себе назад крупицы контроля, рассыпающиеся сквозь пальцы, стоит исчезнуть публике. Она выглядит совершенно нелепо, когда спит, и он хочет коснуться шрама в центре её ладони - перехватывает собственную руку, знает лучше.

Страх иллюзорный и мерзкий: во сне он начнёт шептать её имя.
Реальность не слишком приятная: никакая правда о нём не станет для неё больше откровением.

Джуд говорит: Верховный король, - имеет в виду: пустые зёрна. Кардан улыбается - скалит зубы на её манер:

— Разонравилось кресло?

Она берёт в руки меч.

На мгновение он решает, что здесь она и проведёт линию: убьёт его, обвинит во всём кого-нибудь из его стражи или тех фейри, что с радостью тянутся ближе, сбежит в свой серый мир без магии и необходимости возиться с Живым советом и будет надеяться на лучшее до конца своей отвратительно короткой жизни. Это звучит как план. Это лучше, чем оставаться здесь.

Она не нападает на него - даже не смотрит на самом деле в его сторону. Через секунду ему кажется, что он что-то слышит.

Поднимается с места спешно, путается в простынях. Не успевает вовремя: дверца шкафа распахивается громко и со скрипом, Джуд не протягивает руку. Арбалетный болт врезается в плечо. Звенит в ушах. Кто-то кричит - он сам, должно быть.

Её лицо перед глазами.
Её лицо.
[nick]Cardan Greenbriar[/nick][status]misery misery[/status][icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/277/366238.jpg[/icon][fandom]the folk of the air[/fandom][char]кардан гринбрайер[/char][lz]'o look, look in the mirror, / o look in your distress: / life remains a blessing / although <a href="http://glassdrop.rusff.me/profile.php?id=277">you</a> cannot bless.[/lz]

+5

6

[nick]Jude Duarte[/nick][fandom]the folk of the air[/fandom][icon]http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/277/467972.jpg[/icon][status](un)known soldier[/status][sign] [/sign][char]джуд дуарте[/char][lz]Better not to invent her in her absence. Better to wait until she's actually here. Then <a href="http://glassdrop.rusff.me/profile.php?id=1556">he</a> can make her up as she goes along.[/lz]Кардан смеётся, но смех не тот, что раньше — тяжёлый, такой выталкивают изо рта, прилагая усилия; можно считать это победой, если смеются хотя бы не над тобой.

— В мире смертных тебя бы прирезали уже давно. — Джуд улыбается, заглядывая ему в глаза. — В вашем любят развлечения — настолько, чтобы позволить королю лаять и год, и сто лет.

Раздражение поднимается очередной волной (можно подумать, когда-то вода была спокойной), его, кажется, в присутствии Кардана можно ощутить физически — как новый орган. Сжать бы в руке, как шею испуганной полёвки, посмотреть в бессмысленно-злобные глаза и выпустить в саду. Джуд опускает голову, пытаясь сосредоточиться на этой мысли, чтобы не думать о том, насколько Кардан портит всё, к чему она прикасается.

Даже сейчас, преклоняя голову — не из почтения, а от пудовой короны, о которой никогда не просил; даже тогда, преклоняя колено — не из почтения, а из удобства, о котором потом пожалеет. Что ещё она должна сделать, чтобы Кардан подчинился? Землю, принявшую труп его друга, топчут лошади Мадока — Валериан так и сгнил бы там, если бы Джуд не рассказала, если бы ей было невыгодно рассказывать,
неужели ты этого не чувствуешь?

Она знает, что Кардану страшно, но он всё ещё недостаточно боится. Она знает — видела — есть то, что может заставить его замолчать и затолкать даже самые жестокие мысли поглубже. Может, ей нужно стать и этим. Несколько месяцев назад ей было достаточно его публичного унижения — её желания растут быстрее, чем она это замечает.

Разонравилось кресло?
Если она сейчас прикажет ему закрыть рот и встать на колени — он это сделает?
Даже с кровати не слезет, пока не поймёт, что воздух сгустился и единственное, что может встать между ним и смертью, это Джуд.

Она тяжело дышит, бесцельно сжимая в руке клинок: в планах этой спальни не было ничего похожего на тайные ходы, их просто не должно было быть — но они есть, шагов они не должны были слышать — но слышат, это или ловушка, или розыгрыш,

Кардан наконец-то смотрит на неё так, как должен — Джуд старается запомнить этот момент, обратить его в то, что можно будет расстилать на кровати перед сном; маленькая победа, заляпанная покушением не больше, чем королевские камзолы вином. Почему-то это придаёт ей уверенности, и когда шкаф распахивается, она оказывается не готова ещё больше.

Получше запомни этот момент, Джуд.

Хорошо, что можно полагаться на рефлексы — тело умнее неё, и расстояние до Кардана она преодолевает в два прыжка. На серьёзный урон это не похоже, но болт, возможно отравлен, почему они не придумали, как связаться с Призраком или Бомбой из королевских покоев, почему Кардан крикнул громче, чем должен, возможно, стрела отравлена, возможно, убийца не один, наверняка — доверять страже нельзя, нужно было не выёбываться, чтобы проводить с Карданом как можно меньше времени, и проверить спальню,
мысли в голове наталкиваются друг на друга — любой выбор может оказаться неверным. Хорошо, что последние полгода подготовили Джуд к тому, чтобы принимать решения в ситуациях, в которых вероятность проёба стремится к бесконечности.

— Будь здесь. Стражу не впускай.

Потайной ход выложен ковровой дорожкой — фейри чрезмерны даже в том, что стоит делать максимально неприметным. Туннель прямой, как наивность стрелявшего, но человеческие ноги всё ещё человеческие — Джуд чувствует, что расстояние сокращается, но этого по-прежнему недостаточно. Глаза беспорядочно шарят по покоям, которых она никогда прежде не видела, выстрел был бесполезный, почти смешной, кто бы ни стрелял — прятаться наверняка тоже не умеет.

Об остальном Кардану пока знать не нужно.

Время для него сейчас, наверное, разбухло в крови и ожидании — когда Джуд возвращается, Призрака по-прежнему нет, хотя стража наверняка слышала крик, а то, что слышала стража — автоматически слышит весь дворец.

Оставить Кардана одного она сейчас не может.

— Больно?

Могла бы проявить больше участия, но ей действительно интересно.

+5


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » альтернативное » journey to the top