POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » альтернативное » quidditch-pitch love


quidditch-pitch love

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

https://64.media.tumblr.com/294af50acf8b0195a152369770ef35e8/92c105ca4576497e-da/s250x400/764d660033b93fbcdf9290f220947972d148a833.gifv  https://64.media.tumblr.com/b051bdc0d3e985c0ef950ff46a3875dd/92c105ca4576497e-2b/s250x400/de35d74227a97bf9d871db8cf84f0f64e2f9ae27.gifv
quidditch-pitch love
hogwats 1989-1994

https://64.media.tumblr.com/a19b66af86249ae468a3835e409701c2/92c105ca4576497e-16/s250x400/77d14e1b97b13b0fa5cd2b52191f3bbd9980b308.gifv  https://64.media.tumblr.com/26f8b01086508e1d8d22ad9925ab3743/92c105ca4576497e-5c/s250x400/7202e50a44199228420f60dbc8236ec44ed8cc74.gifv

Отредактировано Angelina Johnson (2020-11-04 14:11:27)

+6

2

iwan rheon - falling
хогвартс-экспресс, 1 сентября 1989

[float=left]https://64.media.tumblr.com/fd0fae9ad40276684ee35f8057ae6f0b/tumblr_pefx2etivu1u4wzo8o3_400.gifv[/float]утро первого сентября последние три года было для тебя искрящимся праздником, полным фейерверков нетерпения. ты был переполнен нетерпением, льющимся через край - сегодня ты вновь ступишь на платформу 9 и 3/4, сядешь в ярко-алый поезд хогвартс-экспресса и перенесёшься в свой второй дом - хогвартс. ты уже с утра кружил вокруг чемодана, закидывая в него всё то, что мог забыть - средство для полировки новенькой метлы, подаренной родителями на окончание второго курса, стопку пергаментов, исчерченных планами игра (ты очень надеялся, что в этом году попадёшь на освободившееся место вратаря, и эти планы понадобятся капитану), и, конечно же, найденный в закромах отца потрёпанный экземпляр книги "квиддич сквозь века" - так как мадам пинс уже на первом курсе перестала выдавать тебе эту книгу, потому что ты знал её почти наизусть, но при этом не отдавал её ни одному студенту.

провожать тебя должна была мама, которая в данный момент ходила за тобой по пятам и укладывала в чемодан действительно нужные вещи - мантии, шерстяные носки и учебники. она всегда знала, что ты такой же, как и твой отец - помешанный на квиддиче с самого раннего возраста, с тех самых пор, как они купили тебе первую детскую метлу, и ты разнёс половину кухни. с каждым годом твой интерес углублялся с подачи отца - каждый праздник сопровождался подарками, связанными с квиддичем, поездки на чемпионаты и разговоры за ужином только о квиддиче. мама только мягко улыбалась на это, зная, как обоим вам это нравилось и вдохновляло. иногда она пыталась перенаправить ваш разговор в другое русло, но это было бесполезно. когда чемодан был собран, а ты был прилично одет и уверен, что ничего не забыл, вы с мамой вступили в камин и перенеслись в "дырявый котел", откуда добраться до "кингс-кросс" было проще всего. нетерпение травило тебя изнутри - скорее бы увидеть своих друзей, скорее бы оседлать новую метлу на квиддичном поле! кажется, ты даже слегка трясся от чрезмерного ожидания - нервно целуешь мать в щеку и, спотыкаясь бежишь к поезду, где находишь купе с одноклассниками и блаженно плюхаешься на диван. ты мог почувствовать счастье внутри себя чуть ли не руками - погладить его, пощупать; оно окутывало тебя полностью, с головы до кончиков пальцев.

неожиданно дверь купе отъезжает в сторону и внутрь всовываются две косматые одинаковые рыжие головы - как позже ты узнал, это были фред и джордж уизли, которые с весёлым пафосом заявили, что играют в прятки и ищут девочку-первокурсницу. услышав лишь отрицательные ответы, они ринулись дальше по коридору, оставив компанию друзей в лёгком недоумении от происходящего. недоумение растет в тот момент, когда дверь купе открывается во второй раз и внутрь вихрем залетает девочка, похожая на ту, что искали рыжие близнецы. она ныряет под стол, и приказным тоном, несвойственным такой маленькой девочке, говорит, чтобы парни закрыли её своими ногами. вы вчетвером переглядываетсь, но лишь ты нагинаешься к девчонке и вкрадчиво, будто малышу, говоришь:

- слушай, уходи отсюда по-хорошему, нам здесь лишние девчачьи уши не нужны.

неловкость повисла в воздухе, надламываясь и треская. девчачий взгляд тёмных глаз что-то оборвал внутри тебя, что всё предательски сжалось. ты впервые в жизни видел такой взгляд - жгуче-ледяной, несвойственный малолеткам. она демонстрировала недюженную силу, подобную сотне воинов, и это всё в жалкие одиннадцать. крупная дрожь пробежала по позвоночнику, и ты предпочёл бы вернуть свои слова обратно, но вмиг тяжелый взгляд преображает лучезарная улыбка, полная сотни солнц. она полностью игнорирует твои слова и забивается ещё дальше под стол, повторяя свою просьбу. и вы невольно подчиняетесь. а внутри тебя клокочет непонятное чувство, необъяснимое и слепяще-яркое. внутри себя ты махнул рукой на всё это, обещая разобраться потом.

oh wonder - without you
гостиная гриффиндора, ночь 15 декабря 1991

ты стал тогда вратарём. а через год - капитаном, о чём рассказывал в любой удобный момент каждому, кто вообще начинал с тобой разговаривал. ты чувствовал гордость за себя, осязаемую кончиками пальцев, ты подошёл на один шажок ближе к цели, о которой тоже протрещал абсолютно всем. в том году вам не удалось стать чемпионами хогвартса, совершенно нелепо уступив его слизерину, из-за чего ты едва не рвал волосы у себя на голове. но в этом году ты поклялся не допустить прошлогодних ошибок. ты начал "дрессировать" команду чуть ли не сразу после выхода с хогвартс-экспресса. ты был готов пожертвовать учебой, сов, сном ради победы. что делал и сейчас - час ночи, ты вновь засиделся в дальнем углу гостиной, разрабатывая стратегию на первый послерождественский матч. для тебя это было не в первой - ты обкладывался книгами, свитками, запасными перьями и искусственным полем с фигурками игроков едва ли не каждый вечер, чем вызывал дюжину смешков со стороны своей команды и сокурсников. ты всем сердцем верил в то, что делал. верил, что твои усилия не напрасны, и однажды ты будешь держать в руках кубок.

[float=right]https://64.media.tumblr.com/18ef1777cf18615cc23b8144e6a3b60d/tumblr_pfyofe5Ocj1u4wzo8o8_400.gifv[/float]берёшь в руки фигурку одного из охотников и крутишь в руках. словно вчера были первые отборочные в команду с твоей позиции капитана. ты разнёс почти всех прибывших на освободившуюся позицию охотника - почти никто не смог забить тебе хотя бы один гол, что вселяло в тебя сосущее бессилие - будто бы на гриффиндоре закончились действительно талантливые игроки, что несомненно огорчало. подходя к концу списка, ты видишь знакомое имя девочки, которая поразила тебя год назад в поезде. ты почти и думать забыл о том моменте - тебя закрутила подготовка к первым отборочным и последующие тренировки, да и сталкиваться с ней больше не пришлось - ты был на тот момент третьекурсником, у которого и своих забот хватало. ты вызываешь её с лёгкой усмешкой на губах, ведь ничего хорошего ты и ждать не можешь - обычная дерзкая девчонка, вряд ли она тебя сможет поразить в твоей стихии. но ты остаёшься приятно удивлён её умениями - всего один забитый мяч, зато какой! когда ты говоришь друзьям, что взял анджелину джонсон к себе в команду, они все в течение года сопровождают каждый твой шаг фразами о том, что якобы олли свойственно любить не только квиддич. в какой-то момент ты устал отмахиваться от них, и только углубился в подготовку, иногда ловя себя на том, что слишком надолго задерживаешь свой взгляд на девчонке.

от размышлений тебя отрывает копошение в районе портрета полной дамы - в такое время такая активность не свойственна для гостиной. ты не мог понять, кто же находится там - комната освещалась только тлением камина и едва ощутимым огоньком лампы на твоём столе. привстав на стуле, ты видишь маленькую девичью фигурку, сгорбленную, будто под весом накопленной усталости. в ней ты узнал джонсон, но совершенно в несвойственном ей виде. ты помнил её по-осеннему тёплой, когда последние деньки окутывают и чаруют своей простой, одетой едва ощутимой загадкой и тайной, словно туманом. в твоих глазах она была страстной, будто ни одна проблема её не касалась, сильной, как никто. и видеть её такой разбитой было больно, будто тебе выстрелили в сердце. она тебя замечает и приосанивается - наверное, думает, как бы не показать свою слабость постороннему. ты сжимаешься, ведь так, ты для неё посторонний, и не можешь ей ничем помочь. ты полностью поднимаешься на стуле и идёшь в её сторону, в надежде поддержать, но она выскальзывает от твоего знака внимания как к другу и убегает в девчачью спальню. на тебя накатывает снова то странное чувство, как было два года назад в поезде, но вновь ты не хочешь о нём думать, предпочитая разобраться потом.

но когда, вуд?

wham! - last christmas
хогвартс, утро 25 декабря 1991

после той ситуации в гостиной, ты решил любой ценой поддержать джонсон - абсолютно по-дружески. ты был таким человеком, пусть и не сильно общительным на какие-либо темы кроме квиддича, но понимающим цену дружбы. ты помнил, как твои родители проводили бесконечные ужины и посиделки с их школьными друзьями, обсуждая кто получил повышение или кто первым полысел. если раньше ты не очень сильно понимал этих встреч - в чём смысл обсуждать какие-то мелочи жизни каждую неделю? то сейчас ты понимал, насколько это было важно каждому участнику. и ты хотел того же - встречаться со своими друзьями по пятницам, обсуждать квиддич, жен и мужей, шутить и смеяться. и ты не мог сейчас позволить себе того, чтобы джонсон грустила по какому-либо поводу. и начал ты весьма своеобразно - каждый день школьная сова приносила во время завтрака анджелине посылку с несколькими шоколадными лягушками. ты узнал случайно от фреда, что она их очень любила. ты видел её недоумение, - ведь каждая посылка была без записки. и внутри расплывалась тёплая радость от осознания, что ты делаешь ей приятно.

[float=left]https://64.media.tumblr.com/9569df277e5c02b48254a777ca6ae265/tumblr_p0s05h2BQ41rrzf0no6_400.gifv[/float]а на рождество ты решил преподнести ей что-то особенное - книгу с выдающимися игроками-женщинами. тебе казалось, что анджелина тоже любит квиддич так же сильно, как и ты, и этот подарок придётся ей кстати. твои друзья быстро поняли, кто этот тайный "поклонник" джонсон - и вновь стали шутить по поводу твоей влюбленности в девчонку. ты лишь отмахивался - какая может быть влюбленность в четырнадцатилетнюю девушку? она же... маленькая? хотя джонсон была не по годам умной, кроме как младшей сестрой ты её не воспринимал. или не хотел воспринимать. все размышления о ней ты откладывал в долгий ящик. и сейчас ты сидел в большом зале и наблюдал за тем, как она открывает твой подарок, который только что принесла пыхтящая и явно недовольная положением дел сова. анджелина разрывает упаковку и видит твой подарок, ты было открыл рот, чтобы сказать, что ты рад подарить ей этот подарок, как видишь, что она бросается с криком "как ты узнал?" на шею фреду уизли. внутри тебя всё холодеет и покрывается льдом. аппетит пропадает напрочь, да и как можно вообще есть, когда тебя так отвергают? ты чувствуешь себя неуютно в этой компании, и, придумав пару отговорок, поднимаешься из-за стола и быстрым шагом идёшь к выходу из большого зала.

кажется, тебе пора подумать.

+1

3

- если тебя будет кто-то из мальчишек обижать, пни его по ноге со всей силы, - папа целует тебя на прощание, мама вновь любовно поправляет воротник и едва сдерживает слезы, застывшие в ее прикрытых глазах. она смотрела на тебя с такой гордостью и одновременным страхом, что долгое вглядывание в темноту ее глаз влекло за собой медленно нарастающую тревогу. было тяжело отойти от родителей с багажом наперевес к огромному поезду, но куда сложнее оказалось твоим родителям, которые теперь остаются один на один. ты еще не понимала, каково это жить в полукровной семье, где один из родителей - волшебник, вынужденный приспосабливаться во имя любви и семьи, живя среди магглов. мама никогда не жаловалась. она зашторивала окна в доме и принималась раздавать указания оживающим предметам быта, пока отец был на очередном дежурстве, а заодно забавила тебя ожившим танцующим деревянным человечком в колдовском одеянии со шляпой точь-в-точь как у мамы. рядом с папой такое было крайне редко - открыто он никогда не выказывал неприязни к магии, но мама все равно старательно отгораживала супруга от мира волшебства. но этот самый мир постепенно открывался и тебе. теперь ты стояла на пороге волшебства. новой, волнительной вселенной, частью которой была ты сама, и твоя мама. с этого момента ты и стала ощущать, что отдаляешься от отца и все больше находишь точек соприкосновения с мамой. но перед тем тебя ожидала долгая разлука с ними обоими.
страшно было ступать даже на ступени огромного поезда. сомнения и ужас одолевали с невиданной силой, и ты последний раз оборачиваешься в сторону родителей, ловишь прощальную ободряющую улыбку отца и входишь, набравший храбрости, в поезд. но страх развеялся со скоростью предрассветного тумана, когда в свободном купе ты встречаешь двоих совершенно одинаковых мальчишек с рыжими макушками и не менее рыжую девушку. несколько привественных слов, закономерный вопрос о родстве и отрицательный ответ с шуткой, что рыжие должны держаться вместе, и вот вы уже носитесь по вагону после еды наперекор маминому завету подождать полчаса прежде, чем бегать после еды.  ты буйным вихрем врываешься в одно из купе и без лишних церемоний расталкиваешь тощие ноги важных мальчишек, чтобы пролезть под стол, и приказным тоном наказываешь им сомкнуть стройные ряды из их ног. слова отца проносятся в голове как ответ тому мальчишке. может и впрямь зарядить ему посильнее каблуком новеньких туфель прям по коленке, как бы тебе ни было неудобно делать это из-за купейного стола? ты злобно смотришь на юношу,
- и не пинай меня, ты там сверху, - шипишь ты возмущенно, когда нога того самого гриффиндорца - со столика свисал красный галстук, смятый до безобразия и грозившийся упасть - задела плечо, но он не понимает и снова касается пыльным ботинком твоей руки. ты озлобленно и возбужденно от затеянной с десяток минут назад игры щипаешь досаждающего тебе парня за голень. тот дергается, ударяет коленом верхушку стола и снова показывает лицо перед тобой. а ты игриво и без тени застенчивости и вины улыбаешься. вылезаешь после того, как алисия тихим голосом зовет тебя, приоткрыв дверь купе, и с наглым хлопком по бедрам оставляешь на коленях того самого болтливого юноши упавшую под стол книгу книжку по истории магии, даже не взглянув на него.

фред и джордж уизли вопреки твоим ожиданиям общение с тобой  хоть и поддерживали, но до тесной компании два на два, которую ты уже успела себе выстроить дело так и не дошло. они стали своеобразным достоянием школы, принадлежали своим балагурством  всем и каждому. могли внезапно затащить любого подходящего однокурсника в свою авантюру, но надолго своим общением одаривали лишь ли джордана. потому-то ты и продолжила дружить с алисией, удачей приведенный на тот же факультет, что и ты. иногда ты становилась соучастником, но чаще зрителей какого-то происшествия, иногда была втянутой в нелепые игры и пару раз даже осталась на отработке у филча вместе с близнецами. едва ли не с самого начала вы с алисией, полностью очарованные безудержной харизмой двух мальчишек, "поделили" близнецов между собой. набрали еды из большого зала вместе с пирогом, присланным с пыхтящей совой от твоей мамы, сбежали с ужина и отправились в один из старых кабинетов в восточной башне, чтобы отпраздновать твое двенадцатилетие.  вы смеетесь, поедая сэндвичи с курицей, рассказываете друг другу секретики и гадаете на зеркале, сидя на подушках и пледах из гостиной, пока староста с хаффлпаффа не выгоняет вас спать. но прежде вы успеваете заговорить на своих украшениях - подвеске с бронзовой рыбкой у тебя и браслете из золотых трилистников у алисии - имена джорджа и фреда как будущих мужей.
о своей шалости вы забыли уже спустя полгода, как раз после первого матча по квиддичу вашего факультета против рейвенкло, где вы увидели красавчика-семикурсника, играющего на позиции охотника, и обе снова, как и всегда, без памяти влюбились. из-за него в следующем году и пошли в команду по квиддичу гриффиндора. все лето ты провела у мамы и бабушки в старом домике в тинворте, у отца в шеффилде провела лишь одни выходные, которые выделила тебе мама, но они оказались тоскливыми - жизнь среди магглов была скучна до безобразия, к тому же бабушка настояла на том, чтобы палочку ты оставила у нее. спорить с ба бриджитт никто не смелился - мама однажды ослушалась ее и вышла замуж за маггла, что не привело ни к чему хорошему. но ба бриджитт в это лето дала тебе покататься на метле, чтобы подготовиться к отборочным, и даже заговорила мамину кожаную сумку, чтобы та носила за тобой словно ошалелый бладжер. именно благодаря ба ты и попала в следующем году в сборную гриффиндора, по крайней мере, именно так ты всегда и думала. место охотника было всего одно, и алисию отправили на скамейку запасных, что стало поводом для двухнедельной обиды и бойкота. играть на замене она гордо отказалась, смерила тебя взглядом полным разочарования и как будто бы ты виновата, что играешь лучше алисии. как затеяла обиду, так и пришла к миру именно спиннет. за те дни, что вы обе воротили друг от друга носы и демонстративно отсаживались на уроках, ты окунулась в новый дивный мир квиддича, который был куда приятнее многих школьных уроков. в команде помимо тебя оказались и близнецы уизли, очевидно не знающие, куда еще можно деть весь тот фонтан энергии, что бьет в них ключом. они безбашенно возносятся к небу, играют в бейсбол с бланджером, перебрасывая его друг другу, пока ваш капитан читает напуственные речи.
оливер вуд тебе кажется очень занудным на первый взгляд и чересчур любящим квиддич. за спиной у него порой шутят на тему его одержимости квиддичем, но он и правда заражает ею всю команду. он так искренне верит в победу команды каждый раз, даже когда очевидно поражение, что его оптимизму можно позавидовать. а может быть он просто слеп? оливер держится всегда очень отстранено - вы всего лишь коллеги, участники команды, и времени на болтовню о не квиддиче тут нет. тебе кажется, что зануднее оливера только перси уизли, а потом и алисия, с которой вы успеваете помириться напоминает тебе об истории из поезда. ты, правда, уже и забыла, как те мальчишки выглядели, а теперь оливер выглядел в ее глазах еще более занудным. или на фоне близнецов уизли абсолютно каждый выглядел так серо и скучно?

в одну из январских тренировок ты чувствуешь себя отврательно. приходишь на поле абсолютно без настроения с непрекращающейся ноющей болью, отдающей в поясницу, ведь проспускать тренировки нельзя нив коем случае, у нас ведь скоро игра! голос оливера в голове и вел тебя по заснеженному полю. позже ты пожалела о том, что слушала его, потому как спустя уже полчаса ты с тошнотворным чувством слабости и бьющей дрожью потребовала - не попросила, а именно с потребовала с таким возмущением, будто бы он привел ее за руку на поле и не отпускал - уйти прочь. оливер дал указания другим игрокам продолжать, а сам с неуместным беспокойством стал расспрашивать тебя, усиливая негодование от плохого самочувствия докучливыми вопросами. а затем сознание твое и вовсе пошатнулось, и ты помнишь лишь обрывками, как поддерживаемая вудом брела до больничного крыла, увязая в густых сугрубах, как он сильно сжимал руку и что-то говорил несколько раз, но сил даже осознать его слова почти не было. ты помнишь, как легла набок на кушетку в лазарете, стало чуть лучше. настолько, чтобы задержаться полуприкрытыми глазами на мадам помфри и оливере, которого первая выгоняла за пределы больничного крыла после недолгого разговора. надо бы сказать потом спасибо.

и ты подходишь уже на следующий день - вполне живая и даже бодрая - и несколько неловко, с несвойсвтенной тебе неуверенностью отводишь оливера в сторону в большом зале. просишь не рассказывать о происходящем, чтобы избежать вопросов, и говоришь, что чувствуешь себя вполне хорошо и обещаешь не пропускать тренировки больше. мадам помфри наказала тебе заходить за парочкой тонизирующих зелий каждый месяц, если в том будет нужда, но разумеется ни о чем оливеру ты не расскажешь. стало даже обидно, что во всей команде ты была единственной девушкой в этом году, но уже в следующем положение для тебя улучшилось. алисия, натасканная на игру тобой летом, когда мама и ба бриджитт разрешили ей погостить у вас недельку, пополнила ряды охотников, а уже в середине сезона на замену совершенно неуспевающему с сов о'нилу пришла кэтти белл. в своем квиддичном девчачьем клубе вы обменивались новостями, отрабатывали охотничьи приемы и заглядывались на парней, не отличаясь в своих чувствах особой стабильностью. твоя влюбленность прокатилась за третий курс по однокурснику-хаффлпаффцу седрику диггори, который приходил пару раз на ваши тренировки перед матчем и следил с трибун за вашей игрой и после чего алисия заговорщически шептала, что седрик всю игру следил именно за тобой. это повлекло за собой несколько месяцев назойливых взглядов на диггори в большом зале, с высасыванением из пальца знаков внимания от юноши, которые на деле оказывались не более чем простой вежливостью. а затем снова взбалмошные близнецы ударили в твою голову. на этот раз отчего-то более привлекательным кажется уже фред. алисия не имеет ничего против, кэти и вовсе начинает сохнуть по капитану олли, а у вас с фредом и правда что-то начинает получаться. вот ты уже идешь с ними в хогсмид, и джордж оттаскивает слегка отпирающегося джордана к лавке зонко, пока вы с фредом чуть задерживатаесь за столиком в трех метлах с натянутыми причинами - ты будто бы нарочно начинаешь копаться долго в сумке, а фред с наигранным старанием и педантичностью, подсмотренной и старшего братца, перевязывает шнурки на ботинках. ты предлагаешь выпить еще по порции сливочного пива, и вы сидите с полчаса за столиком, не замечая ни чересчур откровенно подглядывающую за вами алисию, ни даже кэти, которая, набравшись смелости, решила поздравить вуда с днем рождения помимо общего от команды подарка еще и своим собственным. ты покупаешь корм для своего хомяка в тесной лавке, и фред как будто невзначай, прося подвинуться, обнимает тебя за плечи, а ты не можешь скрыть улыбки.
потому-то и кажется тебе совершенно очевидным, что изумительный подарок на рождество в виде книги - дело рук именно фреда. когда же он, ошеломленный, приятно удивленным твоим объятиям, но все же не сознающийся в том, что прислан подарок именно им, достает из кармана мантии небольшой сверток со своим настоящим подарком, ты вопросительно сомтришь на ли джордана, который поднимает руки перед собой, будто бы извинясь за то,что не он был таинственным отправителем. для вашего девичьего круга это станвоится вопросом номер один, и лишь после зимних каникул неустоявший от напора дочки маминой подруги по имени алисия спиннет на дне рождения ее мамы один из пятикурсников открывает эту тайну.
- ты ведь не сказала об этом кэти?
- конечно нет.
так вы и закрыли эту тему и не возвращались к этому больше ни разу. алисия предложила ничего не говорить вуду, но ты все же не выдерживаешь. идешь в одно январское утро ни свет ни заря в школьную совятну и пишешь всего пару строк оливеру, ничего не рассказав, разумеется, ни одной из подруг.

"а ты знал, что глиннис гриффитс поймала снитч только на 7 день игры, и была единсвтенной из всех игроков своей команды, кто не спал ни одной минуты в течение этого времени? я тоже не знала, пока не прочитала это в твоей книге, может, провернем такое же со слизерином в следующем матче? наодно и пропустим пару уроков. джонсон."

+1

4

январь 1992
melanie martinez - wheels on the bus

ты сжимал бумажку едва дрожащими руками и не мог поверить своим глазам. она так просто бросала ему вызов, даже не так, она так просто вмешивалась в его упорядоченную, расписанную по кирпичикам, по мелкому почерку в толстой тетради, жизнь, словно была в ней неписаной хозяйкой. будто ты жил только ей. ты усмехаешься своим мыслям - как много пафоса в мыслях для шестнадцати лет. но ты ничего не мог поделать - ты падал в эту полудетскую, едва взращенную влюбленность, как падает снег со склона - стремительно и без остановки. ты прячешь лицо в руки, пытаясь успокоить его жар, утихимирить своё сердце, чтобы оно не сбивалось так с ритма, что ты задыхался. это всё было неправильно - влюбляться в четырнадцатилетнюю девочку, едва знающую тебя. может, ей было просто жаль тебя? ты выглядел наверняка нелепо, когда уносил ноги с большого зала утром в рождество. ты не до конца даже понимал, как она вообще узнала о твоём подарке - ты не делился этим ни с одной живой душой. к тому же, как можно рассказать об этом? эй, привет, крейг, я тут влюбился в четырнадцатилетнюю девчонку, которая, помнишь, отдавила нам все ноги в хогвартс-экспрессе три года назад?

смешно.

в голове роится туча мыслей, сгоняя твою головную боль к вискам. и как поступить в такой ситуации? дать ей бразды правления данным карнавалом или побыть мужчиной, наконец, настоящим принцем из сказки - тебе почему-то казалось, что несмотря на свою гриффиндорскую силу и храбрость, джонсон хотелось почувствовать себя немного слабой, без всяких намеков, - и не скрывать себя настоящего за масками, которыми ты привык себя покрывать с ног до головы, как зимней мантией в сильную вьюгу. убрать маску строгого и сурового капитана, отличного ученика пятого курса с надеждой на превосходного, хорошего сына, который годы учёбы в хогвартсе не схлопотал ни одного выговора и побывал лишь на одной отработке. ты должен был хоть кому-то показать себя настоящего, что на самом деле творилось у тебя на душе под тонной стальной брони, недоступной ни для кого. поймёт ли она - вопрос десятый, и ты сильно не хотел задумываться над этим. откидывая посторонние мысли, ты идёшь прямиком в совятню, сжимая в реку только что начёрканную записку:

давай попробуем.
завтра в 11 на стадионе.
о.в.

***

ночь накануне выдалась чересчур снежной. ветер был в витражные окна с такой силой, словно страстно желал расколотить их на мелкие осколки. тебе не спалось перед утренней встречей, и ты наблюдал из под прикрытого полога, как крупные снежинки разбиваются о стекло, превращаясь в снежную пыль. сердце пекло под ребрами, и ты чувствовал, что почти бредишь. если это любовь, то ну её в пекло, - думалось тебе под одеялом, - лучше продолжать играть в квиддич и не обращать на джонсон никакого внимания. так же легче? так же лучше? поворачиваешься на другой бок в попытке наконец уснуть - не считать снежинки, как вкрапления янтарного в глазах анджелины днями раннее, когда вы случайно столкнулись в не очень широком коридоре. ты тогда едва смог унести ноги от трепетавшего сердца и немеющего взгляда под напором девчонки. боже, вуд, очнись, она же вправду девчонка.

ты проворочался на кровати почти до самого рассвета и провалился в забытье совсем ненадолго, проснувшись совершенно помятым и невыспавшимся. хорош жених, - подумалось тебе, рассматривая себя в зеркало. лохматишь волосы - дурная детская привычка. как прилежный ученик идёшь на трансфигурацию, чтобы профессор макгонагалл ничего не заподозрила. ведь ты её любимчик - она часто идёт тебе навстречу, помогает найти ловца-первокурсника, закрывает глаза на твои очевидные промахи, а иногда на нарушение правил. ты отплачивал тем же - изо всех сил стремился к победе в межфакультетском чемпионате. иногда, конечно, одного стремления мало, поэтому ты так много сил и веры вкладывал в игроков своей команды, которые чаще всего тебя даже не слушали. ты даже перестал обижаться на них - они просто не понимали, насколько это важно для факультета и для тебя в частности. после трансфигурации ты как можно незаметнее ускользнул от своих друзей и направился в башню гриффиндора, чтобы переодеться и взять с собой метлу. быстро хватаешь всё необходимое, спускаешься в удивительно пустую гостиную и садишься в своё любимое кресло в углу комнаты в ожидании джонсон. спустя долгие пятнадцать минут она спускается - как всегда одаривая тебя своим внимательным взглядом и уверенной улыбкой. ты был словно заворожен, и как так раньше ты этого не замечал? этого света, сочившегося сквозь неё из всех щелей, казалось, что он мог озарить всю гостиную и заглянуть в мрак твоей души, осветить в нём каждый уголок и закуток, дать тебе то, в чём ты так сильно нуждался - самого себя. ты улыбаешься уголками губ в ответ:

- ну что, пойдём?

она кивает, и вы как две мышки крадётесь по тихим коридорам хогвартса, лишь бы не напороться ни на кого из преподавателей или филча. идёте тридцатой дорогой, по самым малопосещаемым закоулкам. ты чувствовал какое-то непередаваемое чувство единения с анджелиной - интимное, будто какие-то невидимые нити связывали вас с этого момента. ты шёл чуть впереди, проверяя дорогу, а она иногда подходила так близко, что перехватывало дыхание и потели ладони, из-за чего постоянно приходилось перехватывать метлу. наверное, через несколько лет тебе это покажется забавным - эта детская влюбленность в эту независимую и гордую девчонку, но сейчас ты волновался так, что внутри всё дрожало и содрогалось от мысли, что сейчас вы наедине, но что делать? протянуть руку, чтобы легко коснуться её ладони? а если она не так поймёт и примет за чрезмерный намёк? или стоит её поцеловать после тренировки? когда вы оба разгоряченные и возбужденные от успехов? мысли резали череп нещадно, ты хотел бы все их отогнать, чтобы насладиться моментом. они так сильно въелись в твой мозг, что вы едва не попались профессору синистре, медленно шествующей по коридору. рука анджелины проворно хватает твою и что есть силы тянет в нишу за доспехами рыцаря. конечно, ей не хватает сил, чтобы сдвинуть тебя с места, но ты быстро понимаешь что к чему и аккуратно залезаешь в нишу вслед за девчонкой. место её прикосновения чуть жжет, и чувствуешь легкое разочарование от того, насколько легко она может прикасаться к тебе - тебе казалось, что она всё это делала лишь из дружеских чувств и из ощущения неловкости между ними. отдышавшись пару минут, вы продолжаете свой путь к стадиону.

поле укрывало плотное одеяло из снега - рассыпчатого и нетронутого. сугробы были очень глубокими, а под ними была корка льда, и ты протянул руку джонсон, чтобы она не провалилась под снег целиком. она неловко берёт твои пальцы, словно волнуясь, и сжимает их в своих. ты позже подумал, что мог отчистить дорогу с помощью волшебной палочки, но в тот момент эта грандиозная мысль даже не пришла в твою голову. против воли все мысли скопились нервным комком в твоей ладони, которая сжимала ладонь девушки. ты пытался сопротивляться этому - ведь это неправильно, ты должен чувствовать к ней лишь дружеские или почти отцовские чувства, но ничего поделать не мог. ты пару раз украдкой оглядывался, чтобы взглянуть на её сосредоточенное лицо, на длинные волосы, убранные в высокий хвост. она была маленькой - едва могла достать тебе до плеча. уютное тепло разлилось по твоему телу, и ты почувствовал, что хотел бы оберегать её, даже если она тебя отвергнет. оберегать издалека - бросаться под бладжеры, относить её заснувшую в кресле в гостиной обратно в комнату, помогать с учебой. ты желал быть ей близким, насколько она позволит.

дойдя до середины поля, вы оба взмыли в воздух. ты обожал это чувство всем сердцем - когда метла вибрирует между ног, разгоняясь и взмывая всё выше в воздух, когда ветер свистит в ушах, а их закладывает так, что ты не слышишь по меньшей мере ничего, когда ты готов заорать от ощущения абсолютно, распирающего счастья. что ты и делаешь. тебе мерещится, что ты слышишь её смех, но понимаешь, что это лишь твои додумки, чтобы момент был до последнего идеальным. через некоторое время вы начинаете разучивать новые для анджелины фигуры, которые ты увидел в многочисленных книгах, прочитанных тобой, и на бесчисленных матчах, увиденных тобой. сначала у неё ничего не получалось - оно и понятно, это было высшим пилотажем, уровень звезд квиддича. но ты настаивал на том, чтобы она не опускала руки, а продолжала делать. раз-два-три. спустя сотое повторение, совершенно измученные, вы начали спускаться вниз, когда увидели фигурку в зеленом пальто в клетку - профессор макгонагалл направлялась прямиком к вам. мурашки прошлись по позвоночнику, вы попались, и сейчас вам несдобровать. ты аккуратно приземляешься на снежную гладь стадиона и быстрым шагом идёшь к декану.

- профессор макгонагалл, я... - но профессор тебя прерывает резким жестом.

- минус 50 очков с каждого из вас за прогул и самовольные тренировки на поле. и назначаю вам месяц отработок у меня, о времени и месте сообщу завтра. всего хорошего, вуд, джонсон, - она резко разворачивается на каблуках и идёт обратно в замок. вы с понурыми лицами идёте вслед за ней.

***

ты надеялся на то, что профессор быстро отойдёт и забудет про отработки. как можно заставить капитана команды и одного из лучших охотников заставить отрабатывать наказание вместо тренировок? она что, совсем не хотела, чтобы гриффиндор победил? к сожалению, об отработках она не забыла и назначила одни из самых суровых - каждый вечер протирать от пыли корешки книг в библиотеке под присмотром мадам пинс. без магии. ты чуть не взвыл от этих новостей. скучнее занятия на четыре недели придумать нельзя. первая отработка была назначена на тот же вечер. ты встретил анжделину у входа в библиотеку, и проводил к месту отработки в полнейшем молчании. выслушав задание от мадам пинс, приступили к работе. через несколько минут у тебя, хорошего спортсмена, начала болеть спина и шея. ты бросил тряпку на книжную полку и нарушил молчание.

- джонсон, прости меня. из-за меня мы тут. я думал, что всё пройдёт хорошо.

+1

5

arctic monkeys - i wanna be yours

ты видишь в проникновенном взгляде алисии упрек. она знает, о чем думаешь ты, знает, о чем подумала бы кэти, знает, что ты ждешь ее одобрения - иначе ты не передала бы скомканную записку на уроке у квиррелла, который в свойственной ему суете отошел в коморку, подняв гул в классе своим отсуствием. по правде сказать, вы с алисисей и так начали бы ожесточенно перешептываться, искоса поглядывая на профессора. она говорит все верно, страшная моралистка эта спиннет, и не по-дружески будет идти с вудом, и слишком уж похоже на свидание, но ты спешишь ее переубедить. вдобавок, и себя для пущей уверенности. какое уж тут свидание, это же вуд.

это аргумент всполошил в памяти парочку старых шуток про оливера между вами, и алисия все же согласилась, что никакое это не свидание, и обещала ничего не говорить белл, ко всему прочему продумав алиби тебе на этот вечер, если у кого возникнут вопросы. ты же пообещала в обмен на ложь, которую, строго говоря, она не терпела, любую просьбу. почему же ты была готова идти на ухищрения и коварство, вовлекая в эту потенциально наказуемую авантюру сторонних людей? то ли дело в жажде приключений и нудном спаренном занятии по защите от темных сил, то ли в оливере вуде, который страшно требовал себя растормошить. желание "потыркать" его не пропадало никогда, а возрастало всякий раз на тренировках, когда он начинал слишком глубоко закапываться в квиддич. или просто хотелось его отблагодарить за неожиданный подарок? растраченных тобою на каникулах денег хватило на небольшую, но показавшуюся тебе забавной безделушку из флориш и блоттс. вуд правда не дал тебе и момента на то, чтобы ее вручить. соскочил с насиженного кресла быстрее испуганного нарла и повел тебя без лишних вопросов через темные коридоры школы. в атмосфере полу-спящего хогвартса и поговорить было не о чем. дремлющие портреты норовили поворчать всякий раз, когда ты задевала прутьями метлы рамы и холсты, а тусклый люмос на конце палочки все время гас, вынуждая отвлекаться на тихо произносимое заклинание. раз вы чуть не попались, и тогда ты предприняла попытку оттянуть вуда за собой, в чем совершенно не преуспела. первую из трех неловкостей за вечер ты испытала как раз тогда, когда загнанные страхом быть пойманными профессором синистрой вы все же спрятались в нише за стеной. неловко находится с ним так близко, когда в голове снвоа и снова звучит подозрительный голос алисии - разве это не свидание? взгляд в поиске спокойствия останавливается на его шее. тебе кажется или он сглатывает слишком часто, а ты и сама задыхаешься в этой дыре в стене. когда же синистра отсюда уйдет?

хуже, чем от неловкости в душном маленьком пространстве ты почувствовала себя на открытом морозном поле, когда рука вуда повисла в воздухе, приглашая за нее взяться. не откажешь ведь тут и не болтнешь, что не поняла, когда жесть такой очевидный. алисия в твоих мыслях все укоризненнее тебя отчитывала. но ты, правда, и забываешь вскоре об этой ерунде. что вас с вудом объединяет, так это самоотдача в игре. тебе думается, что это вроде заразной болезни, передающейся на поле, и переносчик здесь вуд, потому что не верится, что такая любовь к спорту в тебе может умещаться. ты - разгоряченная игрой, тонущая в азарте - стараешься в перерывах между разучиванием фигур закидать оливера заколдованными снежками, чтобы отвлечься от непостижимых финтов. взмываешь к середине поля и поднимаешь руку с чем-то круглым в ней, крича:

- эй, вратарь, лови! - что есть сил кидаешь в противоположную от него сторону, но слишком легкий шарик летит стремительно вниз в сопровождении огонька с конца палочки. ты уже думаешь, что он потеряется в снежных барханах и лишь к весне какой-нибудь первокурсник найдет с подснежниками подарок для олли. но ты сомневаешься в таланте капитана напрасно  - ловит он в паре метров от земли. смотрит недоуменно, а ты наблюдаешь издалека, как озадаченный вуд рассматривает мягкий мячик в своей руке. ты поднимаешь руку перед собой, сжимая и разжимая кулак, что-то кричишь сквозь ветер, но попытки быть понятой разбиваются в беспощадности зимы, - сожми его, видишь, - от кулака из мячика желтого цвета вырываются пара светлых крыльев, а затем снова пропадают, оставляя лишь сладковатый запах на ладони, - сжимай почаще, чтобы не нервничать из-за квиддича, - ты тихо смеешься, когда вуд все с той же озадаченность переводит взгляд с мяча на тебя, и подаешься вперед, чтобы отнять только врученный подарок, - возвращай, значит, если он тебе не нужен, я буду его тискать на уроках снейпа, - вуд ожидаемо уворачивается, а ты ведешь метлу вниз, чтобы прокрутиться в воздухе. еще пару раз с особым рвением порываешься отнять резиновый снитч, пока вуд не начинает озадаченно всматриваться в стены замка. ничего хорошего взгляд этот не предвещал.

***

- ваши палочки, господа, - у мадам пинс вид такой, будто ей навозную бомбу вложили в рот, и оттого еще меньше хочется ей протягивать руку. хмурая, с надутыми от недовольства губами, ты поглядываешь на недовольную мину библиотекаря, оказываешься пресеченной в выклянчивании оставить палочку при себе и даже "честно-пречестно" не помогает -  что ты еще могла сделать? впрочем, всего каких-то полтора часа до отбоя. работка максимально пыльная, но протирание книг не кажется тебе чем-то кошмарным, пкоа ты не приступаешь к делу.

мало того, что отмазаться от кэти тебе так и не удалось даже при помощи самого правдивого члена вашего охотничьего трио, так еще и грязные, замызганные книжонки порой пытались вырваться из рук, высказывали в прямом смысле недовольство о том, что их касаются влажными руками или просто не вынимались с полок без приложения силы. в одной из книг ты вообще находишь липкую лакричную тянучку, оставившую черное маслянистое пятно на склееных страницах.

ты вынимаешь из уголка на форзаце формуляр и читаешь одну из фамилий:
- а. fortescue, -  хах, совсем как кафе-мороженое. напротив чьим-то корявым почерком добавлено флоббер-червь и двустишье сомнительного содержания, которым ты решила с оливером не делиться, - вуд, ищи фамилию на "e" - он откликается на сразу, не расслышав тебя через стеллаж, и ты вытаскиваешь пару книг, чтобы показать оливеру на той стороне книжного шкафа фамилию, - поиграем в слова на фамилиях учеников, раз уж ты не хочешь разговаривать, - книга, которую некогда читала агата фортескью отправляется на место, закрывая лицо вуда. вуд что-то бубнит про то, что он не против разговаривать, но все же начинает играть. через десяток фамилий, смешных и трудновыговариваемых, знакомых и даже одинаковых, вы доходите до края бесконечного стеллажа и вуд с чего-то решает, что должен принести извинения.

- шоколадная лягушка в день до конца отработок, и я на тебя не в обиде, вуд, - ты встряхиваешь руки, по которым очередной раз скатилась прохладная вода, забравшись под широкий свитер по самые подмышки, устало садишься на пол и обираешь ладони об штаны, глядя на оливера снизу вверх, - шучу, конечно, - кажется, он серьезно переживает, а тебе это все кажется забавным. может быть это проделки близнецов уизли в твоей голове - они слишком сильно на тебя влияют, и с вероятностью в сто процентов отец бы строго настрого запретил тебе водиться с двумя шалопаями. у него все вокруг шалопаи и не достойны с тобой общаться, а ты обязана за себя постоять. интересно, а оливера он бы тоже принял за опасную бестолочь? ты смотришь на вуда, сощурив глаза, наигранно подозревающе и слегка надув губы от сосредоточенности - нет, он точно не из таких. слишком правильный и чересчур много думает, наверняка. даже похож немного на твоего папку.

- будь ты магглом и не играй в футбол, ты был бы полицейским, вуд. это как быть старостой, только в большом городе, - ты это знала от отца, который ежедневно выписывал штрафы неправильно поставившим свои машины магглам, ездил на не слишком интересные вызовы и много-много заполнял бумаги. сама видела, когда мама спихнула тебя отцу на выходные - спихнула, его слова, не твои, - тебе пошла бы борода и дурацкая фуражка, - ты корчишь строгую мину, как тебе кажется пародирующую твоего отца и поправляешь невидимый головной убор, - вообще, это то же самое, что мракоборец, только скучнее, - объясняет она вуду. затем отвечает на вполне ожидаемые вопросы про отца-маггла, разошедшихся родителей и сложностях выбора, с кем провести каникулы. немного нервничаешь, когда говоришь о немагическом происхождении отца, но на радость вуд заостряет внимание на укладе жизни маггла, не находя в несостоявшемся браке мистера и уже не миссис джонсон ничего предрассудительного. странное чувство единения возникает между вами - ты нечасто делилась с волшебниками историями о семье, да и немногие интересовались, что неожиданно выделило вуда на фоне всех прочих.  мадам пинс оборвала вуда на полуслове, сквозь наполненную лишь книгами и парочкой уставших гриффиндорцев, библиотеку интересуясь прогрессом дел. ты отползаешь чуть вперед, чтобы высунуться из-за книжных полок и прокричать:

- у нас пятиминутка, мадам, мы отдыхаем, - твой смех сквозь прижатую ко рту ладонь выходит слишком громким, вызывая недовольство со стороны строгого библиотекаря. возвращаешься обратно, поворачиваешь голову к вуду, собираясь дослушать его рассказ, но он вдруг замирает. смотрит на тебя как-то странно, как не смотрел еще никто и ни разу, одновременно взволнованно и исступленно. хочется прямо пощелкать перед его носом, и едва эта мысль появляется в ее голове, как вуд тянется к тебе в однозначном жесте. ты наклоняешься назад, как только можешь, отводишь взгляд в сторону и суетно встаешь. чувствуешь жар, прилившую к щекам кровь, определенно ужас и непреодолимое желание уйти сию же секунду. в голове нет ни единой мысли кроме той, что спиннет все-таки была права. смотреть на оливера нет сил. ты хватаешь тряпку, не слыша ничего вокруг, забегаешь за следующий стеллаж и молча, не ополаскивая тряпку, так и трешь пыльные полки оставшиеся полчаса. быстрее бежишь к мадам пинс, пока вуд выливает грязную воду, и сломя голову несешься в гостиную. и надеешься, что ни одна живая душа не узнает о произошедшем.

Отредактировано Angelina Johnson (2020-11-30 21:49:12)

+1

6

hey violet - break my heart

воспоминание произошедшего в библиотеке впивается когтями под кожу, заставляя содрогнуться. раз - ты смеешься над своим "долгом" в виде бесконечной подписки джонсон на шоколадные лягушки. два - она взахлёб рассказывает тебе о своей семье, о магглах, которые были от тебя слишком уж далеки, ты вырос в совершенно другом обществе, в другом быте и окружении. три - ты понимаешь, что лучше момента может и не быть, тебя лихорадит, как от какого-то злосчастного вируса, внутри всё дрожит как от чересчур громкой музыки. если не сейчас, то когда? наклоняешься к ней, как в замедленном кадре касабланки, во время разговора рика и ильзы - кажется, это единственный маггловский фильм, который ты видел в своей жизни. видишь её перепуганные глаза, и понимание произошедшего падает между вами, разбиваясь на электрические разряды. то, как она отодвигается от тебя и убегает за книжную полку, пытаясь подавить то, что ты натворил, заедает в твоих мыслях в бесконечном моменте. мозг услужливо заливает этот вечер в янтарь, так, чтобы он прочно застрял в коллекции твоих провалов. ты хотел раствориться в том, что было буквально секунду назад - только чтобы она не отодвигалась, как от чумного, чтобы замерла, чтобы ты прикоснулся к её губам - легко, как весенний ветер; чтобы она сжала твою руку, и вы бы молчали - ведь так обычно происходят первые поцелуи?

ты не помнишь, как закончил отработку, как сбежала анджелина, да и не было в этом какого-то толка - ты пообещал себе, что ни на шаг не приблизишься к ней. ты же должен быть выше этого, вуд. она тебя отвергла - это понятно, как дважды два. она не хочет иметь с тобой никаких дел. наверняка она будет стыдиться этого до конца твоего обучения. расскажет алисии и кэти, и шепотки за твоей спиной будут преследовать тебя ближайшие несколько недель. почти всё из этого сбылось - только стоило тебе появиться в гостиной или в большом зале, как она убегала под странными предлогами, на отработки приходила (скорее прибегала) за несколько минут до мадам пинс, не удостаивая тебя даже взглядом, не то, чтобы приветствием. ты чувствовал себя словно в какой-то грязи, ничуть не лучше, чем флоббер-червь, которого кидали почти в каждое зелье на зельеварении. как будто ты мог контролировать свои чувства, как будто мог избавиться от этого. тебя это злило, но ты старался этого не показывать - джонсон в этом была совершенно не виновата. все свои эмоции, которые сейчас были в явном переизбытке, ты сбрасывал на тренировки, пару раз доводя то кэти, то алисию до слёз из-за своих жестких слов.

вуд, что с тобой творится? - думалось, когда ты лежал в кровати накануне матча с когтевраном. ты знал оправдание своему поведению - и дело не на все сто процентов было в анджелине джонсон. приближались экзамены, и ты понимал, что совершенно к ним не готов. и приближающийся матч не добавлял уверенности - поттер по известным причинам выбыл на время из команды, и ты в сжатые сроки пытался найти ему замену, что едва ли увенчалось успехом. ты начинал выдыхаться от всего произошедшего за этот год, и хотелось просто лечь на кровать и пролежать в ней до начала следующего учебного года в надежде, что тогда всё будет хорошо. что ты избавишься от этих назойливых мыслей о джонсон, что ты наконец сомкнёшь пальцы на кубке по квиддичу, что ты на шажок ещё приблизишься к своей заветной мечте - играть в настоящей сборной по квиддичу. сон всё никак не шёл, и ты ворочался в кровати до самого рассвета, и когда ты понял, что выспаться уже не удастся, то просто достал свои пергаменты, чтобы освежить в памяти схемы, которые ты и так знал наизусть.

когтевран разнёс гриффиндор в пух и прах. ты слышал шепотки о самом разрушительном поражении гриффиндора за последние 300 лет. кровь закипала в тебе с каждой произнесённой такой фразой. в какой-то момент ты просто сорвался и накричал на второкурсников с пуффендуя, которые обсуждали это возле входа в большой зал. положение пытались спасти близнецы - собрав почти все курсы гриффиндора в гостиной и набрав вместе с джорданом кучу еды и сливочного пива с кухни. ты сопротивлялся пиру во время чумы до последнего - пока даже перси не сдался и не присоединился к веселью. ты с кислой миной взял бутылочку сливочного пива, и уселся в всём любимом углу, ища на своих схемах слабые места. послезавтра у тебя был первый сов - по заклинаниям, а ты за год даже не попытался открыть учебник, не то, чтобы хоть немного подготовиться. сейчас это волновало меньше всего. кто-то из близнецов (если честно, ты до сих пор их слабо различал) время от времени менял пустые бутылки на полные - их счёт ты потерял уже на пятой. в голове промелькнула мысль, как бы не надраться перед экзаменом, но она исчезла вместе с очередной пустой бутылкой.

чья-то тёплая рука опускается тебе на плечо, и следует чуть выше, к шее. первой мыслью было стряхнуть столь навязчивую руку, след от которой едва ли не прожигал рубашку. это было что-то между очень неприятно и мерзко, но ты лишь поднял взгляд на обладателя этой чёртовой руки. взгляд долго не мог сфокусироваться на лице девушке, лишь её блондинистые волосы выделялись ярким пятном. спустя пару мгновений ты понимаешь, кто это. эмили тэйлор, которая уже второй год подряд пытается стать ловцом, младше тебя где-то на курс, имеет за спиной кучу слухов. кажется, именно от неё ты получил одну из немногих открыток на прошлый день святого валентина - особенно вычурную, совершенно не в твоём вкусе. да и сама эмили была такой - она не единожды пыталась пообщаться с тобой то в гостиной, то в большом зале, но её не хватало надолго. в отличие от анджелины, - проносится в воспаленном алкоголе мозге.

- привет, ты чего грустишь? - её голос похож на голос заботливой мамочки, слишком приторный, наполненный излишней лаской. вы не были в тех отношениях, чтобы она могла так с тобой говорить. бросаешь быстрый взгляд на противоположный угол гостиной, туда, где веселились близнецы и охотники. джонсон даже не обратила внимание на это представление, в которое тебя втянули. какой-то укол пронзил место где-то под рёбрами. ты переводишь взгляд вновь на тэйлор и улыбаешься. улыбка выходит из рук вон пьяной, но и что она хотела, когда подходила к тебе?

- а ты не знаешь? мы потерпели самое разрушительное поражение едва ли не за всю историю школы, - твой голос ядовит, и ты видишь, как она теряется, не в силах что-либо произнести. она то открывает, то закрывает рот, от чего ты едва подавляешь смешок. кажется, все твои худшие чувства алкоголь только приумножил, и довёл до предела. завтра ты наверняка почувствуешь себя настоящей мразью, но сейчас тебе не хватало на это каких-либо сил. замечаешь, что она пытается отойти от тебя, видишь, что она тебя боится. её зеленовато-карие глаза полны какой-то смеси из боли и страха, будто какой-то идеал рушится прямо сейчас. почему-то именно это отрезвляет тебя (не сказать, что намного). протягиваешь руку, и берёшь её теплые пальцы в свои. - прости, я не хотел тебе грубить. я слишком расстроен. - она на удивление верит тебе, и её губы трогает лёгкая улыбка, едва касающаяся уголков. она сжимает твою руку чуть сильнее, и ты почему-то понимаешь, что не сильно уж и хочешь её отпускать.

- может, поговорим в каком-нибудь другом уединённом месте? я знаю одно такое.

ты прекрасно осознавал, чего она хочет. и вряд ли бы решился, зная, что ничего к ней ничего не чувствуешь. но она была единственной во всей этой чёртовой комнате, кто к тебе подошёл, и попытался хоть как-то тебя поддержать. какая-то волна уважения к ней захлестнула тебя, и ты поднимаешься со своего места. она тянет тебя куда-то к выходу из гостиной, но ты даже и задумываться не хотел над этим. ты даже не замечаешь укоризненный взгляд кэти или анджелины - ты не сразу даже сообразил, кто это мог быть. да и плевать. коридоры сплетаются в один бесконечный тоннель, и наконец тэйлор останавливается возле какого-то окна с огромным подоконником, и забирается на него с ногами. ты садишься рядом, ледяной камень, несмотря на тёплый майский вечер, чуть освежает и приводит мысли в осознанный порядок. вы болтаете о какой-то незначительной ерунде, пока между словами не повисает пауза.

смотришь ей в глаза, пытаясь найти ответ на свой вопрос - почему она сейчас ведёт себя совершенно иначе, нежели обычно? без этого прислащенного голоса, с горящей заинтересованностью в глазах - такой она нравилась тебе больше. ты знал, что стоит вернуться в гостиную, чтобы слухи о нём и эмили не пошли ещё быстрее, но какое-то желание заставляло тебя остаться на месте. то ли алкоголь, остатками плещущийся на донышке твоей крови, то ли подавляемые чувства к джонсон, заставляют тебя прикоснуться к щеке эмили. она была совершенно другой - она не шарахалась от тебя, не избегала, а сейчас как будто желала этой ласки, которую ты пытался проявить. ты не знал, что стоит сделать дальше - любовные подвиги действительно не были твоим коньком. ты даже разговоры своих друзей об их девушках слушал вполуха. проводишь рукой по щеке ниже, к волосам, и зарываешься пальцами в мягкие волосы. в следующее мгновение ты уже прикасаешься горячими губами к её таким же.

поцелуй выходит влажным, торопливым. эмили что-то говорит тебе в губы про то, что тебе стоит быть нежнее, но ты едва улавливаешь смысл этих слов. вторая рука сжимаешь её форменную рубашку где-то в районе талии, ты даже не думал, чтобы куда-то деть её. ты не был уверен, что тебе нравится происходящее, ни каких-либо бабочек в животе, о которых твердил крейг, когда впервые поцеловал тею, и трещал об этом почти ежедневно. может, дело было в том, что он на самом деле не хотел этого и делал назло? эта мысль потерялась в огромной реке других, например той, что что-то мелькнуло мимо вас. ты открываешься от эмили, и видишь её улыбку, видимо, она была действительно довольна происходящим. повернув голову, ты видишь удаляющуюся фигурку джонсон. ужас захватывает твоё горло, и ты соскакиваешь с подоконника и кричишь, казалось, на весь коридор:

- джонсон! стой!

срываешься на бег, а она как будто бы не слышала твоих слов, и лишь ускорялась. ты знал, что ей, наверное, больно видеть всё, что только что происходило. хотя, какая ей вообще должна быть разница, раз она сама тебя отвергла? ты в данный момент очень хотел обзавестись маховиком времени и перенестись на несколько часов назад, чтобы этого не происходило.

+1

7

arctic monkeys - no 1 party anthem

тебе кажется, что паршивее года не было. новые предметы заняли то время, что на прошлых курсах удавалось проводить с пользой для дружбы с алисией. а квиддич, бывший для тебя лучшей частью школы, вдруг опротивел из-за всего одного злосчастного несостоявшегося по твоей инициативе поцелуя. у вуда талант - думалось тебе - портить все на свете с царским размахом. всего одно его действие пробило брешь в каждой сфере твоей жизни. сначала тебе кажется, что ты сама виновата в этом в голове папин недобрый прищур, а на щеках ты все еще чувствуешь слишком близкое дыхание вуда. навязчивые, но не слишком частые, к счастью, мысли о вине отражаются на твоем не скрывающим эмоциях лице, а фигура вуда заставляет тебя сразу же исчезать без магии из любого помещения, будь то кабинет макгонагалл, злосчастная библиотека (прятаться за стеллажами можно было бесконечно) или завтраки, ставшие для тебя необыкновенно короткими и поздними - ты едва не получила дополнительные часы отработок от профессора спраут за опоздания.

ты замалчиваешь неприятные мысли, врешь неубедительно о каждом срочном побеге, чем и навлекаешь на себя недоверие подруг. а как тут скажешь о произошедшем, чтобы не задеть кэти? потому что вообще-то друзья так не поступают, не сбегают с предметом их воздыхания, прекрасно осознавая последствия (и не только в виде отработок), но разве у тебя был выбор? ты просто не могла не отблагодарить оливера за подарок, кто же мог подумать, за рождественский знак внимания придется платить по счетам - в голове сразу всплывает мамин разговор с тетушкой из раннего твоего детства, слова из которого отчего-то врезались в юную голову, хотя и их значение ты еще не до конца понимаешь.

потому-то ты ни разу не задумываешься, когда фред протягивает тебе бутылку сливочного пива. пить, конечно, плохо, но только если много. ты-то много не будешь.

оказалось, что много и не нужно было, чтобы с новообретенной легкостью вдруг посмотреть на мир. возможно, то был и самообман, но результат тебе понравился так сильно, что хотелось танцевать. нет, этого было совершенно недостаточно. ты несешься вслед за джорджем и фредом к спальням, забираешь из комнаты метлу и уже через пару минут вы трое балансируете в паре метров над полом, стоя на метлах в тщетных попытках хотя бы десять секунд оторвать от древка одну ногу. шум веселящихся вокруг гриффиндорцев сбивает сначала фреда, а затем и тебя, безоговорочно отдавая победу джорджу. ты смеешься взахлеб, когда поднимаясь с пола, фред невнятно и абсолютно никому непонятно - даже тебе, но смешно тебе просто так - шутит о нумерологии. и когда ты опершись на метлу ждешь новую порцию сливочного пива от близнецов, взгляд преследует рыжие головы, которые разносили темные бутылки каждому члены сборной гриффиндора. вуд попадается на глаза вопреки твоему нежеланию его видеть, сидит тихонько в углу в кресле уже подмятом, кажется, под его зад. как же он тебя раздражает своим вудством, которое заставляет тебя чувствовать себя так плохо без вины. сидит вот так отдельно, так сиротливо и бедно, будто его всем миром обиженный. думает, наверное, что ты виновата еще и в проигрыше команды - не сыграла, как маргери уил... уол... да черт с ней, как та из книги, что забивала под три десятка мячей за матч - тут для победы и ловец не нужен.

- так что тогда все-таки произошло? - голос алисии - такой неожиданный, вкрадчивый и убийственно спокойный - ничто, по сравнению с ее карающим взглядом. она, удивительная и проницательная, загораживает вид на оливера и молча настаивает на ответе, а ты почти готова сломаться. язык сливочным пивом и смесью чего-то мятного и огневиски , что эдди назвал мятным драконом,расплелся уже очень давно, а рассказать все и дальше больше хочется страшно, останавливает лишь беглый взгляд по кэти и мальчишек с курса, вяло зазывающих в игру. тебе, впрчоем, такого шаткого повода достаточно.

второй и последний мятный дракон был лишним, и ты это понимаешь по легкой тошноте от полного живота и приторного вкуса коктейля, а также по тому, как порой минуты из вечера чудесным образом исчезают. ты и не вспомнишь, как оказалась с фредом под лестницей.

и снова тот же сценарий, будто бы пленку заело в старом проигрывателе. странное чувство на грани дежавю и тревога, засевшая в животе. только на этот раз не выходит отползти так спокойно в сторону, приходится одномоментно пролезать под рукой фреда и отталкивать его чрезмерно грубо, но в страхе и отвращении не выходит иначе. неописуемое чувство стыда и паники заставляют тебя оглохнуть на пару минут. ноги сами несут куда-то за пределы оказавшейся душной в миг гостиной. ты то и дело оборачиваешься на мнимые шорохи позади, проводишь рукой по щекам и шее, неосознанно стараясь убрать с себя липкие наваждения, и незаметно переходишь на бег. спотыкаешься пару раз, отшатываясь от загоревшихся будто впервые факелов, дышишь часто и глубоко, стараясь отвлечься от  скверных мыслей, а губы предательски дрожат. ты бросаешь попытку забыться, но все еще борешься с желанием зарыдать, когда набредаешь на какую-то пару.

снова тошно, снова хочется сбежать от фантомного дыхания у твоих губ попеременно то оливера, то фреда, но ты мешкаешь всего мгновение, за которое успеваешь понять, кто всего в десяти шагах перед тобой. и не будь позади тебя тех двух странных и неприятных вечеров, включая этот, вряд ли вуд и тейлор, переплетающиеся языками тебя так взволновали. ты старалась не вспоминать о первом вечере отработок, последние двадцать минут которого заставили тебя ощутить относительность времени. как в тех часах профессора зелий, который вел у мамы, где песчинки текли медленно-медленно при скучной беседе. так и для тебя напряжение от нахождения рядом оливером вудом заставляло время замедлять свой ход. и воздух становился таким наэлектризованным... ты сделала для себя вывод - от вуда нужно держаться подальше, чтобы не появились искры в худшем значении этого слова. и ты бегала от него, как от огня, надеясь лишь на то, что никто твоих трусливых попыток уйти не заметит. молчала о непроизошедшим и вспоминала временами слова отца.

приходилось только вести себя непринужденно на тренировках, исчезнуть с которых просто не было возможности. но выходило чересчур неестественно - слишком уж тихо и хорошо ты себя вела. подурги пытались разузнать причину нервного поведения, но ты, колеблемая страхом перед потенциальной ревностью кэти, склонялась к молчаливой рефлексии. она прошла довольно быстро, правда, хорошее расположение духа не помогло наладить отношения с вудом. как и выиграть в последнем матче без ловца. и вот ты оказывешься втянутой в свою первую в жизни вечеринку, абсолютно не знаешь, как нужно себя вести и перебираешь со сливочным пивом так, что временами алисия - совершенно трезвая, похоже, и все еще к сожалению до тошноты правильная - одергивает тебя от неподобающих на ее строгий взгляд действий. и где была эта спиннет, когда вы с фредом уизли вдруг оказались вдвоем возле камина? может быть и не было бы этой второй неудачной, к твоему счастью, попытки тебя поцеловать по какому-то вселенскому сговору. но обе эти попытки были, и обе не пришлись тебе по вкусу. в твоем вкусе были совсем не эти двое, да и никто, по правде сказать, не был так уж сильно в твоем вкусе, чтобы хотеть с ним целоваться. а папа ведь предупреждал свою горошинку, что у мальчишек на уме только одно.

и вот оно прямое доказательство папиным словам - жмет на подоконнике другую девчонку. и отчего-то так горестно становится от едких мыслей. ты несешься прочь, думая без устали о том, что же ты могла сделать не так. с чего вдруг столько внимания в твою сторону, почему уже второй раз тебя пытаются втянуть в поцелуй без согласия. ты досадливо шмыгаешь носом, унося ноги прочь от вуда и тейлор, хочешь убраться куда-нибудь поскорее, хоть в доспехи старые залезай.

- отстань, вуд, - не хватало еще оправдываться перед ним, что рыдаешь не из-за него, что тебе безразлично, кого он там целует. да и зачем ему это, - отвали! - ты  хочешь перейти на бег снова, только не знаешь, куда нестись, но оливер тебя тормозит за руку. ладонь холодная, а твоя кожа под ней горит от кучи эмоций. главное, не разрыдаться, того и глядишь первая попытка воспользоваться тушью для ресниц закончится таким провалом. ты разворачиваешься резко, смотришь злобно и говоришь громко - в сто крат хуже обычного.
- мне плевать, на тебя и тейлор. раз уж ты с ней, то не лезь ко мне никогда, - у него такое виноватое и усталое лицо, что невозможно смотреть. в груди щемит от чувства вины за то, что ты отчитываешь его. эти слова ты больше хотела бы сказать фреду, но тот бы с привычным

- вообще ко мне не лезь, с чего ты вообще взял, что можешь вот так запросто со мной, - язык запретается, а ты упорно не хочешь говорить вслух "целовать". пальцы сжимаются в кулаки сами собой и ты с пару секунд бестолково жестикулируешь перед собой, будто хочешь его ударить,  - вот так... делать, - выплевываешь из себя окончание предложения и взмахиваешь руками в бешенстве напоследок, чтобы потом убежать, оставив обескураженного юношу в коридоре.

с вудом вы не общаетесь вплоть до следующего года, как впрочем и с большинством знакомых и друзей из хогвартса. лето проводишь с отцом, в основном. пару раз в месяц выбираешься с мамой в магический квартал и накупаешь себе стопку волшебных переводных татуировок - они то пропадают на несколько часов, то меняют цвет или надписи, а особого сильные, которые ты не осмелилась нанести, и вовсе могли начать болтать в любой момент. ты довольна до смерти, обклеиваешь себя с ног до головы, а затем случаешь от отца нудные лекции о татуаже, в ходе которой он грозится (не достаточно серьезно) тебя отправить за решетку для профилактики в его отделении. ты же задиристо шутишь, что там-то тебе и сделают настоящую маггловкую татуировку.
родители ссорятся и без того часто при встрече, а эти назойливые перемещаюиеся по всему животу созвездия и вовсе порождают такой спор, от которого весь кингс-кросс приходит в ужас. ты не хочешь слушать их перепалку разведенок и спешишь убраться как можно дальше от родителей в поезд. щеголяешь с открытым животом по вагону и парочкой пикси, пока не сталкиваешься лицом к лицу с эми тэйлор. у тебя к ней ничего личного, кроме разве что парочки скучных сплетен, но она - не надо быть ясновидящей - порядком была тебе не рада. она смотрит на тебя излюбленным взглядом каждого, кто хоть на дюйм был выше тебя, не может найти слов, но напряжение на ее губах красноречиво заявляет о крайней к тебе нелюбви. эмили с присущей ей и раздражающей тебя вежливостью здоровается с тобой, а затем в одну секунду, абсолютно не заинтересованная в твоем уважительном ответе, начинает намахать кому-то, стоящему за твоей спиной.
впрочем о замеченном ею человеке не стоило долго думать.

ты слышала, конечно, все эти сплетни к концу учебного года о ней и вуде, и знала даже, что ваши соседки по комнате устроили пари на то, что вуд возьмет ее в команду в новом году. конечно же не на место гарри поттера, а потому тебе и алисии, по заверению однокурсниц, стоило бы опасаться за свои места в сборной. и когда вуд все еже подошел к вам, ты вдруг почувствала впервые тревогу за свое место в команде. волнительные мысли росли со скоростью снежного кома - вот вуд берет эмили в команду в качестве охотника, она же, обиженная тобой тем веселым вечером, настаивает на твоем отстранении. алисия и кэти, конечно же, уйдут вместе с тобой из солидарности и, возможно, вы соберете свою оппозиционную квиддиченую команду. и только из девочек, потому что от этих парней одни проблемы. вряд ли вам вообще разрешат играть, зато ты совершенно точно будешь капитаном, хотя бы потому что это твоя идея.

- привет, вуд, - ты выпрямляешься в раз, пытаясь придать себе уверенности и беспечности, склоняешь голову на бок и придвигаешь чуть ближе к себе чемодан. кто-то ворчливо проходит между вами, и ты поправляешь в смятении волосы, откидывая их назад, чтобы продемонстрировать последнюю из переведенных татуировок в виде трех квиддичных колец, - ходил на игру гарпий и нетопырей?

+1


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » альтернативное » quidditch-pitch love