Гостевая
Роли и фандомы
Нужные персонажи
Хочу к вам

POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » trigger warning


trigger warning

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

https://i.ibb.co/BNqwcD1/triggerwarning.jpg
сал и ларри // ночевка у лучшего друга // лето 1994, спустя две недели после свадьбы лизы и генри

+4

2

[html]<p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Пальцы малость дрожат. Это ничего, вчера его колотил такой озноб, что он не удержал в руках кружку — та разбилась о кафельный пол на кухне, и осколком ему оцарапало щеку. Сал, конечно, заклеил царапину, но потом долго ржал — до того идиотски выглядел маленький пластырь на его сплошь изрезанной шрамами физиономии. Сал никак не мог успокоиться и минут десять хохотал как сумасшедший, пока не начал задыхаться от рыданий. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Может, хватит ставить на себе опыты? Может, пора принять чертовы таблетки? <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">А может, все разом, а?</span> <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Это не мои мысли. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Нет? А где мои? Где вообще здесь я?</span> <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Действительно, где?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Я — задавленная лекарствами личность, выскобленный изнутри, но снаружи худо-бедно функционирующий член общества, который говорит и делает то, чего от него ожидают окружающие? Или я — этот трясущийся и паршиво соображающий сгусток нервов, искромсанный детской травмой и многолетней депрессией? Это то, что меня определяет? Этим исчерпывается моё я? Или есть что-то еще? Сал пытается найти в своей жизни что-то, за что он мог бы уцепиться, чтобы сохранить равновесие. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Ларри.</span><br><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он поворачивается на бок и смотрит на безмятежно спящего неподалеку друга. Невольно улыбается краем губ, протягивает руку и осторожно трогает темные пряди его длинных волос, рассыпанных на подушке. Сразу же убирает руку, опасаясь разбудить его. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> ...Они не говорили о том, что произошло на кладбище. Сал откладывал этот разговор — да и вообще эти пару недель он избегал общения с Ларри и с кем бы то ни было. Торчал по большей части в своей комнате, ссылаясь на недосып и головные боли — и в общем-то не врал. С тех пор как он перестал пить таблетки, бессонница и мигрени усилились. То есть, поначалу было даже неплохо. Салу казалось, что без лекарств он чувствует себя… более живым? Будто цвета сделались ярче, а чувства острее. Но довольно быстро первая эйфория прошла, и изголодавшиеся внутренние демоны радостно бросились рвать его на части — эти страшные твари с острыми зубами и жабьими глазками, которые, как казалось Салу, должны были остаться далеко в прошлом — однако они никуда не делись, они всегда были рядом, сдерживаемые действием лекарств, и только ждали возможности снова приняться за него. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал не хотел, чтобы Ларри видел его таким, однако прятаться от друга вечно он не мог. Поэтому, когда тот позвал остаться с ночевкой в его подвале (Лиза теперь жила с отцом Сала в их квартире на 4-м этаже, и нижний этаж был полностью в распоряжении Ларри), Сал с радостью согласился. И даже неплохо держался весь вечер. Живо трепался обо всякой ерунде, а как только разговор поворачивал в опасном направлении, осторожно менял тему. Он знал, что это нечестно, но он не хотел усложнять всё сейчас выяснением отношений. Так что они просто болтали, слушали музыку, в общем, отлично проводили время, как обычно, а потом расстелили на полу два матраса и завалились спать. Точнее, Ларри завалился и вскоре крепко заснул, а Сал остался наедине со своими мыслями.
<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>Снова вытянувшись на своем матрасе, Сал прикрывает глаза. Вспоминает день свадьбы их родителей. Пятачок позади церкви. Разогретый солнцем камень, запах конопли, теплое дыхание Ларри, близко, очень близко, его руки, прикосновения. И если бы Сал не отрубился... Он резко открывает глаза, уставившись в потолок и бездумно комкая пальцами подол футболки. Ему вдруг становится жарко. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Блин.</span> <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Выбравшись из-под одеяла, он бесшумно выскальзывает из комнаты. В ванной он открывает кран и зачерпывает в ладонь холодной воды, торопливо выпивает, затем умывает лицо. С ненавистью смотрит на три одинаковых флакона с оранжевыми крышками — только надписи на этикетках различаются. Он так и не рассказал Ларри о своем плане. Опасался, что тот будет спорить или вообще сдаст его родителям. <span style="font-style: italic">В глубине души ты и сам понимаешь, что страдаешь херней, верно?</span> Открыв дверь шкафчика над раковиной, он решительно прячет таблетки, захлопывает дверцу. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> И застывает, глядя на своё отражение. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Из зеркала на него смотрит… обычное лицо? Он наклоняется вперед, не дыша. Поднимает руку и касается пальцами щеки. Гладкая кожа без рубцов, нос — малость курносый, но покажите мне человека, довольного своим носом? Главное, что он есть. И оба глаза на месте. Рот без уродливого шрама, рассекающего губы. Даже какая-то неубедительная юношеская растительность на подбородке присутствует. Сал сглатывает вязкую слюну. Он осторожно трогает скулы, чуть надавливая кончиками пальцев, и содрогается — палец легко, будто это желе, протыкает мягкую кожу. Из дырки льется густая кровь. Он подцепляет ногтями кожу и тянет — в раковину с мерзким звуком шлепается кровавый ошметок, а затем еще и еще. Сал обмирает от ужаса, но не может остановиться — лоскут за лоскутом сдирает с лица кожу, размазывая кровь, пока ногти не начинают царапать по обнажившемуся белому пластику. </p>
            <p> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> ...Сал рывком садится в своей постели, хватая ртом воздух — дыхание толчками вырывается из груди, и он зажимает рот ладонью, чтоб не потревожить спящего Ларри. Он ощупывает себя, чтобы убедиться, что все его шрамы на месте, что это был только сон, но реальность кажется неустойчивой, и он уже ни в чем не уверен. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Часы, руки, текст. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он смотрит на часы: половина второго ночи. Зажмуривается, затем снова смотрит: всё еще половина второго. Руки: руки как руки, по пять пальцев, никаких аномалий. Текст: Сал пробегает взглядом по постерам на стенах — все надписи вполне читабельные и никуда не деваются. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Значит, не сплю. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Господи.</span> <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> В ушах звенит. Сал сжимает голову ладонями и некоторое время сидит так, пытаясь вернуть самообладание. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Долго еще ты так протянешь?</span> <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Но это же работает. Сал знает, что это работает — или пытается убедить себя в этом. Сны стали пронзительно четкими, и он уверен, что если ему удастся снова попасть в тот зыбкий мир видений, то голоса и образы будут ясными и отчетливыми, он сможет задержаться там, разузнать все как следует, понять, что от него требуется. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Звучит, как бред, приятель.</span> <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал опускает руки и с тупым интересом наблюдает, как на полу рядом с матрасом скапливается лужица вязкой смоляной жижи. Что-то будто сочится сквозь пол, сливаясь в скользкие черные побеги, которые растут и тянутся в его направлении. «Я не сплю», — напоминает себе Сал, — «Я ведь не сплю?» И только когда побег липко обвивается вокруг его лодыжки, он выходит из ступора. Дергается всем телом, пытаясь вырваться, однако побег туго оплетает его ногу и не желает выпускать. Сал хватает его обеими руками и с усилием разрывает, освобождаясь. В это время еще несколько щупальцев тянутся к его локтям и запястьям, норовят обхватить вокруг талии. Он замечает краем глаза, что такие же щупальца подбираются к Ларри, и принимается отбиваться и рвать их один за другим — их трудно ухватить, они не даются и выскальзывают из пальцев, скользкие, как ужи. Тогда, вскочив на ноги, Сал хватает с тумбочки первое, что попадается под руку - мастихин, острую и похожую на нож штуковину, которую Ларри использует для рисования. Мастихином получается вполне ловко обрубать сатанинские побеги. Всё происходит в странной, пронизывающей тишине. Сал действует почти бесшумно и не издает ни звука, онемев с перепугу. Он даже не успевает задуматься о том, что происходит. В конце концов, в этом здании они видели столько потусторонней дичи, что подобные вещи начинают казаться чем-то обыденным. Перерубив ростки, ползущие к рукам Ларри, он вдруг видит, как сразу два черных побега обвиваются вокруг его горла. Лицо Сала перекашивает жуткая гримаса страха и ярости, единственная мысль в его голове в этот момент — «только не Ларри, только не мой братан!» Не раздумывая ни секунды, он бросается к нему и, склонившись над ним, заносит нож для удара.</p>[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2020-12-10 01:46:39)

+1

3

Ларри мучили кошмары, осязаемые и липкие, словно паутина. Ему снилась всякая фигня, что вместо Эш в мусоропровод падает Сал, и потом они не могут его найти. Или что Сал так и не выбрался из той ямы, а Ларри продолжал звать его, захлебываясь криком. Или Сал, сжимающий окровавленный нож, блуждающий по каким-то темным коридорам, а у самого Ларри прозрачные руки, и он ничего не может…
После таких снов он просыпался невыспавшимся и абсолютно опустошенным. Тьма рассеивалась с рассветом, но как будто не до конца, застревала у него под ребрами, словно раковая опухоль и мешала дышать. Ларри устало потёр лицо, смахивая остатки сна, и пошел греть в микроволновке оставшиеся с вечера куски пиццы.
Уже две недели подвал был полностью в его распоряжении, никто не орал на него, когда он раскидывал одежду или слушал "Смысловую фальсификацию" на запредельной громкости. Мама окончательно переселилась в 402 квартиру и периодически приносила ему еду, спрашивала о делах, и возвращалась в свое новое семейное гнездо. Это было нормально. С Салли они не общались со свадьбы, он молчал на всех частотах, видимо решив выбрать жизнь затворника, и это было ненормально, но ожидаемо. Раненный молчанием и одиночеством Ларри сначала пытался встретиться и что-то прояснить, но потом смирился, писал депрессивные картины и вяло накидывался пивом, отгоняя муторное чувство липкого беспокойства и тоски после бессонных ночей.
А на что он в конце концов надеялся? Что на свадьбе родителей у них будут танцы, поцелуи и бесконечное веселье полное молчаливого взаимопонимания, а все сразу будет хорошо, и звездопад над головой напишет над их головами в небе хэппи энд? Безумие в стиле Диснея, Ларри передернуло.
За две недели Ларри понял, что Сал ему нравится в самом простом буквальном смысле. Больше его поразило, что это оказалось совсем несложно принять. Он нежно лелеял моменты с поцелуями в своих мыслях, обращаясь к ним бесчисленное количество раз, перебрал их, анализируя с маниакальной тщательностью. Сал тогда был такой классный, накуренный, податливый и ощущался в руках как-то по-особенному. Ларри корил себя: если бы он понял раньше, то все бы сделал по-другому. Если сейчас в глазах Сала он выглядел как тупой юморист с тягой к шуточкам на грани фола, то это было абсолютно справедливо. Но Сал ведь должен знать, что он никогда… Никогда не причинит ему боль. Или не должен?
А что если ему в целом не понравилось? Что если ему не нравился конкретно Ларри… Что если все то, что он принял за момент ответной заинтересованности было игрой его воображения? Что если его никогда не простят?... Все эти мысли медленно сводили с ума.
В очередной раз ни на что особенно не надеясь Ларри передал через мать предложение потусить у него как раньше, и неожиданно Сал согласился. Казалось бы вернулись чудные деньки, когда они, не обремененные грузом мыслей, просто слушали музыку, играли в приставку и страдали херней, но Ларри хотел обсудить кое-что конкретное, а Сал продолжал упорно съезжать с разговора.
Это напоминало то время, когда они только познакомились и плохо знали друг друга. Ларри старался ненавязчиво выделить круг тем, которых следовало избегать, и учился разбираться в настроении нового друга, надежно скрытом за протезом. Вероятно, время для разговора еще не пришло, надо просто запастись терпением. Спустя две недели Сал согласился переночевать у него, возможно, спустя месяц они поговорят… и еще через пару лет смогут шутить над этим.
Уже засыпая на расстеленном матрасе, Ларри подумал, что Сал для него всегда будет в белом, он простит ему все, что угодно, и всегда выберет его. Мысль с оттенком смирения мелькнула и пропала, он быстро заснул.
Во сне колыхалась тьма, но проснулся он не от леденящего душу сюжета, а от странного звука, как будто кто-то скребет ложкой по полу. Эта инородность поначалу не слишком его встревожила, но все же вместо того, чтобы снова забыться, он повернул голову в сторону спящего друга. И как раз вовремя, потому что Сал не спал, а очень быстро двигался в его сторону вместе с … мастихином? Ларри едва успел увернуться, прежде чем железка проткнула подушку. Мастихин конечно не нож, но проверять его остроту на себе совершенно не хотелось. Он выскочил на середину комнаты, чувствуя, что еще не до конца проснулся, чтобы принимать здравые решения. Но что за херня здесь творится?
- Сал… может, положишь его, и поговорим? - очень мягко произнес Ларри, сдерживая дрожь в голосе.

+1

4

[html]<p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Салли давно беспокоило установившееся в апартаментах Эддисона паранормальное затишье, он чувствовал, что это не к добру, и ждал бури. И, что ж, дождался.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> ...Он издает дурной смешок — выглядит это как истерика:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Поговорим?! — его заметно трясет от выброса адреналина. — Не думаю, что из этого что-то выйдет, чувак.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Вряд ли эта аморфная черная хрень способна на переговоры. «Поговорим»! — и это Ларри, который был за то, чтобы замочить миссис Пакертон! Понятно, что ему должно быть страшно до уссачки — Сал и сам плохо соображает от ужаса. Но эта штука — не обычные призраки, с которыми всегда можно попробовать договориться, даже если это мелкие засранцы вроде Дилана. Это... хер знает, что это. И оно явно не желает им ничего хорошего. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал даже не подозревает, что самое пугающее существо здесь и сейчас — это чувак в пижаме с мастихином. Ему вообще не приходит в голову, что Ларри может не видеть всего того, что видит он. Это похоже на кошмар, но это не сон; всё происходит наяву, по-настоящему. И у Сала попросту нет времени, чтобы остановиться, подумать и хотя бы усомниться в этом.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он лихорадочно соображает, как помочь другу, но ничего путного пока не приходит в голову. Глядя на Ларри сквозь упавшие на лицо синие пряди и приближаясь нетвердыми шагами, Сал бьет несколько раз ножом, отсекая лезущие к нему побеги — острие свистит прямо перед лицом Ларри, вынуждая того уворачиваться и отступать. Честно говоря, пока он безмятежно спал, рубить монстра в капусту было куда как проще. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Не дергайся! — сквозь зубы говорит Салли свистящим шепотом.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Черные обрубки шлепаются на пол, ему под ноги, извиваясь и растекаясь маслянистыми лужами. Они уже повсюду - стены и пол вокруг будто в нефтяных разводах. Несколько коротких побегов, как пиявки, прилипают к телу Ларри, копошатся и переплетаются между собой, соединяясь в одну пульсирующую скользкую тварь, которая ползет по его телу, перебирая щупальцами, и подбирается к его голове. Сал, видя это, тихонько взвывает, стискивая в пальцах мастихин так, что костяшки белеют. Его лицо перекашивает от злости и отвращения и от застрявших в горле слез. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Только попробуй, сука, только тронь моего друга.</span><br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — С-сволочь... — сдавленно выдыхает он и снова бросается вперёд, замахнувшись мастихином.</p>[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2020-12-10 01:43:36)

+1

5

Адреналин наконец врезал по мозгам, и Ларри резко проснулся, словно вынырнул из трясины. Это не очередной кошмар, все по-настоящему, страх полоснул когтями по позвоночнику.
Была ночь, в узкие окна под потолком едва пробивался уличный свет, электроприборы тихо мерцали, и посреди неровной тьмы стоял Сал, словно сошедший с постера фильма ужасов. Его движения были неловкими, но яростными, и больше всего пугал не стиснутый в пальцах мастихин, а откровенные отвращение и ненависть, искажающие лицо. Это было похоже на самый жуткий в мире нервный срыв...
Ты хотел залезть ему в голову, Ларри, узнать о чем он думает, так вот… своих желаний стоит бояться.
Он вздрогнул и медленно попятился назад. Мозг работал на запредельных скоростях. Ну то есть… Что произошло, пока он спал, чтобы Сал пришел к мысли, что его нужно обязательно прикончить? Или это всё-таки из-за случая на свадьбе? Негодование наполнило его едкой горечью. То есть “Салли, девочка моя” - это нормально и можно потерпеть от кого ни попадя, а за поцелуи по накурке получи ножом по горлу. Так что ли? Что ж, в таком случае Сал гениальный актёр с потрясающей выдержкой.
Из отрывистых реплик, Ларри понял, что на переговоры его слетевший с катушек друг не настроен, и вообще считает его последней мразью. Он готов был искупить свою вину, однако добровольно погибнуть от собственного мастихина во цвете лет желания не было. Он всего лишь хотел поговорить! Бля, да неужели это так сложно?
- Сал, я понимаю, ты очень зол, - сделал еще одну попытку Ларри, - но давай не будем…
Перед лицом блеснуло острое ребро мастихина, едва не разодравшее ему щеку. Ларри отшатнулся, чуть не впечатавшись в мольберт, и нехорошо сощурился. Ладно…
Из комнаты вели две двери: одна на улицу, перед которой маячил Сал. Но этот вариант побега не подходил еще и по другой причине: выпустить маньяка с ножом на улицу означало кучу проблем. А Ларри любил решать проблемы по одной. Вторая дверь в квартиру и оттуда в подвал была ближе. В подвале было пусто. Что бы ни случилось дальше, Сал ни в коем случае не должен был подняться на лифте.
Ларри поджал губы, стараясь незаметно оглядеться по сторонам в поисках чего-то подходящего для защиты, но как назло ничего не было. В это время Сал бросился на него, замахнувшись для нового удара и целясь куда-то в район его головы. Неужели его лицо настолько неприятное?
- Бьешь, как девчонка, - пробормотал Ларри, каким-то чудом уворачиваясь в очередной раз.
Резко швырнув между ними мольберт, он понесся к двери.

+1

6

[html]<p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Если б он остановился на секунду и поразмыслил трезво, то понял бы, что что-то здесь не так. Например, заметил бы, что Ларри даже не пытается стряхнуть с себя проклятую тварь — поначалу это еще можно было бы списать на сонную растерянность, но теперь-то чел уж точно успел окончательно проснуться, и все равно без сопротивления позволяет склизким гадам ползать по своему телу. А еще Сал увидел бы, что лежащий на столе GearBoy не подает никаких признаков паранормальной активности — хотя по идее должен светиться, как новогодняя елка. И заодно осознал бы, что сам он выглядит и ведет себя, как поехавший маньяк с колюще-режущим наперевес, а вовсе не как человек, который способен решать проблемы и контролировать ситуацию.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Если бы! Но у Сала нет этой секунды. Да и разум, и без того худо соображающий из-за длительной бессонницы и мигреней, теперь от паники отказывается последовательно мыслить. Бездействие Ларри только еще больше сбивает с толку - возможно, он не понимает, что делать, из-за страха? Аргх, да постой ты спокойно хоть секунду! Сал и так до смерти боится задеть его — всё-таки с одним глазом у него и глазомер не очень. А тот еще и постоянно ныряет из стороны в сторону, будто его хотят убить. При этом находит силы его подкалывать — Сал и сам понимает, что справляется херово, но это уже слишком.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ну, зато ты ведешь себя как настоящий мужик, — строптиво парирует он, лишь бы немного разрядить стресс.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> И будто в подтверждение его слов, Ларри даёт дёру, перевернув собственный мольберт.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Нет! Стой! — орёт Сал ему в спину, срывая голос.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> И кидается за ним, перескочив через опрокинутый мольберт и вылетев вслед за Ларри в гостиную, где застывает на секунду, глядя на просачивающиеся из стен черные лианы.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> ...Ему и в страшном сне не могло присниться, что ему придется драться с Ларри. Бро, конечно, тощий как шпала, но Сала — мелкого, не любящего и не умеющего махать кулаками — он уделает запросто. Да проблема даже не в этом… Сама мысль о том, что они могут подраться, была абсолютно невозможной. Однако сейчас каждая секунда на счету, и если ему не удастся остановить друга, эти монстры расползутся по всем этажам здания…<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Стой, Ларри. А то будет хуже!<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Ткнув мастихином в стену, Сал шагает к нему, с мерзким скрежетом ведя острием по стене и перерезая на ходу новые побеги. Ох, Лиза даст пиздов, если увидит этот разгром... но сейчас не до аккуратности. Черная мерзость явно выбрала себе в жертвы Ларри как менее вооруженного и почти не сопротивляющегося. Присосавшийся к нему паразит уже обхватывает щупальцами его голову, в лоснящемся теле зияет рот, сверкая острыми зубами. Сала пробивает ледяной пот.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span><i>Нет, нет, нет...</i><br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Ему удается догнать Ларри только в коридоре. Опасаясь, что тот сбежит на лифте, Сал свободной рукой хватает его за шиворот и, дернув изо всех сил, прикладывает к витрине автомата с закусками. Лихорадочно обрубает лезущий побег, даже не заметив, что нож чиркает по руке Ларри чуть выше локтя. Затем наваливается на него всем своим тщедушным телом, прижимая к стеклу автомата, и перехватывает поудобней мастихин, чтобы проткнуть мерзкого слизняка, вьющегося у виска Ларри.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ну всё, — тяжело дыша, говорит Сал, — Покончим с этим...</p>[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2020-12-11 17:13:22)

+1

7

Ларри целенаправленно бежал из квартиры в подвал. Позади раздавался леденящий душу вопль Сала, как будто в него вселились все демоны мира, и жуткий скрежет. Это что, спецэффекты такие, чтобы напугать его до уссачки? Спасибо, но происходящее уже превосходило все его ожидания
Он замешкался у автомата. Тот был старым и постоянно ломался, ремонтники задолбались его чинить и в какой-то момент оставили рядом ящик с инструментами. Он едва успел подцепить разводной ключ, как вдруг почувствовал резкий рывок. Сал с неожиданной силой приложил его к автомату. В другой ситуации Ларри порадовался бы такой инициативе с его стороны, но сейчас обстоятельства как-то не располагали к близости.
Сал выглядел страшно, его лицо прямо таки излучало фанатичную решимость без капли сомнений. Неужели он действительно способен убить? Эта отстраненная мысль пронзила сердце ледяной иглой.
Мастихин надавил на кожу, и она разошлась. Рана горела, но не очень болезненно, Ларри тупо смотрел, как по руке течёт кровь, как острая железка опасно приближается к виску, а потом снова заглянул в лицо Салли. Ни следа сожалений… Что ж. Очень отрезвляет.
- Ты прав, покончим, - Ларри улыбнулся, не размыкая губ, одной рукой вцепляясь в запястье с мастихином, а другой аккуратно и точно попадая ключом в висок,- прости меня.
Сал обмяк в его руках, Ларри только надеялся, что не ударил его слишком сильно. Мастихин и ключ грохнули об пол, выпав из ослабевших пальцев. Почти минуту он стоял, зажмурившись и пытаясь отдышаться, и продолжал удерживать Сала, уткнувшегося ему в плечо. Это было так мучительно похоже на объятие...
Ларри открыл глаза и, взвалив Сала на плечо, медленно зашел в квартиру. Рана начинала болеть, кровь наполовину запеклась на сгибе локтя и противно тянула кожу. Мысли разбегались, он продолжал двигаться по инерции, смутно соображая, что делать дальше.
В комнате все было перевернуто, и когда они успели? Ларри мягко сгрузил Сала на один из матрасов и посмотрел на него. Даже в отключке выражение его лица оставалось суровым и усталым. Ларри легко дотронулся до его щеки, чувствуя подушечками пальцев грубые шрамы, сплетенные словно веревочные узлы.  Хотелось как-то стереть это выражение с его лица, но Ларри не знал, как.
Большой палец скользнул по израненным губам, с нежностью обрисовывая их контур. Они впервые оказались так близко за много дней, и Ларри чувствовал себя вором, но не мог остановиться. Пальцы погладили бледное горло, тонкое и теплое, в яремной ямке частил пульс, и к ней хотелось прижаться губами. Дальше начинается ворот футболки, и Ларри несколько мгновений смотрел на него, словно не совсем понимая, откуда она взялась, пальцы по-крабьи оттянули ткань. .. Нет, это немыслимо, его душу словно разъедало что-то тёмное и мерзкое. Ларри, ты отвратителен.
Он встал и пошел к полкам, где валялся всяких хлам, откопал там пару веревок. Аккуратно стянув лодыжки Сала, Ларри проверил надежность узлов и не слишком ли они давят. Окей, ещё один такой забег по подвал его сердце просто не выдержит. Потом потянулся к запястьям, приподнимая рукава пижамы к локтям, и замер… Предплечья покрывали длинные порезы разной степени глубины, и все они были свежие. Блядь… Это что тоже из-за него? Вдруг накатила тошнота, чувствуя паршивый кислый привкус во рту, Ларри быстро обвязал запястья и побежал в ванну, где самым натуральным образом блеванул. Если бы он только знал…
Прополоскав рот и умыв лицо, Ларри с отвращением посмотрелся в зеркало и начал рыться в шкафчике, где лежала аптечка. Взяв всю коробку, он потопал обратно в комнату. Сал продолжал безмятежно лежать в отключке, и это было неплохо, теперь Ларри не знал, как смотреть ему в глаза. Стиснув зубы, он открыл пузырек с нашатырем и поднес к лицу Салли, почти физически ощущая, что сейчас начнется второй круг ада.

Отредактировано Larry Johnson (2020-12-12 12:36:45)

+1

8

[html]<p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Мистер Джонсон? — осторожно окликает он.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> В ответ тишина. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> В безвоздушном пространстве в обе стороны тянутся глухие стены, и Сал уже понял, что это своего рода лабиринт. На этот раз здесь все не кажется зыбким и ускользающим — наоборот, этот непонятный мир давяще реален. Странен, но абсолютно ощутим. Сал идет, ведя рукой по стене (что это? бумага?), и дойдя до развилки, сворачивает наугад. А потом снова. И снова. И ничего не меняется — все те же стены, и никаких подсказок, что делать и куда идти.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Мистер Джонсон!<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Его здесь нет, Салли-кромсали.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал вздрагивает, остановившись. Заглядывает за угол и видит развалившегося на пути жирного, красного дракона, будто бы сложенного из мятого картона, крашеного в алый цвет. Выглядит он так себе — голова у него деформированная, скомканные крылья тяжело скребут по земле. Словно это игрушка оригами, раздраженно смятая и брошенная валяться на полу, отчего Салу становится не по себе.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Кто вы? — спрашивает Сал.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я твой друг, — охотно отвечает ему дракон. — Буду рад тебе помочь.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Это очень мило с вашей стороны. Тогда не подскажете, куда мне идти?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Да куда хочешь! У тебя полная свобода, Салли-кромсали.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я имею в виду… Как отсюда выбраться?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — А зачем? — оживляется дракон. — Мне лично и здесь неплохо. Оставайся, тебе тоже понравится.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал чувствует себя Алисой, вступившей в бесполезный диалог с Гусеницей. Он бочком, по стеночке, обходит дракона и двигается дальше, но слышит к своему ужасу, что дракон теперь тащится следом за ним, пыхтя и отдуваясь:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Эй, погоди! Куда ты так спешишь?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Мне нужно выбраться поскорее. Если я надолго застряну здесь, мой друг… испугается, наверно.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ой, не переживай об этом. Ты уже давно-о-о в отключке. Твой друг позвал на помощь родителей — они вызвали врачей, и прямо сейчас тебя везут в клинику доктора Зимбарго.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал застывает, оторопев.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Неправда!<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Серьезно тебе говорю. Очнешься через несколько дней — а может, месяцев или лет — в палате, пристегнутый к койке.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Они не могли так поступить.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Почему нет? Послушай, Салли-кромсали! — дракон ковыляет к нему и берет его шуршащими крыльями за плечи. — Они только рады будут избавиться от тебя! Лиза и Генри счастливы, и у них есть нормальный сын. Зачем им ты?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> «Не слушай его», — говорит Сал сам себе. Выкручивается из его хватки и, отвернувшись, молча шагает дальше — идти, правда, становится труднее. Дракон волочется следом.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Подумай об отце! Каково ему каждый день видеть тебя — живое напоминание о том, что произошло с его любимой Дианой? Думаешь, из-за чего у него были проблемы с выпивкой? Если бы не ты, он давно смог бы забыть об этом и жить дальше! Столько лет коту под хвост…<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Заткнись, заткнись, — шепчет Сал, прибавляя шагу, но дракон не отстает.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — И твои приятели, которые общаются с тобой только из жалости, вздохнут с облегчением, поверь мне. Позволь им жить нормальной жизнью!<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал резко оборачивается:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ларри общается со мной не из жалости! Он мой друг, ясно?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Дракон добродушно усмехается и тут же заходится кашлем, как заядлый курильщик.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ларри! А ты к нему неравнодушен, верно? — он приглядывается к Салу, — О нет, Салли! Ну и дела! Влюбился в первого встречного, кто заговорил с тобой по-человечески.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал вспыхивает:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я не… ничего подобного…<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ты ведь не принял тот поцелуй по накурке за что-то серьезное, м? Бедный, бедный мальчик! Ты и правда думаешь, что кто-то может полюбить тебя! Да Ларри ни за что не повторит такое в трезвом состоянии.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ну, он ведь повторил… Позже, в подземелье, — и Сал тут же жалеет, что сказал это — он вообще не хочет обсуждать это с каким-то злобным куском оригами. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ах, да-да! — подхватывает дракон, — Ларри целовался с какой-то… «ней», так он сказал? <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Да, ч-чёрт… Сала это тоже царапнуло. Сам он обычно не поправлял мисгендерящих его старушек и тупых детей просто, чтобы не влезать в споры. Но Ларри-то знал, что он не девочка. Наверно, в той ситуации так было проще… но… бля...<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Интересно, кого он представлял в этот момент? Может, Эш? — не унимается дракон, — Или еще кого-то из своих подружек? Он же классный парень, этот Ларри! У него наверняка есть красивые подружки!<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Хватит! — срывается Сал, — Мне все равно! Это неважно. Ты ничего о нем не знаешь! И обо мне!<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Да он тебя даже навещать в клинике не будет, — оскалив зубы, шипит дракон. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ларри мой брат, и я знаю, что ему не наплевать на меня. И моим друзьям тоже. И я люблю их. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал цепляется за всё хорошее, что есть в его памяти, ища доказательства — и их немало. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — И Эш. И Тодд. И Пых. И Янис с Реем всегда были ко мне добры…<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — А, еще одни укурки…<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Они хорошие люди! — зло перебивает его Сал.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ну так сделай им всем одолжение, этим хорошим людям, — дракон наваливается на него, распахнув крылья и придавливая его ворохом бумаги, — Раз уж у тебя кишка тонка как следует порезать себе вены или выпить все таблетки разом, как планировал… Оставайся здесь. Со мной. Тебе даже ничего не нужно делать! И всем будет лучше, поверь мне.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал глядит с пару секунд в его мятую драконью морду, затем говорит сквозь зубы:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Хер тебе. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> И, продравшись сквозь мятый картон, бросается со всех ног через лабиринт, ища наугад дорогу.</p>
<p><span style="display: block; text-align: center">***</span></p>
<p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> В этот раз возвращение к себе было долгим и мучительным. Первое, что чувствует Салли — резкая, пульсирующая головная боль. Второе — что он не может нормально пошевелиться. Перед глазами все плывет, и он еще толком не понимает, где находится, но чувствует, что руки и ноги у него связаны. Он всхлипывает от отчаяния — Господи… неужели эта чертова ящерица была права, и его реально отправили в клинику и заперли в палате, пристегнув к койке? Нет, пожалуйста, нет… Через мгновение взгляд малость прояснивается, и он видит рядом Ларри с пузырьком нашатыря. А вокруг — знакомые интерьеры его логова в подвале апартаментов Эддисона.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ларри! — с облегчением выдыхает Сал, — Ты в порядке?.. Что у тебя с рукой?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Никаких черных слизней больше не видать, так что, видимо, всё закончилось. Что же он пропустил? Блин, как голова болит… Он пытается сесть, но выходит не очень. Только теперь он понимает, что и впрямь связан — веревками. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Что происходит?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он напрягает память, пытаясь восстановить, что было перед тем, как он отключился. Он прирезал ту скользкую хрень? Кажется… нет? Или да? Последнее, что он помнит — это как Ларри хватает его за руку и… бьет чем-то по голове. А дальше Сал будто со стороны видит, как его голова откидывается вбок, а руки падают плетьми. Искусственный глаз в глазнице от удара смещается, уставившись в сторону, и Салли, как сломанная кукла, безвольно повисает у Ларри на руках.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ты ударил меня! — растерянно говорит Сал, глядя большими глазами на Ларри. — Какого хрена, чувак!</p>[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2020-12-12 00:02:42)

+1

9

Сал приходит в себя, и Ларри ускользает на другой матрас, ему кажется, что другу будет очень не комфортно, если он останется рядом. Эмоций почти не осталось, он чувствовал себя подавленным и опустошенным. Хотелось, чтобы эта ночь поскорее закончилась. Странно, ему даже в голову не пришло позвать родителей. Возможно, он все еще лелеял надежду, что Сал не сможет с ним так поступить. Не может воткнуть ему в голову кусок остро заточенного железа. Ларри знал, что Сал - не такой человек, даже если все его действия говорили об обратном.
Сал понял, где находится, и это хорошо, но, кажется, его мысли и воспоминания оставались спутанными. На его лице непонимание и шок. А ещё его искусственный глаз был неправильно повернут, и это придавало ему совершенно безумный вид. Наверное, неприятно просыпаться связанным, как минимум, это пугает. Но Ларри теперь боялся не только за себя, но и за самого Сала. 
Вопросы друга заставили Ларри нахмуриться… Странно спрашивать у человека, которого пытался убить, в порядке ли он. Ларри не уверен, но точно не стал бы таким интересоваться.
- Я связал тебя ради нашей с тобой безопасности, - медленно начал он, и удивился как скрипуче звучит его голос, - если ты пообещаешь мне, что ты больше не будешь… хвататься за острые предметы, то я тебя развяжу. Хотя нет, сначала мы кое-что обсудим.
Он моргнул несколько раз, собираясь с мыслями. Пауза затягивалась. Вот он, идеальный момент, когда он наконец-то может рассказать Салу обо всем, но он не может подобрать нужных слов. Все оправдания кажется искусственными и жалкими. Но молчать тоже нельзя, это выжигало их сердца. Он вздохнул, потёр ладони друг о друга и почувствовал, как к горлу подкатил комок.
- Прости за удар, я не хотел, но ты держал мастихин слишком близко к моей голове, - он нервно усмехнулся, - наверное, мы квиты. Ты здорово напугал меня, чел.
Он хрустнул пальцами и быстро продолжил.
- Послушай, Сал, если ты так ненавидишь меня после того, что случилось на свадьбе, я искренне прошу прощения. Я не хотел как-то оскорбить или обидеть тебя или причинить боль. Честно говоря, я не думал, что это настолько… тебя заденет и разозлит. И все же, есть ли способ решить этот вопрос, - Ларри подумал, что в этом разговоре есть какая-то неявная абсурдность, но он не совсем осознавал, где именно, - без кровопролития? Или ты сможешь простить меня, только если убьешь?
В конце, его голос сорвался, опускаясь до шепота. Он осторожно перевел взгляд со своих ладоней на Салли.

Отредактировано Larry Johnson (2020-12-12 14:50:51)

+1

10

[html] <p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я ничего не понимаю... Это что, шутка такая? — несчастным голосом спрашивает Сал и трясет головой, приводя мысли в порядок — это зря, голову тут же простреливает боль. — Погоди, чел, дай мне секунду. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Поморщившись, он неловко ерзает в постели и садится, согнув колени. Подносит руки к лицу, чтобы поправить глазной протез, но без зеркала и со связанными руками у него ничего не выходит. Так что он только малость прикрывает правую половину лица волосами. У него складывается ощущение, что он попал на пересечение двух параллельных вселенных, в одной из которых они с Ларри дрались с потусторонними чудовищами, а в другой, судя по всему, выясняли личные отношения. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">И в обеих ты получил по башке.</span> <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> И вот он сидит, связанный, как заложник, и слушает извинения своего друга, не понимая, за что тот вообще извиняется — и все это выглядит предельно ненормально. Если честно, Ларри его немного пугает (много). Он говорит что-то несусветное, и прямо скажем, сейчас не лучшее время, чтобы обсуждать произошедшее на свадьбе. Но Сал видит, как тот подавлен и разбит, и от этого зрелища у него самого сжимается сердце, поэтому он заставляет себя собраться и взять себя в руки. Раз уж сейчас нет ничего важнее и срочнее… <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ладно, давай по порядку... — Сал делает глубокий вдох и выдох. — Во-первых, я не злюсь и совсем тебя не ненавижу. И тебе не за что просить прощения… Чел, ты мой лучший друг. У меня нет никого ближе тебя. Как я могу тебя ненавидеть? Если я дал тебе повод так думать, то мне жаль. Это не так. Вообще ни разу не так. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Салли очень старается говорить ровным голосом, чтобы успокоить Ларри, и поначалу выходит неплохо, но он и правда на измене, и постепенно голос начинает звенеть от нервов. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Во-вторых, с чего ты взял, что я хочу тебя убить?! Я бы никогда не причинил тебя вреда! — он осекается, уставившись на рану на руке Ларри, — А… блин… это я зацепил тебя, да? Извини! Черт… Я не специально, я правда очень старался тебя не задеть. Я пытался помочь! Эта хрень чуть тебя не сожрала… <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">«Ты здорово напугал меня».</span><br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал глядит на Ларри и снова замолкает, глупо держа перед собой связанные руки и показывая пальцем куда-то в стену. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Эта хрень… — неуверенно повторяет он, облизнув пересохшие губы. — Господи… <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> До него доходит — сначала сомнение, подозрение, затем осознание разрядом молнии прошибает мозг. И фрагмент за фрагментом, картинка вдруг складывается. <span style="font-style: italic">О нет. Нет, нет, нет.</span> Сал будто проваливается в пустоту, потеряв под собой ощущение опоры, и чувствует, что ему не хватает кислорода. Закрыв лицо руками, он пытается справиться с приступом паники.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Пожалуйста, скажи, что ты тоже их видел... — глухо говорит он, глядя одним глазом сквозь пальцы, и всхлипывает. — О Боже, ты их не видел, да?..<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Это единственное внятное объяснение происходящему. Когда Сал схватился за нож, да еще и ранил его, Ларри решил, что он спятил, и аккуратно вырубил его и связал от греха подальше. И правильно сделал. Ведь если Ларри ничего не видел, значит…<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Значит, ничего и не было.</span><br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал сжимается в комок. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Ебучий дракон был прав — тебе место в дурке, приятель.</span><br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я не спятил, — дрожащим голосом говорит он, затем не выдерживает и начинает рыдать, неловко вытирая слезы. — П-прости, Ларри... Я облажался... Мне нужно было сразу рассказать всё тебе... Я... я думал, что справлюсь...</p>[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2020-12-26 08:53:02)

+1

11

Ларри слушал объяснения Сала молча и буквально чувствовал, как вытягивается его лицо. С одной стороны свадьба была не при чем. Облегчение, нахлынувшее на него, походило на получение смертником внезапного помилования за момент до финального разряда. С другой стороны… Хрень, которая чуть его не сожрала? Какая хрень? Это категорически не укладывалось в его голове, он ничего не видел. Вообще ничего. GearBoy не подавал признаков жизни, и эта ночь до какого-то момента ничем не отличалась от всех предыдущих.
У него заныло под рёбрами. Что творится с Салом? Насколько все серьезно? Тот похоже сам был в шоке и никак не мог это контролировать. И еще порезы…
Ларри больше не мог оставаться на своем месте, перебрался на матрас, где сидел Сал, и первым делом крепко его обнял. Он видел слезы своего друга только один раз, когда с его головы слетел протез, и Ларри впервые увидел его лицо. Но тогда он не чувствовал столько отчаяния и беспомощности. Сейчас эти рыдания разрывали ему сердце.
- Сал… Сал, ничего не случилось, не плачь. Расскажи мне все сейчас…
Одно рукой он продолжал его обнимать, второй медленно распутывал узлы на запястьях, а потом на ногах. Это было не слишком удобно, но ему казалось, что если его отпустить, тот потеряется в своей тьме. Отшвырнув верёвки, Ларри бережно провел ладонью по голубым волосам, и осторожно заглянул в лицо. У него всегда была необъяснимая потребность защищать Сала от всего мира, любой ценой, но сейчас он кажется начинал что-то понимать.
- Что произошло? Как я могу помочь тебе? Пожалуйста, скажи, что я могу тебе помочь.

+1

12

[html]<p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал поначалу даже не пытается успокоиться — пару минут самозабвенно ревёт, как ребенок, уткнувшись лицом в футболку Ларри и выталкивая из груди вместе с рыданиями весь мрак, скопившийся внутри за эти недели. Как только Ларри развязывает веревки, Сал обхватывает его руками, прижавшись и цепляясь за друга, как утопающий за последний шанс не уйти с головой под воду. Мало-помалу притихает, чувствуя, как Ларри гладит его волосы, и мысленно сосредоточившись на его дыхании, на звуке его голоса, на ритме его пульса, что помогает восстановить рвущуюся связь с реальностью. Мир вокруг перестает крошиться на части, собираясь обратно — низ снизу, верх сверху, и никаких демонов в поле зрения. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Наконец, Сал выпрямляется и вытирает рукавами лицо. Удрученно глядит на мокрое пятно, оставшееся на футболке Ларри. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я всё объясню, бро… — Сал нервно сглатывает, — Можно только я сначала немного приведу себя в порядок? <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он плетется в ванную комнату, где собирает волосы в неаккуратный хвост на макушке, быстро умывается холодной водой и вправляет, наконец, несчастный глаз. На секунду задерживает взгляд на своём отражении в зеркале — Господи, хоть на помойку вместе с мусором выноси… Он тянет руку к шкафчику, в который спрятал пузырьки с таблетками, <span style="font-style: italic">а нет, не спрятал, это был сон, приятель, таблетки твои наверху, в твоей комнате</span>. Мир снова опасно качается перед глазами, но усилием воли Салли заставляет его стоять смирно. Хлопает себя по щекам и идет обратно, прихватив смоченное под краном чистое полотенце. </p>
            <p> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — …Прости, — наверно в сотый раз за сегодня извиняется Сал, — Я ничего не рассказывал тебе, потому что боялся, что ты станешь отговаривать меня или расскажешь всё отцу. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он сидит на одеяле рядом с Ларри и мокрым полотенцем осторожно вытирает кровь с его руки. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Очень болит? — он бросает виноватый взгляд на Ларри. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Роется в аптечке и, залив ватный тампон антисептиком, бережно промакивает края раны, стараясь не разбередить подсыхающий порез. Стягивает рану парой пластырей и аккуратно заматывает бинтом. Затем отодвигает аптечку в сторону и вздыхает, беспомощно разведя руками: <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — В общем. После той истории с кладбищенским подземельем я бросил принимать таблетки… Я знаю, как это звучит! Просто… Всё дело в моих чертовых видениях... Тогда на кладбище мы упустили что-то важное. Там должно быть что-то еще. Чем больше я думаю, тем больше мне кажется, что Дилан пытался нас от чего-то предостеречь.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Подземный шкет, конечно, был тем еще засранцем, но он не желал им зла. Помог выбраться, в конце концов. И Салу показалось, что ему там одиноко, в этих катакомбах, и он был бы рад, если бы они реально пришли как-нибудь его навестить. Но он как будто не хотел, чтобы они попали в беду, потому и устроил эту истерическую сцену в конце. А еще тот коридор якобы с пауками и змеями… <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — И видение тоже предупреждало об опасности, но всё было слишком нечетким, неразборчивым, как всегда… Понимаешь… Они всегда такие, эти глюки, или сны, или что это такое… Я думаю, что причина в таблетках. Колеса делают меня слишком «нормальным», что ли? Я решил, что если откажусь от них на какое-то время, то сумею разобраться во всем. Как-то настроиться, «поймать волну» — я хэ-зэ, чувак, я знаю, что это звучит как полная херня, но в тех подземельях что-то происходит, и кто-то может быть в опасности, понимаешь? <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Его речь становится сбивчивой. Руки летают перед лицом — он то теребит волосы, то кусает костяшки пальцев. Заметив это и то, что раскачивается вперед-назад, Сал пытается совладать с собой. Он чувствует себя выжатым, как лимон, еще и голова кружится, напоминая, что по ней ударили чем-то тяжелым. Он устало ложится на матрасе прямо рядом с Ларри и смотрит на него снизу-вверх. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я просто не думал, что будет настолько плохо. Господи, я собственными глазами видел каких-то черных тварей, которые выросли прямо из пола, как сорняк, и напали на нас — и у меня даже мысли не было, что всё это только у меня в голове. А потом я оказался в каком-то ужасном месте и думал, что никогда оттуда не выберусь… И я не хочу туда возвращаться… Я не знаю, что делать. Надо завязывать с этим, наверно, но это… это работает, чел, серьезно… — его глаза блестят нехорошим маниакальным блеском, — Я уверен, что у меня получится, что я уже близок… ч-черт… думаешь, я слетел с катушек, да?</p>[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2020-12-15 01:05:06)

+1

13

Ларри долго обнимал Сала, рыдающего у него на плече так отчаянно, словно хотел наплакать свое собственное соленое озеро и раствориться в нем. Это были непростые минуты, когда оставалось только ждать, бездумно гладить по волосам и по лопаткам, и надеяться, что это хоть как-то поможет. Наконец, слезы закончились, и Салли утопал в ванную.
Действительно, с чего он решил, что их свадебные приключения могут стать причиной таких проблем? Наверняка, это было что-то посерьезнее. Возможно, если бы он не заперся в подвале с приступом хандры, а более настойчиво пытался связаться с другом, ничего такого бы не произошло. Глупый, глупый Ларри! Голова гудела так, словно там поселился улей рассерженных пчёл.
Когда Сал вернулся, то первым делом старательно перевязал его рану. Такая тщательная осторожность вызывала легкую улыбку, почему-то это показалось ему ужасно трогательным. Даже будучи абсолютно разбитым, Сал в первую очередь заботился о других.

- Теперь не болит.

Сегодня он видел его в трех состояниях: ярость, отчаяние и теперь уязвимая нежность. Сал всегда оставался самым непостижимым человеком в его жизни, и Ларри не надеялся, что когда-нибудь сможет понять его хотя бы немного. Наверное, сегодня он узнал о друге больше, чем за предыдущие годы. Это было… ошеломляюще, а ночь еще не кончилась.
А потом Сал все ему рассказал. Свадьба была при чем, но не в том смысле, в котором он думал. Ну конечно, это связано со сраным подземельем и мелким ублюдошным призраком. Сейчас это приключение ему казалось… Милым что ли? Просто потому что они выбрались живыми, а пацан оказался способным придерживаться их джентельменского соглашения. Да, они так и не поняли, что это за подземелье, и сколько мрачных тайн оно скрывает, но Ларри и не чувствовал, что они обязательно должны узнать ответы на все загадки вселенной.
Однако Сал считал иначе, Нокфелл был его личным врагом, только сражаясь с ним, он мог победить своих демонов. А ещё Сал был очень добрым, таким добрым, что готов был пожертвовать собой ради неизвестных людей. И Ларри не мог оставаться в стороне, кто ещё позаботится о самом Сале? Было понятно, чем он руководствовался, когда делал то, что делал, но, черт возьми, сейчас он напоминал воздушного змея с оборванной леской, которого рвал на части ветер. А ведь тормоза нужны всем.

Пока он слушал, его лицо оставалось непроницаемым.

- Сал… Сал, послушай меня, - Ларри нашёл в сумраке его руку и крепко сжал, - ты не псих, и сам прекрасно понимаешь, что у этого плана есть серьёзные риски. Ты должен был сказать мне. Если бы ты… Не знаю… Был наверху, и тебя бы увидели родители… Сал, ты не должен справляться с этим в одиночку. Я не хочу потерять тебя...

Голос Ларри звучал спокойно, но решительно. С этим дерьмом тоже можно разобраться, главное, чтобы они доверяли друг другу. Это ведь самое важное, не так ли?

- Мы можем дальше гоняться за призраками, но мне нужно знать, когда тебя остановить. Понимаешь?

Отредактировано Larry Johnson (2020-12-15 22:47:34)

+1

14

[html] <p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я дурак. Прости, что сразу не доверился тебе. И спасибо за то, что не считаешь меня сумасшедшим, и... вообще.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> За какое «вообще» он говорит спасибо — Сал не может внятно сформулировать. За то, что Ларри держит его за руку? За «я не хочу потерять тебя»? За то, что соврал про «не болит»? — блин, соврал ведь…<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> …Он с ужасом понимает, что Ларри прав — его могло накрыть в другом месте, хоть в квартире родителей. Кто-то мог пострадать. Что угодно могло пойти не так. Ларри хотя бы понимает, что происходит, а предкам даже не объяснишь ничего толком про мрачные подземелья с призраками. Не мог же Сал рассказать отцу про свои видения — тогда перспектива отправиться в лечебницу была бы более чем реальной.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> «Блин, обои», — невпопад думает Сал. Он ведь изрезал мастихином обои в гостиной — надо будет потом привести всё в порядок. <span style="font-style: italic">О Господи…</span><br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Может, я пока поторчу у тебя?.. — неуверенно спрашивает он, — Хотя нет, это тоже не лучшая идея. Если что-то подобное повторится… Не хочу причинить тебе вред.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Разве что Ларри снова свяжет его и так и будет держать… Да-да. В клетку, на цепь и намордник на рожу вместо протеза. Боже, какая чушь. Что тогда? Взять матрас и изолироваться на пятом этаже? Пообщаться с призраками, покопаться в себе, послушать голоса из-за стены… Здорово! Никаких умных мыслей в голову не приходит. Сал и сам не знает, когда будет пора остановиться. Скорее всего он уже зашел слишком далеко, и единственное, чего он боится теперь, это окончательно потерять связь с реальностью.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он издает бессильный стон:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Я не знаю, чел, я уже ни в чем не уверен. Извини, голова вообще не работает… — он смотрит на часы — почти три ночи, — Уже поздно… Давай отдохнем, а завтра подумаем, ладно?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Повозившись, он устраивается поудобнее. Легонько тыкает рукой Ларри в бедро и говорит, пытаясь изобразить писклявый голос Дилана:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Отгадай загадку: что можно увидеть только с закрытыми глазами?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Получается довольно вымучено и не смешно. Сал вздыхает. И тут же спохватывается, опасаясь, что Ларри уйдет спать в свою постель, и он опять будет один на один со своими демонами:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Постой, Ларри. Ты можешь остаться со мной? — с запинкой просит он и добавляет смущенно, — Если тебя это не напрягает, конечно…</p>
            <p> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сна, разумеется, ни в одном глазу. Сал измотан, но при этом слишком на взводе. Все эмоции перекручены в тугой моток колючей проволоки, втиснутый под ребра — и он пытается мысленно размотать его, отделить чувство вины от благодарности, страх от сомнений, боль от нежности, но только режется обо все это, одинаково острое.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он прислушивается к дыханию лежащего рядом Ларри. Кажется, тот тоже не спит — оно и понятно. После всего произошедшего-то… Сал лежит некоторое время в темноте, кусая губы. Затем поворачивается, подложив под голову локоть, набок, лицом к Ларри — он совсем близко, его длинные волосы щекочут Салу шею. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Говорит тихонько:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ларри... Ты думал, что я злюсь на тебя из-за того, что произошло на свадьбе?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> «То, что произошло на свадьбе». Сал замечает, что они оба упорно используют этот идиотский оборот, лишь бы не говорить прямо. В тот день много чего произошло, так что, можно и конкретизировать. Можно назвать это, ну не знаю… «то, что произошло на свадьбе по накурке перед тем, как ты отключился». Хорошо звучит? Или все-таки будешь называть вещи своими именами?<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Из-за, ну… поцелуя? — отчаянно произносит Сал, чувствуя, как кровь приливает к щекам.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он откладывал это обсуждение до лучших времен — и вообще убеждал себя, что тут и обсуждать-то нечего. Или всё дело в страхе? Он вспомнил, как утешал Трэвиса в школьном сортире — но с Трэвисом всё понятно, у него отец мудак. <span style="font-style: italic">А у тебя какие оправдания, Салли-кромсали? Почему ты не можешь признать правду? Даже самому себе?</span> Наверно, он просто боялся разрушить их с Ларри дружбу…<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Все очень быстро произошло, и это было…. Вообще-то это было офигенно, — выдохнув, признается он и продолжает шепотом, — Но я немного запутался, если честно. Я хотел спросить… Это было просто по приколу или… типа… всерьез?</p>[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2020-12-17 06:24:14)

+1

15

Ларри смотрел на Сала, мечущегося на матрасе, тот все еще страдал, но кажется достаточно пришел в себя, чтобы успешно находиться в той же реальности, что и он, и не сорваться вновь. Даже пытался шутить. Действительно, сейчас разговоры вряд ли что-то решат, и стоило хотя бы чуть-чуть поспать.

- Конечно, оставайся здесь, о чем разговор, - Ларри хмыкнул, отметая другие варианты, еще раз крепко сжал его руку, - теперь я знаю, что к чему, все будет хорошо.

Эта ночь порядком его измотала, и то, что он чувствовал, казалось ему слишком сложным. Хотелось забыться тяжелой дремотой и оставить все размышления о своих переживаниях на завтра. Он собирался было перебраться к себе, но Сал попросил остаться. Ларри посмотрел в сторону своего матраса, далекого и холодного, словно другая галактика. Утащив с него вторую подушку, он кивнул и молча залез под одеяло, в расчете на то, что переживший стресс организм быстро отключится, но не тут то было.
Он не привык спать с кем-то рядом, и близость другого человека, к кому испытываешь совсем не платонические чувства, внезапно вводила в оцепенение, но лишила остатков сна. Он боялся пошевелиться, потому что любое прикосновение могло выдать его. Любое движение пальцев, столкновение рук и ног в нагретой пододеяльной духоте казалось запретным и вызывало волну жара, туго скручивающего низ живота. Ларри лежал не шевелясь, плотно завернутый в кокон из своих порочных мыслей, где их не разделяли расстояние, одежда и смущающая недосказанность, и тихо помирал, сгорая от стыда, потому что другу, у которого много проблем, вряд ли нужна еще одна в виде чужой влажной фантазии. Может быть, именно сейчас стоит встать и ненавязчиво свалить в ванную?
Сал словно что-то почувствовал, поворачиваясь к нему, и Ларри замер. Лежать лицом к лицу было еще тяжелее, воспоминания о жарком летнем дне, где резкий запах каннабиса сливался с ароматом кладбищенских цветов, нахлынули словно шторм, лишая его самообладания, как и вопросы заданные шепотом.
Значит, Сал тоже расценивал это как поцелуи, впрочем, перепутать с чем-то иным такое сложно. Ларри вздохнул, подбирая слова. Как же тяжело говорить о чувствах, его язык немел, ладошки потели, а горло перехватывало. В тот день это был неосознанный порыв, то ли потому что Сал непривычно выглядел в ярко-желтом платье, то ли потому что его губы как-то по-особенному обхватывали косяк, но ему захотелось его поцеловать, сделав так, чтобы у них была возможность списать все на неудачную затею. Но он никогда не стал бы шутить таким образом. Еще он вспомнил, что уже говорил Салу, что любит его, когда в квартиру миссис Паккертон вошла Эш и напугала их до усрачки. Почему сейчас это так сложно?

- Это… - Ларри наконец выдавил из себя слова, решив все же дать развернутый ответ, - всерьез. Я люблю тебя, Салли-кромсали. До дрожи в коленках.

Его шепот звучит в тишине комнаты слишком громко, а сердце бьется в груди запертой птицей, мешая сделать полный вдох. Можно ли сейчас поцеловать Сала снова? Ларри осторожно придвинулся и прижался к его губам своими, сухими, горячими и немного обветренными. Сначала это было просто долгое прикосновение, а потом мир схлопнулся, и их поцелуй стал напоминать басовую партию, гулкую и настойчивую. Имеют ли поцелуи свой ритм? Ларри казалось, что да.
Ему нравилось целоваться. Раньше он делал это только с девчонками, ему было интересно попробовать сделать так, чтобы они намокли всего лишь от одного восхитительного движения губ. Если Ларри хотел сделать что-то хорошо, он это делал. Что касается парней, он кое-что знал в теории, но не мог сказать наверняка, есть ли какой-то кодекс запрещающий, например, прижиматься стояком к бедру другого парня во время поцелуя. Но Сал вроде был не против, поэтому Ларри продолжал увлеченно изучать языком его рот, пока хватало дыхания.
Руки жили своей жизнью, пропуская сквозь пальцы пряди синих волос, касаясь нежного затылка, скользнули по острым лопаткам, напоминающим акульи плавники, и обвели позвонки, проступающие сквозь ткань футболки, спускаясь к плавному изгибу поясницы. Сал был тощим, сплошные углы и ребра, ничего девчачьего, все такое по-пацански твердое. Ларри задрал его футболку вверх, касаясь пальцами обнаженной кожи, приятное ощущение теплой гладкости под жадной ладонью... Он вдруг понял, что это все по-настоящему, здесь никого нет, кроме них, никаких мелких уродцев, которые будут кричать “фу, гадость”, здесь темно и безопасно, как далеко они смогут зайти…
- Сал, - Ларри на секунду отстранился, мягко выдыхая в зацелованный рот, - мне кажется… если что… теперь ты должен меня останавливать… потому что сам я не смогу… терпеть. Я больше не могу…

Отредактировано Larry Johnson (2020-12-18 16:34:06)

+1

16

[html] <p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>Сал сам не знает, какой ответ он ожидал услышать. Он будто разорвался пополам, и часть его хочет, чтобы Ларри ответил: да, это было всерьез, это был осколок чего-то большего, чего-то нового, чего между ними раньше не было. А часть малодушно желает оставить всё как есть, потому что это проще и безопасней, и будет не больно, если что-то пойдет не так. Ларри гораздо смелее его, и его отчаянно прямолинейное признание - его «люблю» без отмазок и лишних объяснений - ударом выбивает весь воздух из легких Сала. Он на секунду замирает, чувствуя, как внутри волнами разливается тепло, затем отвечает непослушным голосом: <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>- И я тебя. Безумно. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Его слова растворяются в теплом дыхании Ларри, в невесомом прикосновении его губ. Сал прижимается к нему, отвечая на поцелуй - сначала неловко, с робкой неумелостью, будто пробуя его губы на вкус, мягко трогая их кончиком языка, затем смелее, сплетаясь с ним, ловя его движения нетерпеливо и с жаждой. Ему хочется, чтобы этот поцелуй длился вечно. Он обнимает Ларри, вдыхает его запах – запах горячей кожи, сигарет и масляных красок - обвивает руками его шею, путается пальцами в его волосах. Чувствует на себе его ладони - сначала сквозь футболку, потом голой кожей. Внутри него будто медленно раскручивается тугая пружина. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>
Или всё это очередная игра твоего больного воображения... <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал распахивает глаза. Часы, руки, текст. Его взгляд мечется из стороны в сторону - на циферблате всё ещё без малого три, руки всё ещё похожи на руки, и надписи на постерах даже в полутьме вполне читабельны. Ага. Очень тебе это помогло в прошлый раз? Его пальцы до боли впиваются в плечи Ларри. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>- Прошу, скажи, что это не сон и не ебаная галлюцинация, - задыхаясь, говорит он, почти не отрываясь от его губ. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Разум Салли бьется в панике, как дурной мотылек в стеклянной банке, ударяясь о стенки сомнений, тревог и неуверенностей, в ужасе твердя, что это не может быть правдой, что это неправильно, что мы же теперь братья, и что пути назад не будет, нельзя будет все взять и отменить... А сердце в это время сходит с ума от этой близости, и тело хочет этих прикосновений. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>...Это не похоже на их объятия на кладбище - нет того ленивого, безрассудного влечения, и голова не кружится, разморенная солнцем и травой. Вместо этого - ранящая обостренность чувств; нервные окончания - словно оголенные провода под ладонями Ларри, каждое прикосновение отзывается внутри нестерпимой нежностью, и это слишком больно?, нет, хорошо... <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>- Я не хочу, чтобы ты останавливался... - говорит Сал горячим шепотом. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он чувствует, как что-то упруго упирается в его ногу – он опускает руку, скользит пальцами по внутренней стороне бедра Ларри и натыкается на да, это именно то, о чём ты подумал, мягко сжимает сквозь ткань, ласкает, как ласкал бы самого себя - и это очень странно, чувствовать в своей ладони чужую плоть. Странно и... кайфово. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал коротко смеется от смущения и прячет лицо, уткнувшись в шею Ларри: <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>- Только... Я никогда не... не был ни с кем, и не знаю, что делать, - признается он.</p>[/html]

+1

17

Это взаимно, и его переполняют облегчение и эйфория. А потом он ловит чужую панику, резонирующую в собственном теле нервной дрожью. Тревога Сала осязаема с горькой ноткой обреченности, и Ларри старательно сцеловывает ее, успокаивая в объятиях.

- Это реально, Сал. Все хорошо, здесь только мы.

Он почти готов все прекратить, потому что возможно сейчас не лучшее время, но его просят не останавливаться едва различимым шепотом. И, о боже… он чувствует руку Сала, крадущуюся по бедру. Когда она накрывает его стоящий колом член, медленно лаская через ткань, Ларри и сам не уверен, что все это не затяжной глюк. Тягучее движение пальцев заставляет его подобраться и с силой двинуться им навстречу. Это лишает его способности связанно думать, в голове почти не остается мыслей, только одна, что решение поцеловать Сала на свадьбе было одним из самых правильных в жизни.

- Все верно, чел, - Ларри немного нервно усмехается на признание Сала, - ты же доверяешь мне?

Он на секунду отстраняется, чтобы нашарить в ящике презервативы и лосьон, пахнущий ромашкой. Стоит ли говорить, что у него самого нет опыта в делах с парнями, но будь он проклят, если сейчас остановится. Некоторые вещи неизбежно должны произойти.
Футболка Сала задрана до шеи обнажая ключицы, Ларри мало что видит, и думает, что как-нибудь потом нужно будет раздеть его при свете дня и хорошенько все рассмотреть. Разумеется, исключительно в художественных целях. Внезапная мысль, как он мог бы рисовать кистями по обнаженному телу, используя его вместо холста, предельно осязаема и врезает по мозгам не хуже крепкого алкоголя. Сал определенно его вдохновляет.
А сейчас он двигается на ощупь, скользит вниз, ощущая губами трепет горла, обрисовывает ключицы, чувствуя языком их резкую форму. Он составляет собственную карту, где нужно дотронуться, чтобы Сал тихо, гортанно застонал. Этот звук вызывает мурашки, мягко щекотавшие позвоночник. Выцеловывает грудь, задевая бусины сосков, пересчитывает губами ребра, ходящие ходуном под натянутой кожей. Поразительно, каким податливым кажется чужое тело, если касаться его везде-везде.
Ларри любил заниматься сексом. Он нравился девчонкам и не был эгоистом в таких делах. Человеческое тело было красивым, ему хотелось исследовать его ладонями и ртом, трогать то, что до этого он обозначал лишь в карандашных набросках, но прежде всего это была этакая жажда знаний. С Салли все по-другому, и даже не потому, что он определенно точно парень. Ларри впервые настолько хочется сделать кому-то хорошо, ведь Сал заслуживает любви, как никто другой.
Он целует впалый живот и толкает вниз белье, стягивая его к самым щиколоткам. Чужой член на ощупь кажется гладким и горячим, хотя и не слишком сильно отличается от собственного. Сал возбужден, и Ларри переполняет мимолетная гордость. До этого он думал, что его рот идеально создан для болтовни, но возможно сгодится ещё на что-то. Его голова опускается, он трется щекой о прохладное бедро, настолько бледное, что кажется будто оно светится в полумраке. Кожа на внутренней стороне тонкая и нежная, он впивается в нее, оставляя засос, распускающийся, как самая красная из роз. Возможно, теперь у Сала будет меньше вопросов, было или не было.
Он накрывает член губами, обводя языком головку, и медленно забирает его в рот. Девчонки так делали, и это было неплохо, главное, не торопиться. Он успокаивающе гладит Сала по бёдрами, по животу, приноравливаясь и осторожно двигая головой на пробу. Полет нормальный, его только немного удивляет собственное спокойствие по поводу того, что сейчас находится у него во рту.
А дальше ему пиздецки страшно, его пальцы утопают в лосьоне, и немного дрожат, когда он медленно втискивает их в Сала, внутри тесно и горячо, а глубже, наверное, еще горячее. Его член болезненно возбужден, а рот наполняется слюной, когда он представляет, что будет дальше. Он продолжает в неторопливом ритме старательно ласкать его губами, языком и пальцами, снаружи и изнутри, обрабатывает, как королеву бала, самую красивую девчонку в школе, за которую ломают копья мальчишки во всех параллелях.
Ларри останавливается только когда понимает, что у него ноет челюсть, а терпеть возбуждение дальше невыносимо. Он приподнимается, стягивая с себя лишнюю одежду, тянется к презервативам и, дрожащими пальцами срывая обертку, раскатывает резинку по члену. Его стояк весьма недвусмысленно прижимается к заднице Сала, и Ларри замирает, закусывая губу.

- Ты как? В порядке?

Отредактировано Larry Johnson (2020-12-20 18:24:47)

+1

18

[html]<p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> «Это еще зачем?» - мелькает в голове Сала вопрос, когда Ларри достает резинку и лосьон, и тут же исчезает.  <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>Ему кажется, что Ларри знает его тело лучше, чем он сам, и Сал, никогда не знавший таких ласк, полностью доверяется ему, вздрагивая в его руках и не сдерживая стонов. Ларри рисует поцелуями на его теле, как на холсте, оставляя на коже влажные мазки, и спускается всё ниже и ниже к бедрам. Сал нервно стискивает зубы: «он что, собирается..?» <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> А-а-а, ч-чёрт... <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>Вдоль позвоночника будто пробегает электрический разряд. Сал выгибает спину, запрокинув голову и конвульсивно комкая пальцами простыню. Легкие, дразнящие прикосновения перерастают во что-то нестерпимое. Губы Ларри, обхватывающие его член, влажный жар его рта, его пальцы, скользнувшие внутрь - и это приятно... разве это может быть так приятно?.. В горле у Сала пересыхает, и он снова и снова облизывает шершавые губы, прерывисто дыша - резкий выдох, судорожный вдох. Он гладит темные, непослушные волосы Ларри, запускает в них руки, наматывает пряди на пальцы, а сам изнывает от этих тягучих, мучительных ласк, чувствуя, что еще немного - и он взорвется сверхновой. Чуть не стонет от досады, когда Ларри прерывается, чтобы надеть резинку. А потом его член упирается туда, где только что были его пальцы. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>... <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>А. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>Вот зачем. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>- Постой... - сдавленно бормочет Сал. <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>Он приподнимается на локтях, глядя на Ларри - он никогда раньше не видел его таким. Полностью обнаженным, с вытянутыми в напряжении мышцами, со спутанными волосами. С большими, почти совершенно черными от волнения и возбуждения глазами и губами, влажно припухшими от поцелуев. В полутьме его черты кажутся особенно пронзительными - резкие линии, глубокие тени, и его лицо... Сал думает, что Ларри сейчас охренительно красив. Он улыбается заворожено, и только распахнутые глаза выдают внутреннюю панику. Он будто проваливается в бездну, и в голове стучит снова и снова: «нет, нет, нет, это слишком», но он уже не может затормозить в свободном падении и даже не пытается. Он тянется к Ларри, обхватывает его голову ладонями и целует порывисто и страстно, нетерпеливо кусает его губы и снова целует.
Нет, он не в порядке, он настолько не в порядке, насколько это вообще возможно - но он и не хочет быть в порядке. Он хочет забыть обо всем на свете и раствориться в этой близости. Он хочет принадлежать Ларри без остатка; хочет, чтобы Ларри делал с ним, что ему вздумается - прямо сейчас Сал согласен на всё. Он шепчет, чередуя слова с поцелуями: <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>- Всё хорошо... Хорошо... Просто... - Сал возбужденно смеется, - Я так долго не продержусь... <br>
<span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>Он льнет к Ларри, обнимает его, сев ему на колени и тесно обхватив своими коленями его бедра, и сам двигается навстречу, рукой направляя его член. Жмурится до искр под веками от тянущей боли, но не останавливается. А потом его тело вдруг сдается, перестав сопротивляться, и впускает его внутрь, все глубже и глубже, пока он не входит целиком. По раскаленному добела телу Салли бегут мурашки, на висках блестят капли пота - он на мгновение замирает, прижавшись к Ларри и почти не дыша. Свыкаясь с этим ощущением внутри. С чувством, что между ними стерлись все границы. С этим липким жаром в паху - там, где его собственный болезненно пульсирующий член трется о живот Ларри. Каждое движение отзывается в теле сладкой дрожью, заставляя сгорать от желания. Все мысли разом покидают его голову. Может, это действительно слишком, может, не стоит торопиться, может, вообще не стоит этого делать, но... какого хера... да... </p>
[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2020-12-26 12:30:11)

+1

19

Ларри сначала просто смотрит, как Сал садится рядом с ним. В его чернильном, словно мазок туши, взгляде столько неприкрытого любования, что сердце начинает мучительно пропускать удары. Это сладко-горькое чувство сгущает воздух, которым они дышат, и Ларри изумляется, что может разом вместить столько любви, потому что его сердце - это локомотив без тормозов, несущийся под откос, и он не может это контролировать, не может...
Сал целуется жадно, нетерпеливо царапая резцами нежную изнанку губ, он льнет и нуждается в нем, а потом решительно забирается к нему на колени, также решительно, как делает все на свете, и впускает его член до конца, насаживаясь, словно к мотылек на булавку.
Ему больно, и это видно. Ларри чувствует, как дрожат его мышцы, и надсадно дышит через нос, замирая, чтобы дать возможность приноровиться. Он знает, что Сал способен справиться с любой болью, но не хочет, чтобы тот ассоциировал его с ней. Потому что первый раз должен быть идеальным. Потому что Ларри никогда не причинит ему боль.
Сал кажется раскаленным внутри, сплошной тугой обволакивающий жар, заставляющий его сходить с ума. Они крепко прижаты друг к другу и ищут все новые способы сделать так, чтобы между их телами совсем не осталось пространства. Как будто хотят, чтобы их кожа сплавилась, а кости срослись, как будто по отдельности они - ничто, и только вместе способны исцелиться.
Лицо Салли совсем близко, и Ларри наклоняется вперёд, мягко касаясь губами дрожащий век, переносицы в бугорках рубцов, скользит поцелуями по шрамам, пересекающих лицо, словно его агрессивно зачеркнули ручкой. Ларри ласкает языком подставленные губы, а потом опускает руку, находя худое бледное запястье. Он нежно целует сетку голубых прожилок, а потом ведет языком до мягкой ложбинки локтя по венам в перекрестье свежих порезов.

- Не делай так больше, слышишь? - он поднимает голову, чувствуя, как в горле оседает ржавчина, и шепчет, - я не смогу смотреть, как ты страдаешь. Не смогу.

Его руки жадно скользят по коже, трогают, ощупывают, гладят везде, где могут дотянуться, как будто хотят добраться до самого нутра, ладонь находит зажатый между телами член и начинает медленно ласкать, отвлекая от проникающей боли. В перерывах между поцелуями Ларри выдыхает на ухо что-то откровенное и слегка похабное: какой Сал потрясный, какой особенный, как пиздецки сексуален, что у него бархатный язык, а рот создан для поцелуев, что на вкус Сал как мятная зубная паста и соленое море. Как он невероятно счастлив быть с ним, быть в нем. Ларри крепко держит Сала в руках, как якорь, приковавший его к реальности. Если хочешь, я стану им для тебя. Смотри на меня. Просто, смотри на меня.
Сал двигается медленно, отчаянно прислушиваясь к своим ощущениям, заставляет подобраться в нетерпении, а потом расслабляется, и Ларри со стоном подается бедрами навстречу в самом плавном и естественном в жизни движении. Он зажмуривается до красных пятен перед глазами и стискивает пальцами узкие бедра, прижимая их вниз. Это ощущение и сладкое и болезненное, как наркотик, ему невыносимо хорошо, а возбуждение похоже на лихорадку, и полосует когтями его внутренности. Он находит четкий ритм, часто и неглубоко двигая поясницей, и все становится, как должно. А потом не выдерживает и все-таки заваливает Сала на спину, так и не выходя из него, чтобы подхватив под коленку, начать двигаться сильнее и резче. Мозги постепенно плавятся, оставляя только голый инстинкт, и в итоге не остаётся ничего кроме сорванного дыхания и обжигающего шепота, "давайдавайдавайбожепрошутебяеще".

+1

20

[html]<p><span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал не знает, как надо и как правильно — он может только полагаться на свои инстинкты и ощущения; покорно и податливо следовать за движениями Ларри, искать подсказки в его дыхании и в рваном ритме его пульса. Он очень хочет, чтобы Ларри было хорошо с ним несмотря на его неумелость. Сала безумно заводит его шепот, его жадные прикосновения. Всё тело, покрытое ожогами поцелуев, приятно саднит от наслаждения — и лучше бы на его коже вместо шрамов остались эти отметины, тёмные татуировки засосов. Ларри шепчет ему на ухо горячие, быстрые слова, пропитанные нежностью и пошлостью, которые проникают внутрь, опутывают органы и к безумному возбуждению примешивают что-то еще, колющее в груди. Сал никогда не думал, что кто-то сможет его любить и тем более хотеть, станет прикасаться к нему так, как прикасается Ларри, говорить то, что говорит он. <br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Разбалансированные без медикаментозного поводка и вышедшие из-под контроля эмоции захлестывают Салли так, что трудно дышать. Их слишком много, и он тонет в них, нарастающих фонящей петлей гитарного фидбэка. Он не может выговорить ни слова и надеется только, что Ларри поймет всё сам — по стонам, по дрожи, по охрипшему дыханию. И он понимает — как всегда понимал его лучше, чем кто-либо. Он осторожен и терпелив поначалу, дает Салли время освоиться с новыми ощущениями, распробовать их и захотеть еще, захотеть больше — <span style="font-style: italic">да, ч-черт, да, сильнее</span> — и только тогда вжимает его в простыни, дав себе волю. И, господи, <span style="font-style: italic">это так хорошо</span>. Мир вокруг будто перестает существовать, остаются только они вдвоем. Сал целует Ларри везде, где может дотянуться, жадно впивается губами в его плечи, в шею, где бьется взбесившийся пульс, в то время как ладони лихорадочно блуждают по телу, скользят по груди, по ключицам, вдоль позвоночника, ощущая, как под кожей двигаются разгоряченные мышцы... Сходит с ума от его жаркого дыхания и этих быстрых, глубоких, почти яростных движений.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> ...Ларри снял с него вместе с одеждой что-то еще — перед ним Сал не просто обнаженный, а будто заживо распоротый по швам и со вскрытой грудной клеткой: <span style="font-style: italic">видишь, я твой, весь, целиком,&nbsp; ты можешь протянуть ладонь и сжать в ней мое сердце, намотать на пальцы мои жилы, стиснуть рукой трахею и решить — дышать мне или не дышать, — нащупать заложенное где-то глубоко внутри взрывное устройство и разом замкнуть провода</span><br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Сал всхлипывает:<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span>— Я больше не могу, я сейчас...<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Ааа!</span><br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> Он тонко вскрикивает, откинув голову, в то время как его накрывает тяжелой, нестерпимо сладкой волной, и он выгибается, отдаваясь этой судороге. На кожу падают горячие капли, ложатся серебристыми нитями. Сал вздрагивает в объятиях Ларри, тяжело дыша и царапая ногтями его спину, пока это безумие не отступает, отпуская его, полностью опустошенного и обессиленного.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> — Ларри... — шепчет он, кусая и без того докрасна искусанные губы.<br> <span style="display:inline-block;margin:0em 2.1em;"></span> <span style="font-style: italic">Мой Ларри.</span></p>[/html]

Отредактировано Sal Fisher (2021-01-04 17:11:01)

+1

21

Горячо.
Ларри двигается, быстро и четко, с ритмичностью метронома, чувствуя только одно: остановиться значит умереть. Сал, распятый под ним, вжатый в матрас и жарко дышащий, смотрится изумительно и развратно, так, каким Ларри никогда не думал его увидеть. Чужие вибрирующие стоны, прорывающиеся сквозь блокаду зубов, резонируют где-то в позвоночнике, наполняют его, словно божественное откровение.
Сал целует его, подаётся навстречу и смотрит на него, широко распахнув глаза, обнаженный до каждого нейрона, и от этого сердце заходится спятившей драм-машиной. Ларри задыхается от клеймящих его поцелуев, от змеиного движения ладоней по спине, по плечам, по груди, нетерпеливого и требовательного, от которого в жилах бушует пожар.
Обычно он чувствует себя как старая посеревшая жвачка, прилипшая к ботинку, на которой остался всякий мусор. Сал исправляет его, делает его нормальным, внутри все сжимается, наполняется кровью. Так горячо, как будто, его кровь - не кровь вовсе, а бензин, едкое гудящее топливо. Он поехавший, совсем поехавший, но разве можно любить кого-то сильнее?
Ларри уже не понимает, сколько это продолжается. Только закрывает глаза, стиснув челюсти, так что зубная эмаль едва не крошится, запрокидывает голову и выгибается в спине, весь искореженный, сломанный, преображенный оргазмом. Сал стонет под ним, а он продолжает двигаться, постепенно замедляясь, глубокими упругими толчками, чувствуя мягкость податливого тела.
В какой-то момент Ларри просто останавливается, а потом скатывается на бок, вытаскивая член и избавляясь от резинки. Он наощупь находит свою футболку и вытирает их тела, блестящие от белесых потеков спермы, пота и вязкой слюны, щедро размазанным по коже, а потом криво усмехается, запоминая все до мельчайших подробностей, и вальяжно растекается рядом с Салом притягивая к себе крепким объятием.
Их плечи, ребра, тазовые кости и бедра идеально сопрягаются между собой, словно детали одного механизма, кожа липнет к коже, дыхание смешивается, а его опавший член, касается бледного бедра. Страсть отступает, словно отлив от морского берега, гонимой луной, и ей на смену приходит нежность. Он лениво целует Сала, обводя языком его удивительно податливые губы. Он хочет, чтобы так было всегда, чтобы он в любой мог найти этот чудесный рот, разгладить его напряженные уголки поцелуями и навсегда избавить от тревог, любить его странное и идеальное сердце, которое хочет всех защитить.
- Сал… - шепчет Ларри, - все по-настоящему, пожалуйста, будь со мной.
Если Нокфелл, эта богом проклятая дыра - единственное место, где они могут быть быть вместе, то так тому и быть.

+1


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » trigger warning