POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » альтернативное » Dog Days Are Over


Dog Days Are Over

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

DOG DAYS ARE OVER
https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2020/12/14718ea4acc4eff9320105be68771c77.png

Loki х Stephen Strange х Clea Lake

Run fast for your mother run fast for your father
Run for your children and your sisters and brothers
Leave all your love and your loving behind you
Can't carry it with you if you want to survive

[nick]Luke Servaes[/nick][icon]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2020/12/5373ae7806e4b74bebd7b558a95c579e.png[/icon][status]kid loki[/status][fandom]marvel[/fandom][char]ЛЮК СЕВАЙЗ[/char][lz]the crime that will not be forgiven [/lz]

Отредактировано Loki Laufeyson (2020-12-22 04:29:47)

+1

2

Сегодня ему снова снится сон. За все, без малого, четырнадцать лет он может вспомнить лишь три-четыре сюжета, повторяющихся раз от раза. Осознанные яркие грезы не посещают его чаще, чем раз в год-два. Прочее занимает черная непроницаемая пелена.
Не сказать, что этот факт как-то тревожит, врачи не находили никаких отклонений в мозговой деятельности, но мать исправно водит сына по различным клиникам. Ее волнение можно понять, она потеряла первенца, восполнив утрату сразу тремя приемными детьми. Люк оказался найденным после щелчка, за ним не явились родные. Даже после возвращения распавшихся, никто не постарался разыскать свое чадо. 

Люк равнодушен к факту своего происхождения, его вполне устраивает жизнь с любящей матерью и двумя сестрами. Сара уже учится в колледже, приезжает на выходные и праздники, а Эмма только в прошлом году пошла в начальную школу. И со стороны их семья выглядит вполне обычной, заурядной, если бы не эти странные сны.
Он пытался поговорить с мамой и старшей о том, что он видит – это воспоминание, точно оно, он помнит, что так было и в реальности, просто он был слишком мал, сознание вытеснило события и запечатало глубоко внутри. Но родные все отрицают, заверяя, что он никогда не тонул и не сбегал из дома.

Ранее утро. У озера, близ леса, резвится гурьба детей. Они расстелили покрывала, поскидывали обувь и верхнюю одежду, решив искупаться после долгой прогулки. Старшие присматривают за тем, чтобы никто не заплывал на глубину и не нырял с головой.
Люк помнит, как увидел нечто на другом берегу. Решив доплыть и посмотреть, оттолкнулся от дна и, скорее всего, чуть не утонул, поскользнувшись на иле. Потому что сон рисует совершенно волшебную и нереальную картину.
На другом берегу его ждет лошадь, белая и очень красивая. Он видел таких только на картинках, обычно с витым острым рогом меж глаз. Кобылица легко дает взобраться на свою спину, и ребенок, прежде никогда не ездивший верхом, отправляется в путешествие сквозь лес.

Сперва все вокруг приветливо и свежо, но чем дальше они движутся, тем больнее ветки хлещут по лицу, а в нос лезет тухлый серный запах.
Лошадь останавливается близ ручья, а Люку страсть как хочется пить. Склонившись над медленно текущей водой, он видит жуткое существо, лишь отдаленно напоминающее человеческое отражение. Черные когтистые пальцы хватают за горло. Мальчик, в исступлении, колотит ладонями по воде, не может сделать вдох и тонет в беззвучном приступе паники.

Немного приподнявшись на постели, Люк чувствует, как немеет правая рука. Придерживая ее за запястье, он медленно растирает ее, предчувствуя спазмы восстанавливающегося кровообращения. А потом долго смотрит в потолок, силясь уловить нечто, ускользающее от него в щель меж сном и явью.

***

Утро встречает туманом, влажной холодной моросью и скорыми сборами на школьную экскурсию. Матушка подвозит его сразу к музею Естествознания, так как они привычно опаздывают к сборам. Над Люком смеются украдкой дети с параллели, но ему плевать. Он умнее их всех, о чем прекрасно знает. А вот одноклассники задирать не рискуют, памятуя случай из начальной школы, когда он проткнул руку особо надоедливого мальчика карандашом, не моргнув глазом, и не раскаявшись впоследствии.
Встав поближе к экскурсоводу, Люк с интересом слушает общий рассказ про динозавров, которыми страшно увлекался лет до шести-семи. До сих пор хранит несколько особо любимых игрушек на полке, и с затаенным трепетным восторгом окидывает взглядом воссозданного в натуральную величину Стегозавра. Хотя интерес прочих подростков, в том числе и из других экскурсионных групп, привлекает реконструкция спаривания тираннозавров. Каждая новая шутка, звучащая от сверстников, хуже предыдущей.

Закатив глаза, Люк вздыхает, вкладывая максимум презрения к подобным выходкам, чем крайне уязвляет парня из параллельного класса.

- Что, Севайз, твои мама и папа не занимаются подобным? Ах да, ты же приемный…

Крайне довольный своей шуткой, задира ожидает реакции, но встречает лишь смех, что еще сильнее распаляет агрессивное настроение. Теперь он почти не отходит от Люка, постоянно пытаясь поддеть, оскорбить или просто досадить. Сперва это выглядит забавным, но к середине экскурсии, уже хочется как следует припечатать надоедливого глупца к стене. Просьбы пойти куда подальше естественно не имеют результата, только пуще подстегивают и вселяют уверенность, что скоро терпение лопнет.

И чаша действительно переполняется, когда наглец просто пихает под бок, и Люк едва не летит с лестницы. Падает на мраморные ступеньки, вызывая всплеск смеха и неодобрительное бурчание экскурсовода.
Вскипающий внутри, Люк на миг теряет самообладание. Потирая ушибленную коленку, он со злобой, осмотрит на обидчика и украдкой показывает средний палец. А дальше все происходит почти мгновенно.
Парень, с рыком накидывается сверху, желая избить столь ненавистного отличника, пока последний выкрикивает рефлекторно странное слово, значения которого не знает, но чувствует силу в каждом созвучии. Эхо летит от стен коридора, даже ковры не глушат волну, сотворенную простым вскриком.
Только несколько ударов успевают долететь до головы и плеч Люка, пока учитель и экскурсовод оттаскивают, как с цепи сорвавшегося обидчика.

А потом, меж ошарашенных школьников, пробегает ожившая скульптура Эораптора.

[nick]Luke Servaes[/nick][icon]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2020/12/5373ae7806e4b74bebd7b558a95c579e.png[/icon][status]kid loki[/status][fandom]marvel[/fandom][char]ЛЮК СЕВАЙЗ[/char][lz]the crime that will not be forgiven [/lz]

+2

3

Утро. Раннее утро. Сколько времени за последнее время Стрэндж уделил своим очередным изысканиям и наблюдениям за происходящим вокруг? В основном, конечно, происходящим именно с магией. Помогать с мелкими бандитами и преступниками уже давно наскучило и с каждым разом становилось всё яснее – это бесполезно. На смену одному придёт другой, на смену другому – третий. Особенно если это какие-то мелкие и крайне незначительные единицы, коих много и которых можно хоть сейчас с улицы набрать и послать по нужным тебе делам. Раньше мелкие стычки были скорее для веселья и проверки новых магических знаний, но в общем и целом – оставалось на более «приземлённых» героев. У Стефана было слишком много дел, идей и планов, а также правил, забот и обязанностей. И как правило, в них входило исключительно изучение подозрительны магических (или около магических) активностей и последующая их оценка важности, рисков, возможных событий и так далее. Куда больше приходилось по этой части именно анализировать и предполагать, нежели что-то использовать на практике. Кроме того, ещё так много надо узнать и изучить! А сколько записать и прочесть… И это только по самым основным моментам проявления и наблюдения магии, а ведь необходимо и углубляться. Например, в случае с Тёмным измерением, о котором чародей до сих пор знал довольно мало и не мог что-то уверенно утверждать, стараясь, к тому же, получать информацию аккуратно и последовательно для избегания возможных проблем и капризов магических сил. Как правило, не сильно предсказуемых. И так продолжалось изо дня в день, из недели в неделю, из месяца в месяц… Ну и так далее. Слишком много знаний и информации, слишком мало времени даже если читать во время сна. А вместе с этим также и сильная нагрузка, иной раз даже физическая. Всегда можно было устроить выходной-два, но тогда часть времени будет упущена. Что, разумеется, допускать не хотелось. Да и не стоило оно того.

Однако, это не значит что Стефан делал всё необходимое в гордом одиночестве. Уже не первый день у него было два довольно ценных помощника – любимая (и единственная ученица) Клеа (которая скорее была даже наставником для мага) на которую всегда можно было положиться и которая могла многое рассказать о магии. Клеа в целом знала и умела куда больше чем Стрэндж, возможно даже в их прошлой жизни врачами, но до конца не отделавшись от гордости и самолюбия, качества девушки хоть и подмечались, но не так часто как стоило бы. Да и многого чародей сказать всё равно не мог, признавая (пускай и про себя) факт незнания тех или иных аспектов магии, которые близкая подруга знала, возможно, в совершенстве. Но постоянно спрашивать… Не хотелось. Да и так, скорее всего, светлокудрой было известно всё о Стефане и его взглядах с предпочтениями. Возможно даже больше чем самому магу!
Вторым помощником бы вечно бессменный Вонг. Со времён обучения Стефана и Клеа уж прошло прилично времени, но с тех пор Вонг так их толком и не покидал. По крайней мере, Стрэнджа так точно. Как и раньше, в обязанности входило смотреть за Санкторумом и заведовать «местной библиотекой» (большую часть времени), но иногда монах выбирался и за пределы здания, помогая чем-либо хранителю. Или просто ходя в магазин для выше названного. В общем, Вонг был местным «квартирмейстером» и всегда достойно выполнял свою работу. И главное – без лишних слов.

Вообще из этой тройки слова, разговоры и шуточки были по части Стрэнджа, а остальные просто подключались и поддерживали как настоящие друзья. За что чародей был благодарен. И лишь благодаря им (даже скорее благодаря именно Клеа, поскольку она была более чувствительна к магии), не так давно Стефан заинтересовался необычными, пусть и редкими, всплесками магической активности. Обычно, те происходили в тех или иных местах, но бывало что замечалась и вне привычного «графика» и «маршрута», даже если и были отклонения редкими. По началу, мгновенные «вспышки» были слабыми и довольно короткими, толком не ощущаясь. Из-за чего Стрэндж, прежде, не сильно обращал внимание на колебания, не видя в них какой-то угрозы. Но со временем, всплески усиливались и учащались, но были также короткими и трудно отслеживаемыми. Интерес они представляли не долго и вскоре чародей попытался перестать обращать на них внимание и вот тут как раз и сыграли свою роль монах с девушкой. Правда, Вонг почувствовал примерно также как и Стефан и пытался убеждать что «здесь что-то не так и стоит это проверить», чему не придавалось должного внимания и игнорировалось, но когда заинтересовалась бывшая ученица… Тогда стало интереснее и выглядело более важным, чем казалось. Клеа всегда улавливала куда лучшие «частоты» и могла заметить то, что Стефан едва ли почувствовал, но если сейчас даже для него «вспышки» более-менее ощущаются и постепенно нарастают, то можно было представить какого оно для девушки. И Стрэндж давно взял за правило – если хоть что-то и хоть как-то напрягает светлокудрую в том или ином проявлении магии, то лучше прислушаться и обратить на это внимание. Иногда, конечно, не пренебрегая своеобразными спорами в необходимости того или иного действия. Возможно и дальше бы Стефан скептически относился к проявлению столь редких «сигналов», но в последнее время они участились и стали куда более заметными. А когда и вовсе произошёл, практически, «взрыв» магии (из-за неожиданности которого Стрэндж чуть со стула не упал), то стало ясно – нужно что-то делать и как можно быстрее. Всплеск произошёл в музее Естествознания и почувствовав его, немного даже испугавшись, чародей тут же собрал вещи и отправился в указанное место, заранее приготовившись к худшему. Но куда более странным казалось даже не само столь неожиданное проявление магии, но то, что она чувствовалась какой-то… Знакомой. Отдалённо, но знакомой. Трудно сказать чем именно она могла быть и из-за чего, но если так, то проверить точно необходимо. Стефан предполагал всего несколько вариантов из-за которых магия казалась знакомой и даже немного привычной, но ни один из этих вариантов ни  коем случае не успокаивал. Скорее только больше тревожил… И раззадоривал, ведь появилась возможность узнать что-то новое или вспомнить старое! А быть может, ещё и проверить некоторые свои новые полученные знания! Если, разумеется, до этого дойдёт.

– Вонг, Клеа. Если вы это тоже почувствовали, то отправляюсь в музей Естествознания на экскурсию! Если нет, то можете дальше спать или чем вы там занимаетесь! – прокричал перед самым выходом, пожалуй, на весь Санкторум хранитель и спешно отправился по делам – Присоединяйтесь, если захотите. Вместе веселее.

На самом деле, Стефан даже не подозревал здесь его друзья или разошлись кто куда. Но надо было предупредить и он предупредил. Даже если только сотрясая воздух в пустом здании. Но необходимое сделано, так что какая разница?
Была мысль телепортироваться в музей и пафосно, со спецэффектами, выйти из портала на радость посетителям (Которые, несомненно, будут) но та магия казалась слишком подозрительной и чародей решил лишний раз не рисковать. Кроме того, пройтись никогда не вредно! Особенно если сам музей практически рядом. Как раз будет время прикинуть свои возможные шаги уже на месте. А то мало ли с чем или с кем придётся встретиться.

Отредактировано Stephen Strange (2021-01-29 21:44:09)

+2

4

[indent] Каждое заклинание отдаёт пурпурой – тысячи прочерченных в воздухе линий сияют этим благородным оттенком королевских кровей, как бы некогда Старейшина не пыталась от подобного избавиться. Ничего не поделаешь, в наших жилах заключена различная магия, одна на одну не похожая (даже маги Камар-Таджа подтвердят, при одинаковости жестов, оттенки силы извечно различны), бежит по венам и поддаётся лишь постоянному оттачиванию, не кардинальному изменению. Магия не из добросердечных подруг: изменчивая, хитрая, сильная, она не уснёт внутри покорным котёнком, скорее затихнет на время, разыскивая пути выхода, подминая под собственные ухищрения всё, что отыщет в собственном хозяине, наивно верящем в контроль ситуации. Лейк постигла эту горькую истину практическим путём, утратила контроль от собственной наивности и самонадеянности, поставила под угрозу жизни персонала и пациента, проводя воистину самую бесконтрольную операцию из существующих в мироздании. Отпечатком той ошибки по-прежнему служат локоны оттенка луны, как бы подобное не пытались списать все и вся на прихоть оригинальной волшебницы или пробудившуюся часть физиологии. Не было в её физиологии ничего необычного, из ведомого уж точно, а значит и распространиться просто так не могло. Девушка приняла свой новый облик как урок за прошлые ошибки, к которым никогда более не собиралась возвращаться.
[indent] За дверью извечно что-то происходит, этот дом не бывает беспричинно тих. Стефан кидается на новые для себя магические изыскания с оптимизмом ребёнка в кондитерском отделе, овладевает постепенно, с лихвой оправдывая негласное звание «Великого Мага Земли» (которое явно придаёт ещё веса короне на этой голове). Клеа не обижается и не спорит, наоборот, подкидывает порой идеи, которые изучает столь скрупулёзно, тестируя, обновляя, подстраивая под себя. Синеглазую волновали магические практики, изучение колебаний и вспышек, периодически возникающих на третьей планете от Солнца. Кто знает, какая из них способна нести очередную губительную опасность, второе появление Дормамму (плохая мысль, мы ведь не можем сомневаться в таланте прекрасного практика договоров), да мало ли бед ещё ожидают за пределами досягаемости. Умение их ощущать и подавлять собственные, конечно, невероятно полезно, но Лейк пыталась мыслить шире. Магия полна частиц, нитей, тянется за обладателем магически видимым следом и волшебнице оставалось лишь этот след считать. В центре пурпурной печати едва вращается стрелка, ожидая привязки частички чужой магии, благо Клеа сосуществовала аж с двумя волшебниками, от которых могла её получить. Часть предоставленного Стрэнджем заклинания ожидала терпеливо, покуда девушка задумчиво кружила вокруг созданного творения, пытаясь найти изъяны.
[indent] — Громоздко, — секунды задумчивости спустя отвечает самой себе волшебница, решительно просовывая в заклинание руку, позволяя тому опутать её подобно браслету тысячи переплетений линий и иероглифов. Волна магии вынуждает прервать научные изыскания, закатывая глаза в немом вопросе «почему всегда мы» и щёлкнуть пальцами, дабы комната раскрыла карту. Магические искры вырывались совсем недалеко, здесь, в музее Естествознаний, но нетерпение было сильнее. Вложив заклинание в нужную часть печати, Лейк заворожённо наблюдала как стрелка вращается со скоростью флюгера в ураган, наливаясь карминно-красным. Стрэндж отнимает это мгновение, на весь дом сообщая куда отправится и что станет там делать, отвлекая, заставляя прислушиваться к звуку шагов, стуку двери. Ушёл. Стрелка замирает, указывая направо в сторону окна, становится крошечной бусиной, из которой неспешно, формируясь частичка за частичкой, тянется красная нить. Слегка отклонив оконную штору, Клеа смотрит на город в его бесконечной суете, смотрит на Стрэнджа, запястье которого нить опоясывает, замыкаясь, вздыхает, опять же, чуть грустно и убирает заклинание лёгким жестом. Эксперимент завершён. Практическое применение...как даст случай.
[indent] Портал открывается в проулке посредине пути от дома до музея и Клеа выходит стремительно, мгновенно сливаясь с толпой. Она кажется обычной в своём незатейливом образе, подобная тысячи таких же мужчин и женщин, спешащих в собственные жизни. Даже волосы кажутся лишь приятной изюминкой, не чудаковатой странностью. Она берёт Стрэнджа под локоть отточенным движением, привычным, нормальным, пускай и заставляет того слегка вздрогнуть от неожиданности, улыбается азартно, искренне, шутки ради чуть меняя докторский образ.
[indent] — Мы всё-таки идём в музей, нельзя туда в твоей странной спортивной куртке, — на Стефане тёмно-красная джинсовка – новое прикрытие извечного плаща. Воздействие магии на людях им не страшно: обложены мороком похлеще эльфов ирландских легенд. Таких лица люди подчас забывают, внимания не обращают, воспринимая картинку нормальности, к которой привыкли; таких на фото в газетах запечатлеть чётко ни разу не выйдет, всё как будто нечёткое, странное. Нет у волшебников иной участи, но оно им привычно. Оттого и идут против потока толпы, спешно покинуть пытающегося музейные стены. Не мудрено – находящийся внутри оживший экспонат при жизни пуделем не являлся. 
[indent] — О, эораптор. Они существовали в карнийском веке где-то на северо-западе Аргентины... — с почти что детским восторгом произносит девушка и ловит на себе заинтересованный взгляд. — Что? Не всё же время книжки читать.
[indent] Толпа повсюду вызывает затруднения, как ей и положено: сплошные пихания, толкания, крики и тычки, не обходящие стороной магическую двоицу. Пара изящных взмахов рук вызывает пару порталов, куда люди шагают неосознанно, объятые паникой, дабы оказаться снаружи, удивляясь такому стечению судьбы.
[indent] — Расчистим немного площадь от гражданских и тогда уже можно разобраться, кто начал здесь эти игры.

[icon]https://funkyimg.com/i/3aq3r.gif[/icon]

Отредактировано Clea Lake (2021-02-18 22:39:33)

+2


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » альтернативное » Dog Days Are Over