POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » Ain't No Rest for the Wicked


Ain't No Rest for the Wicked

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

https://64.media.tumblr.com/4624e3d01ce1249a33f2a08f1bb310bc/6d6e593bb3c4a807-31/s500x750/f0d5b22ab5dcf775a8d7317133ad9f7114f23e4c.gifv
JOHNNY SILVERHAND & V

+3

2

Оказывается, можно смертельно скучать по похмелью, что медленно и верно вгрызается острыми зубами-кольями в мозги с приходом утра; по навозной куче во рту с самого утра и прочим приколам организма, которые ясно дают понять, что накануне было весело.
События и вещи, которые давным-давно вызывали только раздражение, теперь казались чем-то магическим и горячо желанным: он бы многое отдал ради того, чтобы в темноте комнаты лежать на диване и страдальчески постанывать от одной мысли о том, что рано или поздно придётся бренную тушу вернуть в вертикальное положение и донести до ванной комнаты.
Когда-то в такие моменты хотелось умереть. Теперь — неистово хочется жить, чтобы чувствовать абсолютно всё. Даже если грустно. Даже если больно так, что хочется на стенку лезть, орать и рыдать от того, как сильно крутит и ломит в теле абсолютно каждую клетку.
Живые, говорят, частенько завидуют мёртвым, но не подозревают, что в большинстве случаев всё обстоит ровно наоборот.
Хоть один бы глотков воздуха, чтобы вновь забить лёгкие привычной тяжестью сигарет. Хоть одну каплю дождя на коже почувствовать, чтобы потом вновь закрыться в четырёх стенах с бутылкой виски.
У живого есть выбор до тех пор, пока не сыграет в ящик. У Джонни выбора теперь нет.
Он перебирает струны несуществующей гитары в комнате, о которой практически никому неизвестно. Крохотный островок спокойствия посреди вечно бушующего океана Найт-Сити. Иллюзия, которая не продлится долго, поэтому он готов выжать из этого мгновения максимум. Не знает, чего именно, но время упускать не намерен.
Чужой разум хуже клетки. Он обрывал любой контакт, если чувствовал чужой контроль. Он хватался за свою независимость и нёс её подобно Прометею. И что теперь?
Сегодня любое его действие зависит от другого. Он вздохнуть по-настоящему не может, пока ему не разрешат. И это раздражает. А ещё…освобождает от необходимости принимать решения.
И вот он сидит в тёмной комнате, не покидая при этом пределов чужого сознания, ждёт, когда Ви откроет глаза.
В комнате царит мягкий полумрак, только неоновые огоньки разбавляют сгустившуюся темноту. Можно с лёгкостью сделать вид, что мира за пределами этих стен не существует в принципе. Можно продолжать перебирать струны, высекая мелодию, превращая мысли во что-то более обстоятельное.
Можно заполнить собой всё, но только пока Ви спит и не торопится покидать царство сновидений.
Мелодия выходит плавная, спокойная, течёт мирной лесной рекой в неизвестность, ведь никто никогда не узнает, где у неё исток и куда она впадает. Никому и неинтересно.
Он вытягивает ноги на стол и отпускает: себя, мысли и эмоции. Думает обо всём сразу и ни о чём конкретном, вслушивается в чужое прерывистое дыхание и точно улавливает момент, когда Морфей всё же отпускает из своих загребущих лап пацана.
Ты бы себя видел: такое ощущение, что по тебе грузовиком проехались. —думает, но ничего не говорит, не нарушает едва ли наступившую идиллию своими комментариями. Ощущает что-то незримое в пространстве вокруг, склонное приносить нечто похожее на умиротворение. Делает только паузу короткую и бросает взгляд сквозь тёмные стёкла очков, когда мальчишка с мученическим стоном поднимает себя от дивана, пытается прийти в себя и осознать, где находится и почему.
Ночка была бурной. Утро ещё только впереди.

+3

3

[indent]  ну что сказать. просто взять и отказать он не может. пытается придумать причину, но на пятой минуте сдаётся. почему нет? Виктор сказал, что ещё пару таких серьёзных сбоев и он может прощаться с этим миром. так чего трястись каждый сраный раз?

[indent]  надо жить.
[indent]  надо наступать на грабли.
[indent]  не опускать руки, но и слишком не обнадёживать себе.
[indent]  именно простое: здесь и сейчас, становится новым девизом по жизни.

[indent]  и Ви точно не помнит как там правильно говорить, но кажется, он на грабли полюбил прыгать. что там в последний раз звучало? да никогда, пошёл ты Джонни, больше никакого тебе контроля. а по факту? стоит Сильверхенду тяжело повздыхать, повыносить мозги пару дней и наёмник сдаётся. глотает нужные пилюли и отпускает ситуацию полностью.

[indent]  в такие моменты нет ощущения удушающего страха, нет переживаний или ещё какой-то откровенной ерунды. он позволяет себе не просто плыть по течению, он позволяет этому течению утащить его на дно. там, где тихо, прохладно и спокойно. в такие моменты Ви начинает понимать все прелести того, чтобы быть просто пассажиром и раздавать «ценные» советы о которых никто не просил. только вот он никаких советов не даёт, не закатывает глаза и не видит, что происходит. его словно выключают и да, первый раз отдавать контроль было страшно.

[indent]  но на место страха пришло спокойствие и умиротворение. он чёрт побери даже подумать не мог о том, что так устал. а так, по ощущениям словно он очень крепко уснул, а потом пришёл в себя.

[indent]  хотя ладно, приходить в себя приходиться каждый сраный раз. злиться сегодня банально нет сил как и самого желания.
просыпается в приятном полумраке, под спокойное брынчание гитары. голова болит, во рту опять чёртова пустыня. фыркает немного недовольно когда садиться, упираясь локтями в колени, потирая пальцами глаза.

[indent]  [indent]  [indent] — в какую срань ты на этот раз влез? спрашивает без наезда, претензий. он не знает где они, но здесь подозрительно тихо, прохладно и по глаза не бьёт, а на столике стоит бутылка воды. сказать спасибо? ну уж нет. в рот словно насрали, в голове шумит прибой. скорее спасибо, что живой и со всеми конечностями.

[indent]  хватает бутылку, откручивая крышечку чуть подрагивающими пальцами и пьёт с жадность.

[indent]  [indent]  [indent] — напомни в следующий раз не вестись на твои провокации. очередное «больше никогда не» чтобы через пару дней нарушить данное обещание. выпивает половину, возвращаясь обратно в полу лежачее состояние, бросая внимательный взгляд на Сильверхенда. а потом замечает. замечает эту срань на руке, что очевидно должна зваться татуировкой.

[indent]  [indent]  [indent] — ты правда ебанутый. а я очевидно умом и сообразительностью не отличаюсь. ладно, хрен с тобой с отрывом как в последний день – переживу. но «это» что такое? – тычет пальцем в предплечье правой руки, где красуется сердечко с  откровенно глупым и издевательским «V + Johnny» внутри.

[indent] всё ещё не злиться. это слышно в голосе, видно по мимике и слышно в мыслях. это даже смешно, ладно. Ви готов признать, что это пиздец как глупо, но оттого и смешно.

[indent]  [indent]  [indent] — она хотя бы одна и только здесь? вопросительно выгибает бровь и тянется на диване. нет, уходить сейчас наёмник не будет. тело ломит как после хорошей тренировки, а голова на каждое движение отзывается острой болью.
 
[indent]  да и место откровенно интересное. он тут раньше не бывал. а мягкий и такой удобный диван совсем не отпускает и вряд ли в скором времени это сделает.

+3

4

Но «это» что такое? — пацан пальцем в татуировку тычет возмущённо, а он делает вид, что и не замечает вовсе. Смотреть на Ви нет никакой необходимости, чужие мысли легко считываются наперёд, поэтому одна только предсказуемость в их словесных баталиях.
Тату. — следует ответ в пределах своей-чужой головы, открывать рот и произносить что-либо вслух желания нет. Не хочется ему и нарушать редкое для города спокойствие, что царит в этой комнате. Обманчивое и уютное, оно заполняет всю комнату от пола до потолка, превращаясь в ватное одеяло. Пальцы лениво перебирают струны, мелодия сочится во все стороны, чтобы осесть по углам, до которых не добирается свет от лампочек с приглушённым неоном.
С лица не сходит лёгкая и довольная ухмылка. За очками не видно настоящего веселья, что овладевает им от и до пополам с непривычным умиротворением. Ви должен чувствовать то же самое, иначе бы не разлёгся так расслабленно на диване, лениво высказываясь о своём недовольстве.
Обычно всё происходит куда более остро. На повышенных тонах и обоюдной злостью, негодованием по поводу невозможности ситуацию повернуть в другое русло. Они оба закрыты в одной и той же клетке.
Тело пацана — корабль, с которого ни единой крысе не сбежать.
Мелодия продолжает литься, обтекать предметы в комнате, заполнять собой лёгкие. Так, будто бы он вообще в помещении один. Будто бы не существует никаких вопросов, никакого пытливого взгляда, направленного сквозь все возведённые стены.
Приходится нарушить молчание. Джонни хмыкает себе под нос, покачивает носком ботинка в такт то ли мыслям, то ли музыке.
Может быть одна. И, может быть, только здесь. — его веселит такое беспокойство безумно, потому как Ви по какой-то непонятной причине в один миг забывает основательно, что любую татуировку можно свести при желании. Напоминать об этом он, конечно же, не станет.
Ему нет необходимости наблюдать пристально, разве что только отслеживать краем глаза чужие движения. Чувствовать неразборчивым эхом боль головную и сладкую негу в мышцах. Ощущения отдаются давно забытыми воспоминаниями, что до этого покоились где-то глубоко-глубоко внутри, покрывались пылью из-за своей ненадобности.
Насколько бессердечной сукой является жизнь, если в какой-то миг начинаешь скучать по тому, как внутренности все выворачивает в тесной кабинке туалета, а голова разлетается будто бы на сотни осколков?
И сколько теперь ждать следующего удачного момента, когда вновь можно будет попроситься на волю?
Если бы мог, обязательно бы тяжело вздохнул.
Останется тебе на память, когда я уйду. — получается как-то до смешного легко и будто бы даже не болит в грудной клетке. Наверное, именно так и понимаешь, что принимаешь правильное решение. Никакой тяжести. Никаких сомнений. Просто так, как есть.
Какое-то глупое и наивное желание оставить после себя что-то в напоминание. Не важное и нисколько не значимое, идиотское и несуразное. Но именно поэтому полностью его, как ничто другое.
Так что никакой срани, только небольшой подарок от меня.
Снимает очки и оставляет лежать на журнальном столике, чуть щурится по привычке скорее, забывает в очередной раз, что не жив и вряд ли способен испытывать какой-либо дискомфорт от бьющих по глазам лампочек. Это не его жизнь. Не его головная боль. И точно не его похмелье.

+2

5

[indent] о, он прекрасно видит это довольное выражение лица. ну что, шалость удалась, да?
может даже слишком. а может, он зря всё это делает, пытается найти какие-то компромиссы, решение «их» проблемы самым хорошим путём. чтобы по итогу было всем хорошо, так же выйдет?

[indent] ну, ему никто не сказал прямого и чёткого – нет. так что будет наивно верить, что в жизни не всё просрано, ведь по фатку, он ничего с этого не теряет. немного начинает путаться в своих и чужих воспоминаниях, ощущениях. теряется иногда, зависает на пару секунд.

[indent]  [indent]  [indent] — твоё счастье, что ты не можешь получить по лицу, — тяжело вздыхает. нашёлся тут самый главный юморист Найт-Сити. в прошлый раз город разнесло по кусочкам от его «шуточки», но хочется верить, что тату реально одна.

[indent] так и сейчас. вот вроде бы состояние такое, что самое время показать средний палец Сильверхенду, послать куда подальше и сказать, что будет выебываться, начнёт глотать блокаторы и вытащит его как какого-то паразита, а тот даже не узнает. но сказать такое кажется чем-то диким, неправильным.

[indent] а после, чужие слова неприятным эхом отдаются в голове. на одну сраную секунду Ви кажется, что мир схлопывается, исчезает и ничего кроме холодной пустоты ему не светит. один. буквально.

[indent] специально отдаляется от Виктора, Мисти, а смотреть в глаза маме Уэллс вообще не может - удавкой на шее ощущая вину за то что не уберёг Джеки.

[indent] что когда начало вонять жареным они не сделали ноги. весь план держался на слове какого-то уебка, что отсутствовал в городе слишком долго, а потом вдруг начал так гладко стелить, мол, всё заебись. за ними малое дело.

  [indent]  [indent]  малое. да.
   [indent]  [indent] один погиб.
   [indent]  [indent] второй умирает.
   [indent]  [indent] третий стал невольным участником этого спектакля.

[indent] ну да, такой же у них уговор, верно? в конце концов, Джонни уйдёт, а он продолжит жить, выгрызая зубами себе путь на вершину. надо ли ему это? если честно – уже нет. но так есть цель, есть что-то, за что можно уцепиться мёртвой хваткой, сделать смыслом жизни.

[indent] и насрать, что радости это приносит как-то подозрительно мало. плевать, что он осучился и порой действует грубо, рубит, бьёт. ловит себя на херовой мысли о том, что проще дебилу отрубить конечности пуская в ход «богомолы», чем как раньше  - попытаться договориться.

[indent] останется не только это мысленно отзывается Ви, а потом глаза закатывает. минутная сентиментальность будет стоить подъебов – факт. порой сложно привыкнуть к тому, что достаточно подумать, чтобы мужчина все услышал. можно списать на похмелье, помутнение сознание. а можно просто не развивать тему, каждый из них понимает к чему всё так или иначе движется.

[indent] оглаживает пластиковую бутылку с водой, подушечками пальцев ощущая прохладу. слишком неприятную, отталкивающую. из-за чего приходиться прикрыть глаза и сделать вид, что это не толпа неприятных мурашек пробегает вдоль позвоночника. сраная жизнь.

[indent]  [indent]  [indent] — так что, куда тебя в этот раз занесло? беглым взглядом пробегается по комнате. ничего такого на самом деле здесь нет. слишком похоже на серверную куда зачем-то притащили диван и украсили. может так оно и есть, но Ви плевать.

[indent] в том плане, что никто не врывается размахивая пушкой, не стучит в двери и шум улицы, если не прислушиваться, то вообще не слышен. любопытное местечко. и чёрт бы побрал его слишком доброе сердце. курить хочется слишком сильно. ему? Джонни?

[indent] приходиться вновь принять сидячее положение, чтобы пальцами дотянуться до края куртки, что сиротливо валялась на полу. потому что там в кармане мятая пачка сигарет, а организм требует, орёт о том, что не получил порцию своей отравы.

[indent] забавно как он быстро привык к тому, что его убивает.
и ведь не факт, что речь сейчас про сигареты.

[indent] чиркает зажигалкой, делая глубокую затяжку и вновь растекается по дивану.

[indent]  [indent]  [indent] — ни слова, — бросает серьёзный взгляд, пытается играть на опережение. да, он курит, да ему нормально. привык. не смертельно же, да? ну не о буквальном речь, принципы иногда можно гнуть, особенно, если они тут только вдвоём и не нужно отвечать и объяснять, мол, нет, не начал курить просто вот так захотелось.

+3

6

Твоё счастье, что ты не можешь огрести в ответ.
Парировать чужую колкость удаётся легко и играючи, Джонни улыбается самодовольно, не собирается скрывать на редкость хороший настрой. В этом городе в принципе практически невозможно найти секунду-другую для того, чтобы просто остановиться и перевести дух, осмотреться вокруг себя и взглянуть иначе. Подобная возможность не ценилась в его время, а сейчас и вовсе никому не нужна, да только вот по Ви всё равно видно: плечи опускаются расслабленно, он весь будто бы перестаёт зажиматься, стоит только окинуть взглядом комнату и понять, что не нужно никуда вновь бежать и вырывать собственную жизнь из чужих лап под градом пуль.
Если бы только было возможно этот момент продлить. Решить проблему и оставить всё позади, но у жизни совсем другие планы, похоже.
Поэтому огрызаться в ответ на колкость — та иллюзия нормальности, которую позволить себе можно. Не обещание, что всё будет заебись, но намёк на то, что дерьмо придётся по-любому вместе разгребать.

Чужой тяжёлый вздох его не пронимает. Продолжает перебирать струны с ленцой и мягкостью, позволяя Ви привыкнуть ко всеобщему состоянию настояния.
Может возмущаться сколько душе угодно, одно Джонни знает точно — если бы пацан на самом деле хотел от него избавиться, то давно бы закинулся парочкой таблеток, чтобы наверняка. Но Ви этого не делает: ругается, закатывает глаза, вздыхает тяжко и бубнит по поводу и без, но существование таблеток упрямо игнорирует. Такой выдержке хочется разве что аплодировать, потому что сам Джонни наверняка бы уже заткнул болтливого «пассажира», будь он на месте пацана.
Прошёлся по городу, подышал ночным воздухом. — веселье в голосе не унимается, его бесконечно радует тот факт, что Ви пытается расспрашивать, хотя и десятой доли знать на самом деле не хочет. За подтруниванием легче сделать вид, что чужие мысли остались без внимания, но почему-то сегодня это игнорирование не кажется правильным.
Ему должно быть плевать на то, что происходит у мальчишки в голове. По крайней мере, до тех пор, пока это не имеет к нему самому прямое отношение.
Прекращает играть на несколько секунд, смотрит внимательно на чужое лицо рядом. — Ну да, останутся ещё кое-какие вещи.
Пожимает плечами и принимается играть вновь, на лицо больше не смотрит, потому что нет в этом никакой нужды. Эмоции Ви тут же откликаются сверхзвуковой волной или ещё какой дрянью, что остаётся недосягаема для человеческого глаза, несмотря на то, какие разрушения за собой несёт.
Или тебе адреса нужны, м? — то, как тянется чужая рука за пачкой сигарет, от внимания не укрывается. Вызывает ещё одну довольную ухмылку. Где-то на задворках сознания чесалось желание закурить, но он уже и сам не уверен, насколько эта необходимость является его собственной. Странно не ощущать границ своей личности. Не менее странно не чувствовать того, где начинается личность иная.
Никотин бьёт по рецепторам слабо, и вполовину не так, как хотелось бы, но это тот максимум, что ему доступен, поэтому жаловаться не приходится. Могло не быть и этого.
Хочешь в следующий раз тоже пойти? — интонации приторно вежливые, будто бы и правда заинтересованные, но он прекрасно понимает, что никакого следующего раза может и не быть. Каждый новый приступ мальчишки — выпущенная в русской рулетке пуля. Рано или поздно она достигнет своей цели. Хорошо, что этот день не сегодня.
Не понимаю, чего ты надулся. Я же привёл тебя в безопасное место и всё хорошо. Или настолько не нравится татушка?

+3

7

[indent] удивительно, но вот конкретно сейчас не тянет играть в перетягивания одеяла. совсем не хочется спорить, бурчать, возмущаться. если только самую малость, конечно же.

[indent] вкус никотина оседает лёгкой горечью на языке, но вместе с тем, дышать выходит как-то проще. очевидно, что именно таким образом и работает самообман? воздуха то не прибавилось, сил особо тоже, а вот лёгкие никотином и смолами он себе забил. ну каков молодец.

[indent]  [indent]  [indent] — даже если бы мог огрести – не огрёб бы, — довольно улыбается. потому что как бы Джонни порой не говнился, он то в его голове и Ви к своему счастью или несчастью отлично чувствует и понимает чужое настроение. передача эта работает в обе стороны. и скорее всего, кому-то другому было бы совестно. стыдно. Винсенту поебать на такие лёгкие правила приличия. если что-то тебя убивает, то ты определённо точно имеешь права на зажмуриваться, когда перед глазами мелькает чужая жизнь.

[indent]  [indent]  [indent] — упаси боже. никаких явок и паролей, — ещё одна затяжка, рука опускается на край дивана, а пепел слетает на бетонный пол. ну вот жопа, он не собирался вести себя как свинья. но. взгляд не натыкается на пепельницу или какое-то подобие. сбрасывать в кармашек он не будет, он же не полный придурок. — за «взрослый» стол не прошусь, просто если ты ушёл в отрыв как в прошлый раз, я хочу знать кто захочет начистить мне лицо. и стоит ли проверить телефон на наличие миллиона пропущенных и совсем не ласковых смс от Бестии?

[indent] не осуждает, чего уж там. они вроде как давно [пусть и не вслух, да и вообще без каких-то обсуждений] выяснили, что затыкать рот Сильверхенду блокаторами Ви не станет. хуе-моё, уважает чужое мнение, пусть не всегда и соглашается с ним. в конце концов, они не сиамские близнецы и не обязаны жить в согласии во всех аспектах.

[indent]  [indent]  [indent] — надулся? не успевает подавить нервный смешок, чуть не выронив сигарету из-за чего немного обжигает пальцы.

[indent]  [indent]  [indent] — брось, мы оба знаем, что я рад даже тому факту, что приходить в себя не пришлось на какой-то помойке или в невнятном притоне [будто бы бывают внятные, ага, да], делает последнюю затяжку и тушит сигарету все об тот же несчастный бетонный пол. пару небольших глотков воды и жить вроде немного легче. на последний вопрос не отвечает, бросает взгляд на поистине детскую шалость, поджимая губы. нормальная татушка. само собой, что сам наёмник не побежал бы подобное делать, но раз уж случилось, то какая трагедия?

[indent] звучание гитары поразительно приятно влияет на общее состояние. словно это он сидит и перебирает струны, а не Джонни. опять эта чебуршня с тем, кто я такой? и что есть моё, а что можно считать чужими желаниями?

[indent] Ви плевать. он устал уже разделать. принял ситуацию давно, ведь каждый встречный считает своим долгом сообщить ему о том, мол, ты как-то изменился. не, ну пиздец конечно, а кто бы нет? посмотрел бы он на этих умников. и ничего он не идёт на поводу у того, кто решения принимает импульсивно, рубя не то что с плеча, прямо с головы начинает. 

[indent] бросает ленивый взгляд на энграмму, что порой ходит пикселями, а после резко зажмуривается от резкой боли в висках. блядский чип решил превратить его мозги в омлет прямо сейчас или что? хватается за обивку дивана, что жалобно скрипит под натиском пальцев. выдыхает резко, а вдоха нормального сделать не может, словно горло кто-то сжал и не отпускает. ебушки-воробушки, вот это приколы будут если он сдохнет в этом ебучем подвале, где его никто не найдёт. никогда. никто. буквально.

[indent]  [indent]  [indent] — Джонни, — скорее шепчет, нежели внятно произносит, ощущая как пальцы. пальцы, мать вашу, сводит судорогой. вот и потусили, да?

+3

8

Встретились бы мы с тобой пятьдесят лет назад…
Не сдаётся, не отпускает шутку, затягивая её дольше положенного. Любопытно, ведь при совершенно иных обстоятельствах вероятность их встречи критически близится к нулю. Крутились бы в разных  кругах, с другими людьми в попытке достичь противоположных результатов. Тот факт, что Джонни оказывается в голове именно этого пацана, именно в это время и в этом месте — похоже на какой-то идиотский пранк, вышедший из-под контроля.
Максимум, на который можно было бы надеяться — разные дела в одной локации, Ви частенько таскается по клубешникам со своими заказами и некоторые из них что-то задевают в струнах памяти, выкидывают размытые образы и картинки, но об этом он помалкивает.
Многие из таких мест давно перестали существовать. Ничто не вечно, в конце концов. Горчит, правда, не меньше от этого осознания.

Прикрыть глаза, чтобы ухватить отголоски никотинового удовольствия. О полноценном наслаждении речь не идёт, приходится довольствоваться крохами, но и это лучше, чем всепоглощающее ничто.
Пепел слетает на пол, хочется дотянуться носком ботинка, чтобы раздавить, но только для того, чтобы потешиться иллюзией своей осязаемости, притвориться, что всё реально, включая его самого. Приходится только наблюдать за тем, как сизые хлопья оседают на сером полу.
Отвернись от неоновых красок и сразу пропадёшь в голодной серости и блеклости. Таков настоящий Найт-Сити.
За «взрослым» столом было бы интереснее, будь я отдельно от тебя. — обычно о таком смысла нет думать, ничего путного не выйдет, конечно же, потому что всё — сентиментальщина самая дешёвая, от которой не открестишься потом. — Но можешь не переживать: никаких побитых морд, никакой злой Бестии.
Но он думает, потому что атмосфера располагает, мелодия разливается под кожей, он чувствует чужие эмоции и даже не собирается комментировать.
Наверное, было бы занятно вытащить Ви куда-нибудь, обладая своим собственным мешком с костями, а не оставаясь бестелесным пассажиром. Наверное, в этом было бы плюсов меньше, чем от их вынужденной близости. Но какая разница, если всё — лишь теории, которым и гипотезами никогда не стать?

Жар — по кончикам пальцев. Мелодия обрывается запоздало, он смотрит на ладонь какое-то время. Ощущения — насмешка, плевок в лицо по сравнению с тем спектром, что был доступен в прошлой жизни. Лёгкое покалывание — отголосок того, что когда-ни вообще ни во  что не ставилось, впрочем, винить тут кого-либо сложно — никто из людей не просыпается с чувством благодарности за возможность сделать вдох. Зря.
Он бы сейчас всё отдал за то, чтобы дышать постоянно, а не урывками, пробиваясь в настоящее.
На помойке ты очнулся до меня, приятель, так что не гони. — потирает подушечки пальцев, где ещё секунду назад горел лёгкий ожог, друг о друга, снова принимается перебирать струны. — Моей вины в этом нет. Сам впутался в какое-то подозрительное говно.
Скажи, разве ты бы не пошёл во все тяжкие, получив возможность пожить впервые за пятьдесят лет?
Вопрос повиснет в воздухе вострым лезвием, что опускается на шею заложника гильотины. Ему не нужна жалость. Не всралось и понимание. Джонни заявляет о своих мыслях и призывает их учитывать.

Хочет сказать что-то ещё, но не успевает. Мальчишка жмурится, его голос срывается, а самому Джонни вдруг кажется, что сейчас — тот самый момент, когда и его существование оборвётся окончательно. Темнота и ожидание вновь раскроют свои объятия.
Что он может сделать? Обрывает разливающуюся по пространству мелодию. Поднимается с дивана, чтобы нависнуть над Ви, прятать намёк на беспокойство за линзами очков.
Слышишь меня? Не отрубайся.
Надо бы предложить наплевать на все негласные уговоры и выпить блокатор, если это поможет выдохнуть и расцепить стальные тиски нового приступа. Но он молчит, потому что эгоистичное желание не исчезать сильнее всего остального.
Он наблюдает на судорогу чужих конечностей и стягивает очки. Присаживается на журнальный столик и смотрит тяжело. Правильный выбор — трудный самый.
Прими блокатор, чёрт возьми. Если это поможет...

+3

9

[indent] откуда ему знать поможет или нет? очевидно – да, поможет. и будь Ви [не таким идиотом] упрямым, принял бы волшебные пилюльки, выдохнул спокойно через минуту и несколько часов просидел бы в гробовой тишине. и тут уже на самом деле сложно сказать что пугало – не сдержать своего обещания и насильно затолкать чужое сознание куда подальше, обратно в темноту или остаться один на один с собственными мыслями.

[indent] боль проходит по всем нервам, сковывает, парализует. на секунду ощущение такое, словно тело пропустили через мясорубку, а потом пытались доказать, мол, так и было вообще-то какие жалобы?
зубы неприятно скрипят находя друг на друга; зажмуриваясь крепко, до разноцветных пятен перед глазами, до ощущения того, что Джонни физически рядом. наверное, именно так и должен работать чип, да? переписывая агрессивно чужое сознание, выжигая.

[indent] что-то не так – сиреной воет, красными буквами перед глазами. отбивает в подкорке ровным ритмом – умираешь, умираешь, умираешь. и теперь никакая удача, никакие светлые умы не помогут. и честно говоря, Ви сам удивляется потоку своего пессимизма и скептицизма на свои шансы спастись. словно стена, что удерживала весь этот мрачный негатив рухнула с новым приступом.

[indent] когда же глаза открывает, оказывается на полу, рядом с диваном и журнальным столиком. всё ещё немного мутно и кругом идёт, но зацепиться за фигуру в комнате – легко, правильно. пусть и многие бы осудили. тоже ещё, маяк спасения выбрал. но Ви как-то насрать.

[indent]  [indent]  [indent] — ого. это что, сам Джонни Сильверхенд за меня переживает? — сухо смеётся, больше похоже на глухой лай побитой собаки.  придерживает себя поперёк рёбер, чтобы немного унять тянущую боль. не все мышцы ещё попустило, пульсируя неприятной судорогой в ногах после приступа. — считай меня идиотом, но я слова на ветер не бросаю, — смотрит внимательно в ответ.

[indent] не гляделки, потому что Винсент проигрывает ещё до начала этой игры. наплевательское отношение к самому себе как показатель полной незрелости. оправдывает себя глупым «а для чего продолжать так упрямо цепляться?» когда иногда накатывает с такой силой, что ни один приступ такой болью отозваться не может. он себе душу вырвал, просыпаясь через раз от одного и того же кошмара.

[indent] и огромное спасибо Джонни за то что игнорирует. не поднимает темы и даже не заикается. шутки шутит на все темы кроме Джеки. то ли в самом деле понимает каково это – терять настолько близкого человека, то ли совесть вдруг проснулась.

[indent]  [indent]  [indent] — и мы оба знаем – хуйня эти блокаторы. на часа три бы отстрочили это? ох, вау, сейчас буду пищать от восторга. приваливается к дивану спиной, разминая пальцами шею и плечи, ногой задевая чужую. вновь физически ощущая чужое присутствие. оба это чувствуют, оба понимают – ничего хорошего это означать не может. — надо будет заглянуть к Виктору и проверить импланты, если где-то пошёл сбой, будет неловко об этом узнать в очередной погоне за киберпсихопатом, да?

[indent] усмехается, пусть и немного уставши. вероятнее всего, поспать ему удалось не дольше пары часов, организм уже воет от усталости, но Ви не сдаётся, он упрямее. а ещё, сидеть как сыч по подвалам интересный опыт, но совсем не в его стиле.

[indent]  [indent]  [indent] — не знаю как ты, а я хочу на воздух. а ещё у меня появилась интересная идея. ты брал тачку или? поднимается на ноги слегка пошатываясь. — ну? я не буду ждать до завтра, отвисай Джонни у нас сегодня планы на. . .день? вечер? понятия не имею сколько сейчас времени на самом деле. но у нас планы в любое время суток. вот прямо сейчас, да!

+3

10

Ого, это что, сам Джонни Сильверхенд за меня переживает?

Урвать контроль над телом не выходит даже на несколько секунд. Исключительно для того, чтобы от души залепить Ви по лицу и привести в чувства, попытаться сделать хоть что-то вместо того, чтобы продолжать беспомощно наблюдать за тем, как чужая жизнь разваливается на части основательно по его вине. Если бы Ад и существовал, то обязательно выглядел бы именно так: на каждом из кругов — осознание собственных ошибок, которые никак не поправить; на каждом — невозможность что-либо предпринять, оставаясь только сторонним наблюдателем. Будто бы цель всего — доказать, заставить его удостовериться в собственной беспомощности.
Сухой смех отдаётся громовыми раскатами неотвратимого. Он молчит и продолжает смотреть пристально, бесполезно отслеживая чужое состояние и отмерять, сколько на самом деле осталось времени. Спойлер: не так уж и много.

Ты прав, я считаю тебя идиотом. — делать вид, что игнорирует приступ судороги, несмотря на то, что все эмоции — открытая, по сути, книга. Контролировать себя приходится в несколько раз усерднее, а самоконтроль никогда и не входил в число сильных сторон.
Хочется перевернуть журнальный столик от охватившего негодования. От собственной мизерностью перед лицом лютующей несправедливости. Вместо этого опускается вновь на диван и буравит взглядом противоположную стену, пока мысли формируются во что-то неоднозначно связное.
На три часа перестал бы строить из себя ебучего страдальца. — так легче, чем попросить унять боль, поберечь себя настолько, насколько в их случае это вообще возможно. Ви не послушает всё равно, поэтому рассуждения в слова не обращаются. Плевать, что по итогу мальчишка услышит в жалкой попытке позаботиться. Не докопается до правды? Так только лучше будет.
И когда только не всё равно стало?

Если прикрыть глаза и позволить себе обмануться, то можно почувствовать тёплое секундное прикосновение. Приятный мираж посреди бескрайней пустыни забвения, из которой никак не выбраться. Он продолжает блуждать, время от времени до обидного близко подбираясь к необходимой истине, но только для того, чтобы в следующий миг откатиться до самого начала своего пути. И так из раза в раз, изо дня в день, пока Ви продолжает своё собственное путешествие через Найт-Сити в поисках спасения и решения всех проблем разом.
Толкнуть носком ботинка в ответ вредности ради — на самом деле, из-за желания на короткий миг почувствовать себя живым — и обмануться вновь.
Идея заглянуть к Виктору не нравится целиком и полностью на эгоистичных началах: пристальный взгляд рипера не переносит категорически, пытаясь избавиться от ощущения, что глаза по ту сторону тёмных очков смотрят прямиком и в его душу тоже.
Идея заглянуть к Виктору — неоспоримая нужда, с которой не поспорить. Импланты необходимо проверить вместе с общим самочувствием, несмотря на то, что оба они вполне себе в курсе о том, насколько действительно всё плохо.
Ви нужна поддержка от кого-то, кто не он. Нужна крепкая рука, которая позволит обмануться и представить, что всё под контролем.
Потому как в настоящий момент всё скорее рушится, чем создаётся.
Ты можешь дать мне контроль над телом и тогда я оттащу тебя до Виктора. — не попытка урвать мгновения жизни больше, а желание продлить чужую жизнь теми способами, что ему доступны.
В реплике нет никакого смысла. Не хотелось бы, чтобы она была услышанной, но слова уже не забрать, остаётся только руки на груди складывать и наблюдать за чужими передвижениями внимательно.
Наверное, следовало бы настоять и оставить пацана отлёживаться в относительной безопасности, чтобы потом всё-таки отбуксировать к рипердоку и следом — прямиком домой. Заставить принять блокаторы, чтобы без оглушающих чужих мыслей на несколько часов. Он сможет с этим справиться. Даже если не то чтобы хочет.
Тачка снаружи припаркована. — следом поднимается по инерции, держится поближе так, будто бы и правда может подхватить, если вдруг что. Через дверь — в оглушающую волну города. — Что ты хочешь?
Чувство неприятное скребётся в грудной клетке. В судьбу не верит, но комната, оставшаяся позади, кажется последним островком относительного спокойствия перед прыжком в водоворот предстоящих событий. Вздыхает тяжело и зажигает несуществующую сигарету. От чужого внимания это не укроется, но как-то уже насрать.

+3

11

[indent] стоит тихо на месте. прислушивается к ощущениям и тому, что неприятно-тянущей болью отзывается в теле после сильной судороги. всецело игнорируя неодобрительный взгляд в его сторону. да, чёрт побери, ему даже смотреть не нужно, чтобы понимать – не одобряет столь хаотичный план действий. ну что поделать, порой что-то может пойти не по плану.

[indent]  [indent]  [indent] — ну эй, я вообще-то тут для нас двоих стараюсь, если ты не заметил! и не строю я из себя страдальца… Ви бросает слегка негодующий взгляд на мужчину, потому что, ну какой из него страдалец? в смысле, он же буквально не просит его жалеть, даже не думает об этом. плюс ко всему прочему, наёмник делает всё не вопреки или назло, а потому что так правильно.

[indent] можно даже как-то лирически описать всего его принятые решения и сделанные поступки – так велит моральный компас.  и да, само собой, что «вот такая» формулировка уже наверняка бы взбесила Сильверхенда. так что приходится держать при себе подобные словечки, довольствуясь малым. 

[indent] и если честно, предложение удивляет, заставляя смотреть с явным недоверием. в каком таком смысле он возьмёт контроль над телом, чтобы добраться до Виктора? это как вообще? он что, в самом деле умер? или это предсмертная агония? потому что Ви не слепой и прекрасно видел как именно Джонни реагирует на Виктора, да и сам рипердок особо не жалует городскую легенду. взаимная неприязнь друг к другу вполне нормальное явление, только в данной ситуации сам Винсент ощущал себя третьим лишним, не имея возможности уйти: от наставнического разговора со стороны Вектора и слишком раздражённого взгляда со стороны Сильверхенда.

[indent]  [indent]  [indent] нет, спасибо он пока справляется сам.
[indent]  [indent]  [indent] кое-как.
[indent]  [indent]  [indent] но справляется же.

[indent]  [indent]  [indent] — не знай я тебя, точно бы подумал, что ты действительно перетрухнул в этот раз. все нормально. . . насколько вообще может быть нормально в нашей с тобой ситуации, — слегка пожимает плечами, медленно направляясь к ступенькам. и так же медленно поднимается вверх, держать достаточно близко к стене, чтобы не рухнуть вниз, пересчитывая головой каждую из прошедших ступеней.
[indent]  [indent]  [indent] — но! давай всё же договоримся, что если ситуация совсем станет дерьмовой – тащи меня куда посчитаешь нужным. ты точно поймёшь когда этот момент наступит.

[indent] поджимает губы, втягивая воздух носом. да, вероятнее всего идея тупая как ножи в самой дешёвой забегаловке города, но ведь, ни он, ни Джонни не знают сколько им осталось топтаться вместе. а значит надо использовать каждый шанс и момент. о последствиях можно подумать в квартире, куда бы стоило по хорошему заглянуть, ведь несчастному коту вряд ли нравится сидеть взаперти одному долгое время. не то чтоб Ви многое понимал в котах, но всё же.

[indent]  [indent]  [indent] — увидишь, — с лёгкой улыбкой отвечает парень, выходя из тайного убежища. подавить в себе удивление не особо выходит. рынок Кабуки, серьёзно? в этом месте есть другое прикольное место? ох, жалко, что он не нашёл его раньше, а сейчас показывать особо некому. точнее как, вообще некому.

[indent] добирается до машины, героически преодолевая очередные ступеньки, ощущая как начинает постепенно расхаживаться. да уж, в этот раз скрутило сильнее обычного. что именно это означает – Ви думать не хочет, потому что не за этим он выбрался с подвала и уверенно ковылял до тачки.

[indent] как всегда щёлкает по голове пса, опуская немного окно. прохладный вечерний воздух после дождя – самое то для лёгких. так хотя бы немного пыль и другую грязь прибило к земле. хотя если вдуматься, то сам дождь явно не лучше той грязи что под ногами. но тяжело вздыхать по поводу экологии Ви не станет, дел и без того полно. пусть кто-то другой выражает своё беспокойство и озабоченность данным вопросом.

[indent] музыку делает на минимум, чтобы не ощущать неприятную пульсацию в висках. ночной Найт-Сити очень отличается от дневного. вот так поворот, да? в том плане, что в воздухе можно ощутить некое «обещание» что вот завтра будет лучше, новые возможности, знакомства, дела. море шансов, только пережить бы ночь. машин минимальное количество и можно услышать, как отличается звук шин по мокрому асфальту.

[indent]  [indent]  [indent] — так, только ты дослушай, а потом глаза начинай закатывать и тяжело вздыхать, окей? — бросает внимательный взгляд на пассажирское, где разместился Джонни и продолжает вести свой небольшой монолог. — что если не выгорит? не знаю, Арасака доберётся до нас раньше или Альт не станет помогать? ты думал об этом? задумчиво пожёвывает губу, смотря теперь только на дорогу. просто потому что слишком хорошо понимает – Сильверхенд такие разговоры не любит. как и проигрывать в общем-то тоже. никто не любит, думает Ви, только не у всех доходит до бомб и разрушения города.

[indent] дорога до Пасифики займёт минут десять-пятнадцать, учитывая тот факт, что он машину не гонит, а действительно наслаждается видами города и полупустыми улицами и дорогами. совсем другая жизнь, совсем другие люди выходят в это время суток. чёртов муравейник с разными классами.

+2

12

Строишь. — негодующий взгляд не имеет никакого эффекта. Игнорировать Ви бывает до абсурдного просто в такие моменты. Обрывать на половине фразы, отмахиваться и делать вид, что насрать на самом-то деле. Не сознаваться в том, что весь бушующий внутри неуёмный хаос знаком до одури. Молчать о том, что чужие эмоции порой яркие настолько, что собственные утекают песком сквозь пальцы.
Не говорить о том, как на самом деле ощущается чужая беспомощность перед лицом оглушающего рока судьбы. В его случае всё закончилось слишком резко — не успел даже испугаться толком. Сидеть и ждать собственной кончины — то ещё развлечение.
И если ты это делаешь для нас двоих, то советую перестать. Никакого смысла в этом нет. — жалость к самому себе имеет свойство сжирать заживо быстрее любых наркотиков или выпивки. Разрушает всё: от конструктивных мыслей до возможности стоять ровно на своих двоих. Жалость загоняет в самый тёмный угол, заставляя сжаться до крошечной обезличенной точки в каком-то нездоровом триумфе.
В какой-то момент от человека попросту ничего не остаётся.
Только липкая и смердящая жалость, отпугивающая каждого, кто решит по глупости руку помощи протянуть. Жалость к себе становится причиной всепоглощающего гнева.
Очень сильно не хочется, чтобы Ви падал в самую пучину без возможности выбраться.

Никто не выберется.
Из бездны нет выхода.
Один утянет другого.
Он слишком чётко осознаёт сейчас, что не хочет этого.

Следом движется неустанно, периодически пропадая из виду. Нет необходимости постоянно притворяться живым, даже если очень хочется. Ви давно не обращает внимание на то, насколько на самом деле он далёк от настоящего человека. Беспомощность в наказание за самонадеянность. Разум — чёртова клетка, ключа от которой не существует.
Ну да, трястись в припадке — просто идеал нормы. — хмыкает в ответ, отмечает то, насколько резко дёргаются в движении чужие плечи. Понимание, что даже подхватить не сможет, если вдруг что — новый гвоздь, забивающийся в его ящик с непоколебимой уверенностью. — Мне не улыбается смотреть на то, как ты дохнешь в этой дыре.
Фраза о том, что ему не улыбается в принципе смотреть на то, как Ви подыхает, остаётся невысказанной и не до конца оформленной в мысль. Есть шанс, что останется ещё и незамеченной.

Город разрывает относительное спокойствие временного убежища безжалостно. Относительное умиротворение распадается на части под натиском титанического размаха. Обещание, произнесённое с лёгкой улыбкой вопреки произошедшему, доверия не внушает, но Джонни вновь только отмахивается — повлиять всё равно не в состоянии.
Окей, сделаем вид, что ты решил побаловать меня сюрпризом. — тон максимально издевательский в своей слащавости. — Только не надо водить по любимым местам в городе. Я этого не переживу. — забывать о собственном не_существовании слишком легко бывает порой. Он продолжает заигрываться в жизнь, несмотря на то, что в кои-то веки бесплотен под пристальным взглядом «Большого брата» корпораций.

Очень странно просто не_быть.

В машине музыка выкручивается на минимум. Это неприятно и хочется заставить Ви поменять решение, но боль в чужих висках, разделённая на двоих, тому противоречит.
Мысль о том, насколько смешно выглядит Ви, бросающий взгляд на пустое сиденье рядом с собой, вгрызается в фоновые размышления внезапно. Хмыкнуть успевает весело перед тем, как мальчишка вновь начинает говорить.
Веселье остаточное растворяется вовсе и окончательно, вопрос заставляет губы поджать и отвернуться на несколько минут к окну, рассматривая немигающим взглядом то, как быстро проносится город.
Конечно, думал. — множество раз возвращался к одной и той же мысли; опасения никуда не исчезают, даже если терять особенно нечего. — Всегда есть шанс, что не выгорит. Учитывая обстоятельства, это будет меньшей из проблем. — всегда может на голову свалиться ещё дюжина проблем, которая заставит пожалеть о том дне, когда гениальный план в принципе зародился в голове.
Разговор не даётся легко, потому что сознаваться в собственной неуверенности — опыт болезненный. Признавать, что буквально связан по рукам и ногам, не позволяет взращенная с трепетом гордость. До абсурдного.
Тебя интересует, что при таком раскладе я намерен делать? Взбешусь ли и решу от тебя избавиться? Отберу твоё тело силой? Ты об этом на самом деле хочешь спросить? — усталость во взгляде мешается с иронией; чужая озабоченность объяснима и потому только сильнее веселит. До тех пор, пока ничего не произнесено вслух, невозможно откатиться в первый миг знакомства, что полнится ненавистью и всепоглощающей яростью.

+3

13

[indent] конечно же, он думал. они оба об этом думали и кажется, что слишком много. что толку? Ви глупо надеется на счастливый финал для каждого, пусть и отчётливо понимает – не повезёт настолько. просто пока это не было произнесено вслух, крошечная надежда будет жить, а он будет продолжать яростно её оберегать. шанс один на миллион и они оба понимают – не выгорит, но каждый по одной лишь известной им причине игнорирует это неприятное ощущение.

[indent] чешет пальцами челюсть, царапаясь об небольшую щетину. он сам начал этот разговор в надежде на что? кто бы ему только подсказал, вот честное слово. впервые в жизни, Ви был бы рад, поставь его кто-то перед фактом, вручив в руки неплохой план решения всех его проблем. увы.

[indent]  [indent]  [indent] — возможно это, возможно нет, — немного равнодушнее чем того следовало бы, отвечает наёмник, продолжая смотреть только на дорогу. не любить зрительного контакта, когда речь заходит о каких-то серьёзных вещах. будто бы кто-то лезет под кожу, выкручивает все мышцы и тянет за нервы. весьма неприятное ощущение по правде говоря, только вот Джонни уже у него в голове, иронично, верно?

[indent]  [indent]  [indent] — беспокоит ли меня тот факт, что ты можешь отобрать у меня полный контроль над телом? на светофоре останавливается на красный, хотя по факту в этом нет смысла, машин на дороге нет от слова совсем, но так он может взглянуть на собеседника. чтобы всецело донести смысл своих слов: — уже не особо на самом деле.

[indent] не лукавит, пытаясь как-то подмазаться и сыграть в жертву. или как ранее высказался Сильверхенд – строить из себя страдальца, нет. потому что какой смысл врать тому, у кого прямой доступ к твоим мыслям?

[indent] на губах лёгкая ухмылка. это явно не то, что ожидал услышать Джонни. он не говорит, что опускает руки и будет ждать «дня х», Винс говорит о том, что нет смысла бороться с тенью или ветром. они оба ничего по факту не решают, пусть и в процентом соотношении меньше власти у самого наёмника, чем у эннграмы в его голове. блокаторы всё ещё при нём, если ощутить себя неуютно выпьет, никаких проблем, потому что чувство самосохранение всегда будет побеждать. это же самые простые законы природы, против них бессилен даже самый благородный и чистый сердцем человек.
а Ви в общем-то таким и не был, но слово своё держать привык.

[indent]  [indent]  [indent] — мне просто остаётся верить тебе, разве нет? кроме татуировки и похмелья, никаких неудобств не случалось. хотя не думаю, что у нас по итогу будет так много вариантов, понимаешь?

[indent] ночная набережная выглядит немного устрашающе. точнее то огромное количество темной воды, это даже зловещее немного. хотя… разве Ви раньше это беспокоило? до погружения с Джуди, он ничего не имел против глубины и тёмной воды. недовольно фыркает и закатывает глаза. их влияние друг на друга уже до ужасающего пугает.

[indent] глушит машину и немного лениво плетётся в сторону аттракционов, что разместились вдоль береговой линии. если бы в самом деле вышло – район был бы отличным, прямо как обещали баннеры и буклеты при въезде, но, увы.

[indent] люди небольшими группками разместились вдоль набережной. кто-то компанией сидел возле бочек с огнём, кто-то слушал музыку и считал, что эти движения телом можно назвать танцами. а кто-то был частью банд и зло сверкал глазами во все стороны, чтобы заприметить недругов. оружие теперь всегда при Ви, но сегодня он пришёл сюда не отношения выяснять, а сделать что-то совершенно тупое, но такое классное.

[indent] легко перебирается через небольшое ограждение, расположение электрощитка он заприметил ещё в прошлый раз, так что направляется сразу к нему, бросая мимолётный взгляд на вагонетку. с виду всё вполне нормально выглядит. хотя вряд ли таким способом можно оценивать степень безопасности аттракционов.

[indent] щёлкает по паре выключателей, запуская электричество. колесо обозрения, что немного дальше находиться всегда так заманчиво горит яркими огнями, но, увы, не работает. чего нельзя сказать про эти горки.

[indent]  [indent]  [indent] — итак, ты готов ещё разок испытать удачу или струсил? не то чтобы у Сильверхенда правда был выбор, сейчас у руля Винсент, так что он просто нажимает на кнопку, выставляя таймер до запуска, чтобы успеть удобно усесться на самом первом месте. — если эта хрень слетит, я умру от смеха.

+3

14

Хочется заставить всё сделать иначе: выкрутить музыку на полную, несмотря на то, как в висках ломит головной болью; гнать вперёд по дороге, пользуясь нетипичным её запустением, ведь умирать в тишине страшно. Сознательность не приносит успокоения, не становится решением всех проблем. Хочется сказать, что нужно попросту наплевать на всё, что ещё осталось, и двигать дальше. Какой смысл в том, чтобы заботиться о безопасности, если буквально мёртв последние несколько недель?
В спасение верится с какой-то ленцой. Мол, хорошо, если выйдет, но маловероятно критически.
Выжми всё, что в тебе ещё осталось. — умалчивается с типичным упрямством, пока взглядом вновь скользит по пролетающим в один миг за окном домам и ярким пятнам-пешеходам; в другой — всё окружающее тормозит резко в очередной раз, как они останавливаются на красный сигнал светофора.
Чужая меланхоличность заразительной оказывается до абсурдного: медленно и верно под натиском чужого напускного безразличия разлетается собственная тяга к тому, чтобы выжить и выбраться любой ценой.
Именно поэтому он потакает порыву и хмыкает в ответ.
Не особо беспокоит? Так отдай мне контроль над телом прямо сейчас и свали ко всем чертям. — бровь изгибается, пока взглядом внимательным по чужому лицу скользит, в чём нет ровно никакой необходимости, ведь мысли гремят оглушающе.
Нет? Тогда не неси хуйню так, будто бы тебя это вообще никак не касается. — раздражения в голосе достаточно, потому что терпеть акт наплевательства показательного не намерен абсолютно. Не нужно давить на жалость. Нет причин складывать руки и ныть, принимая свою горестную судьбу без малейшей попытки что-то сделать. — Или закончи всё сам, или не жалуйся.

Играть в то, кто хитрее выскажется по поводу происходящего, желания тоже нет. Лёгкая ухмылка на чужом лице встречается с продемонстрированным мгновенно средним пальцем. Цыкает языком во всё том же лёгком раздражении и снова отворачивается к окну.
Ночная набережная будоражит воспоминания: картинки из прошлого всплывают против его желания и воплощаются в жизнь; подавляет в себе желание всматриваться в силуэты некоторых прохожих, чтобы ненароком не разглядеть среди них самого себя многолетней давности. Аттракционы светятся неоном на фоне пугающе тёмной воды, а мысли устремляются куда-то вверх, вспоминая когда-то работающее колесо обозрения, чужой смех и банку теплеющего в пальцах пива с эмблемой самурая, что теперь уже давно не выпускают, похоже.
В своих мыслях абсолютно и въевшихся фотокарточках ушедшей юности, когда всё было проще в разы, несмотря на то, что сама жизнь окружала бесконечными сложностями.
Не замечает сразу, как оказываются перед горками. Бровь снова взлетает в демонстрации лёгкого недоумения:
Серьёзно? Ты чуть не сдох несколько минут назад, чтобы притащить меня сюда? — выбора у него нет, придётся подчиниться вынужденно и сделать всё так, как хочет Ви, но поток слов это не останавливает. — Что ещё? Подержать тебя за руку? Купить тебе потом конфет? — с насмешкой откровенной, чтобы наперекор пробуждающемуся интересу — или всё дело в чужом энтузиазме, что не отделяется уже от собственного? — и заманчивой в своей идиотичности идее.
Плечами успевает пожать перед тем, как устроиться рядом в самой первой тележке. Пальцы несуществующие стремятся сжать поручни в тот же миг, как механизм приходит в движение.
Не самый плохой способ убиться, знаешь ли.

+3

15

[indent] очевидно, что это талант такой у Джонни – заставлять людей в своём окружении глаза закатывать. или же, это ему так невероятно «повезло» попасть на эксклюзивную раздачу немного раздражающих факторов. Ви не жалуется, а смысл? да и кому? Виктору? так он его лицом в блокаторы ткнёт, мол, вот тебе и решение, какие тут вопросы?

[indent] так-то оно так, просто осознание того, что это буквально билет в один конец не накрывает с головой. за здравый смысл как бы иронично это не звучало, сейчас  внезапно отвечает Сильверхенд, недовольно выпуская иголки на фактически все его слова.

[indent] Ви не опускает руки, делая вид, мол, всё город и злая судьба меня сломали. смысла в жизни нет и все идёт не за планом, хоть ты тресни. нет. это буквально немного другое.

[indent] он просто смертельно устал носиться по городу с горящей жопой, решать какие-то вопросы и принимать заказы у фиксеров, словно над головой не тикает таймер с обратным отсчётом. хочет ли он в самом деле, умереть? нет и ещё раз нет.
да, плохие дни бывали [да и в общем-то и сейчас продолжаются], но опускать руки Винс не привык. отдохнуть бы пару дней и будет как новый. вариант с тем, чтобы отдать Джонни полный контроль, звучит как лазейка, скрытый вариант, который ранее не рассматривался. только вот. . .

[indent]  [indent]  [indent] — серьёзно, — отвечает Ви с таким энтузиазмом, словно выбил им двоим, да и вообще всему городу тот самый «счастливый» второй шанс. да к чёрту, они и впрямь могут здесь и сейчас сдохнуть, учитывая сколько лет эта рухлядь стояла под палящим солнцем и не чистым дождём.  но если уж захотелось на похмельную голову получить приключений, то он их обязательно для себя выбьет, в этом Ви уверен на все сто.
[indent]  [indent]  [indent] — вот сейчас и проверим, кто тут самый смелый!

[indent] потому что говорить про какое-то везение или удачу было бы глупо. с везением у Ви явно какие-то серьёзные и неизлечимые проблемы, даже присматриваться не нужно, чтобы это понять. и, невероятно, но факт – это не вина Джонни или чего там ещё. дерьмо начало происходить задолго до встречи с Сильверхендом. хотя как бы было проще, найди он реальную причину всех своих неудач.

[indent] свежий ветер приятно приводит в чувство и окончательно отрезвляет организм. да, все дерьмовые мысли они выдуть из головы не может, но, парень переключает всё своё внимание на моменте «здесь и сейчас»; где он ощущает настоящий детский восторг с того, что эта хрень работает. что можно поорать от души на особо резких подъёмах и внезапных падений вниз.

[indent] это определённо стоило затраченных усилий. побороть лень, доползти сюда во чтобы то ни стало. он может  собой гордиться. да и вообще, разве это не доказывает, что он не опустил руки и продолжает упрямо идти вперёд? удивительно, как из них внезапно получилась довольно неплохая команда. на спасателей мира они точно не тянут с Джонни, а вот устроить такие же «весёлые горки» вполне могут.

+2


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » Ain't No Rest for the Wicked