POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » Like puzzle pieces in their eyes


Like puzzle pieces in their eyes

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

https://i.imgur.com/SOkXzmtl.jpg
Red - Pieces

КУСОЧКИ ПАЗЛОВ В ИХ ГЛАЗАХ 

timeline: после событий в храме Яо
Lan Wangji // Jiang Cheng // Wen Qing

Когда кажется, что весь мир разлетелся на части, а нутро пожирает гнев и ярость, судьба может дать второй шанс. Цзян Чэн никогда не думал, что его "миром" станут совсем не те, кого он считал частью своей жизни.

+2

2

Произошедшее в храме оставило двоякое ощущение какого-то обмана. Они так долго к этому шли, преодолели столько трудностей, загадок, и все закончилось… так?
Лань Ванцзи стоял немного в стороне, наблюдая за остальными. Брат разговаривал с Цзинь Гуанъяо, помогая тому с ранениями, глава клана Цзян что-то высказывал племяннику, рядом с которым крутилась его собака-оборотень, Не Хуайсан сидел на ступенях, задумчиво разглядывая свой веер. А Вэй Ин… Вэй Ин сбежал.
Заклинатель надел перевязь с мечом через голову, поправляя его на груди и, не глядя больше на остальных, направился вниз по улице. Его здесь больше ничего не держало.
Разумеется он не поверил в то представление, что разыграл Лань Фан Цзунь. Лань Чжань слишком много времени провел рядом с Вэй Ином и знал его чуть лучше, чем многие другие. Злом он точно не был, да и все, что они смогли собрать, указывало на главу клана Цзинь. И все же он сумел обвинить во всем Старейшину Илин. И все поверили. Во многом поэтому Хангуан-Цзюнь не хотел больше здесь оставаться. Он заметил краем глаза внимательный взгляд Лань Сичэня, но брат не сказал ни слова. Он часто понимал, что творится на душе Ванцзи лучше его самого, так что такому пониманию удивляться не приходилось. И заклинатель ушёл, не оглядываясь, оставляя за спиной все, что было связано с этой историей, начиная от призрачной руки и заканчивая произошедшим в храме.
В Ланьлине Лань Чжань вовсе не не собирался задерживаться. Он бы прошёл этот город, не останавливаясь, если бы его внимание не привлекла вдруг женская фигура с закрытым вуалью лицом. Он бы вовсе не обратил на неё внимания, если бы девушка вдруг не замерла посреди улицы, глядя на него. Хангуан-Цзюнь не спешил. Он остановился, глядя на неё, и окружающие люди спешили по своим делам, словно река обтекая своим движением два человека-камня. Вэнь Цин первой сделала шаг навстречу, подойдя к нему. Она поклонилась, произнеся негромко его имя, и мужчина поклонился ей в ответ.
До печальных событий Лань Чжаню бывать в Юньмэне не приходилось, а вот момента восстановления Пристани Лотоса он тут был уже второй раз. Заклинатель ступил на деревянный причал, глядя по привычке прямо перед собой. Он замечал любопытные взгляды в свой адрес, но привычно игнорировал их, оставаясь абсолютно невозмутимым. Едва ли глава клана отдавал приказ не допускать адептов ордена Гусу Лань и лично Второго Нефрита. Это было бы… неразумно, даже несмотря на то, что Ванцзи в последнее время изрядно подпортил свою репутацию. Впрочем, мнение других его мало волновало.
— Второй господин Лань? Чем клан Юньмэн Цзян может помочь вам?
Ему пришлось остановиться, поскольку путь ему преградили несколько людей в традиционных цветах Пристани Лотоса. Хангуан-Цзюнь их не знал, однако лицо говорившего было ему знакомо. Кажется, этот заклинатель сопровождал Цзян Ваньина в его последнем путешествии.
Хозяева пристани приветствовали гостя все же вежливо, склонившись перед ним с вытянутыми вперёд руками. Лань Ванцзи ответил им взаимной вежливостью.
— Я пришёл поговорить с главой клана Цзян, — ответил он после. Заклинатели переглянулись, не скрывая некого смятения на лицах, однако Хангуан-Цзюнь не обратил на это внимания, оставаясь безучастным и явно не планируя добавлять ничего к уже сказанному.
— Следуйте за нами, мы сообщим ему о вашем визите.
Лишь едва удовимый кивок был подтверждением того, что слова человека были услышаны. Лань Чжань подождал, пока его сопровождающие пройдут вперёд, а затем степенно последовал за ними, не глядя по сторонам.
Мужчина молчал весь путь, мысленно простраивая разговор. В случае с импульсивным Цзянь Ваньином нельзя было быть уверенным как в исходе разговора, так и в том, что он в принципе состоится. Но, к его удивлению, его хозяин Юньмэна принял довольно быстро. Разумеется, в церемониальном зале, восседая на своём троне.
Лань Ванцзи лёгкими, почти бесшумными шагами прошёл вперёд и, замерев на несколько мгновений, вытянул руки перед собой и склонился.
— Приветствую вас, глава клана Цзян.
Он намеренно пришёл именно в Юньмэн. Было тому несколько причин. Во-первых, как выяснилось из рассказа Вэнь Нина, у Цзян Вэньина был своеобразный долг перед Вэнь Цин, точнее теперь она звалась Цин Санжень, что, впрочем, сути не меняло. Во-вторых, Лань Чжань не мог не заметить трудностей с медитацией, что возникли у главы клана в попытках восстановить потраченные духовные силы. Конечно, это было лишь предположение, которое могло быть далеко от правды, но заклинатель решил доверить своей интуиции и наблюдательности. Во время событий в храме он просто отметил для себя этот факт, но лишь после встречи с девой Цин нашёл ему применение.
— Мы можем поговорить наедине? Речь пойдёт о золотом ядре, — произнёс Ванцзи глядя только перед собой на главу клана.

+2

3

Цзян Чэн не мог поверить, что Вэй Усянь снова сбежал. Не то, чтобы глава клана Цзян желал общения со старшим братом, но расставить всё на свои места все же хотелось. В храме Гуаньинь все произошло очень быстро. Цзян Чэн не собирался больше оставаться ни минуты в обществе глупцов, которые поверили в этот дурацкий спектакль главы ордена Ланьлин Цзинь. Сграбастав за шкирку племянника и его собаку, глава Цзян поспешно удалился в Юньмэн. Хотелось обдумать все и взвесить "за" и "против". В ту ночь Цзян Чэн так и не уснул. Он сидел подле своей кровати и вновь прокручивал в своей голове события в храме, крутя в руках Чэньцин. Что-то не сходилось. Что-то? Да вообще всё. Все, что им рассказал Старейшина Илина имело смысл. Цзян Чэн не мог понять, почему после таких веских доказательств Лань Сичэнь поверил этому лгуну — Ляньфан-Цзуну. Тьфу. Казалось, что глава ордена Гусу Лань был мудрым и справедливым. До того момента, как в храме бросился помогать Цзинь Гуанъяо. Цзян Чэн вновь покрутил флейту между пальцами и вернул ее в шкатулку. Что-то подсказывало, что торопиться не стоило. Стойкое ощущение надвигающейся бури не покидало его. Пытаясь успокоить свой гнев, глава Цзян прикрыл глаза и мысленно нащупал связь с Золотым Ядром. С ЕГО Золотым Ядром. Гнев, который глава Цзян пытался обуздать, взвился с новой силой. Цзян Чэн заметил, что духовные силы еще не восстановились полностью после того, как они были запечатаны по вине Гуанъяо. Решив, что со временем его резерв наполнится вновь, глава Цзян уснул.
Прошла дюжина дней, прежде чем Цзян Чэн понял, что с ним что-то не так. В тот день он сидел в общем зале, вертя в руках Чэньцин, когда в помещение вошли заклинатели ордена и сообщили, что его хочет видеть никто иной, как Хангуан-Цзюнь. С трудом сдержав порыв удивления, глава Цзян положил флейту обратно в шкатулку и ведомый любопытством, встал с трона. Второй господин Лань был все так же грациозен и величественен, что если бы не заклинатели, стоявшие позади гостя, Чэн не смог бы выдержать и ляпнул что-нибудь в духе Вэй Усяня.
— Хангуан-Цзюнь, чем обязан столь неожиданному визиту? — Цзян Чэн также склонился в приветственном поклоне, однако в его словах заметно проскользнули язвительные нотки, тем самым давая понять гостю, что тот, в общем то, зря пришел и его не звали. Однако, после слов Ванцзи, взгляд Цзян Чэна похолодел и он повел того в Потаённую комнату. Когда за ними закрылась дверь, словно с цепи сорвался:
— Тебе мало было того, что ты видел меня жалким перед моим братом, так еще и ко мне в город пришел насмехаться надо мной, напоминая, что я обязан Вэй Ину?! — треск Цзыдяня на пальце выдал ярость главы Цзянь. — Я никогда никому ничего не был должен. Не понимаю, почему я сейчас разговариваю с тобой?
Внезапно, Цзян Чэна скрутила острая резь в районе живота, а из легких словно выбили весь воздух. Потеряв точку опоры, он рухнул на колени. С трудом сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Чэн понял, кому показал свою слабость, но так и остался сидеть на коленях перед стоящим Ванцзи, смотря на него снизу вверх.

+2

4

Вспышки ярости от главы Юньмэн Цзян были столь же привычны, сколько вызов окружающим в каждом слове и жесте от Вэй Ина, а потому, оказавшись с Цзян Ваньином наедине, Лань Ванцзи остался спокоен. Он безучастно смотрел на собеседника, ожидая, пока тот выговорится, и молчал, не перебивая. Младший брат Вэй Усяня был импульсивен и гневлив, но при этом в откровенное противодействие со Вторым Нефритом не вступал. Став главой клана, он во многом стал сдерживать свои порывы и полагал, должно быть, что ссора с Лань Чжанем может негативно сказаться на его отношениях с Лань Сичэнем и Орденом Гусу Лань в целом. О его заблуждении на этот счет Хангуан-Цзюнь, конечно, говорить не собирался, равнодушно ожидая возможности вставить слово. Возможность эта появилась раньше, чем он ожидал, вот только вызвала она была слабостью главы клана.
— У вас проблемы с золотым ядром, глава клана Цзян, — негромко проговорил заклинатель, не делая попытки помочь Цзян Ваньину. Он знал, что эта помощь будет воспринята вовсе не так, как он мог бы предположить, предлагая ее, а потому так и остался стоять с идеально прямой спиной. Он почти не шевелился, и если бы не движение губ и тихий голос, можно было бы воспринять его нефритовой статуей.
— Я знаю человека, который мог бы вам помочь.
Значит, он не ошибся в своих наблюдениях в храме. Дева Цин, услышав его рассказ, согласилась с его версией, но наверняка сказать бы могла, лишь осмотрев своего бывшего пациента. Что ж, этого Ванцзи и добивался, собираясь помочь одним действием сразу двоим. Он не испытывал никаких негативных чувств к Цзян Ваньину, а потому не желал тому проблем с золотым ядром, ненависть и ярость же, которые он испытывал постоянно, были способны подействовать на него крайне негативно. Что касается девы Цин, то ей было некуда больше идти, а для всех она по-прежнему оставалась последней Вэнь, пусть другие и не знали о том, что она жива.
Какое-то время Лань Чжань смотрел на собеседника сверху вниз, затем, вскинув полы белоснежного ханьфу, он сел прямо на пол, оказываясь на одном уровне с глазами собеседника, Неуловимым движением он достал гуцинь, размещая его на своих коленях, и, не глядя на главу ордена Цзян, заиграл мелодию успокоения души. Если он прав в своих выводах, то это должно немного помочь. Если, конечно, Цзян Ваньин станет слушать, с него станется активировать в приступе ярости цзыдянь.

+1

5

Как бы Цзян Чэну не хотелось провалиться сквозь землю, он продолжил пялиться на спокойного, как удав, Лань Ванцзи. Его каменное выражение лица бесило и одновременно вызывало восхищение тем, что невозможно было считать хоть какие эмоции. Что в голове у Второго господина Лань, тоже оставалось загадкой. Здравый смысл победил: Цзян Ваньин решил выяснить, что Ванцзи потребовалось от него, что тот даже приперся в Юньмэн. Чтобы хоть как-то сохранить свою гордость, Чэн попробовал подняться, но снова потерпел неудачу.
— У вас проблемы с золотым ядром, глава клана Цзян.
Цзян Чэн прекратил попытки подняться с пола и снова уставился на Ванцзи. Он пытался понять, способен ли Лань шутить, но пришел к выводам, что нет. Тот говорил со всей серьезностью. "Будто бы я не знаю", — усмехнулся про себя Цзян Чэн, но вслух ничего не ответил. Интересно, если Ванцзи заметил, то кто еще мог быть в курсе его проблем с Ядром? Как все это не вовремя. Чэн прикрыл глаза.
— Я знаю человека, который мог бы вам помочь.
"Мне помощь не нужна!" — хотел воскликнуть Глава Цзян.
"Без тебя справлюсь" — подумал он.
"А вдруг он действительно знает больше?" — здравый смысл словно совесть в голове. Если это действительно так, следует выслушать его. Возможно Лань Ванцзи действительно знал выход из ситуации, в которой оказался глава клана Цзян. И тут встаёт вопрос: какую выгоду получит сам Второй Лань?
От мыслей его отвлекло действие Лань Ванцзи: тот с той же грациозностью сел перед ним и достал гуцинь. "Он что, собирается напасть на меня?" — глупая мысль быстро промелькнула в голове Чэна и также быстро исчезла. Никто не посмеет напасть на главу Ордена в его же дворце. Об этом сразу узнают остальные заклинатели и адепты Цзян. Но Второй господин Лань и не думала нападать. Он мягко прикоснулся к струнам, а из-под пальцев прозвучали первые звуки. Ваньин смотрел не отрываясь, словно в гипнозе, как порхают руки над инструментом. Где-то на заднем плане промелькнула мысль, что это запрещенный прием — играть мелодию успокоения души для него, Цзян Чэна. Лань Ванцзи определенно знал, как усмирить гнев хозяина Пристани Лотоса. Цзян Чэн прикрыл глаза, чувствуя, как боль, давящая на его легкие уходит, а сам он может вдохнуть свободнее.
— Я готов тебя выслушать, Лань Ванцзи. Как давно ты осведомлен о том, что происходит со мной? Кто еще знает?

Отредактировано Jiang Cheng (2021-03-04 11:49:12)

+2

6

Клан Гусу Лань был известен своим мастерством в музыке, а Второй Нефрит был одареннее многих других. Мелодия успокоения души была одной из самых сложных, но Лань Ванцзи умел ее исполнять без ошибок. Обычно тот, кто ее слушал, уже с первых нот чувствовал покой, и даже вспыльчивый глава Цзян не стал исключением, хотя, признаться откровенно, Хангуан-Цзюн подсознательно был готов к сопротивлению. Но Цзян Ваньин промолчал, а затем и проявил удивительную для себя покорность.
Лань Чжань поднял голову, чтобы взглянуть на собеседника, и положил ладонь на струны, чтобы загасить последние колебания. В комнате повисла тишина, пока оба мужчины пристально разглядывали друг друга. Вопросов было задано немного, не чета чересчур болтливому Вэй Ину, однако они не были простыми, поэтому Ванцзи какое-то время молчал, раздумывая над ответом.
— Обратил внимание в храме, — коротко ответил заклинатель. — Если другие не заметили, то не знает никто, кроме меня и того человека, о котором пойдет речь.
Хангуан-Цзюн убрал гуцинь, но остался сидеть на полу, поскольку его собеседник пока не встал. Стоять же и нависать над ним сверху было бы неуважительно, поэтому он не шевельнулся, замерев без движения со столь прямой спиной, что казалось, будто он проглотил палку.
— Я могу привести его к вам, глава Цзян, при условии, что вы гарантируете этому человеку безопасность.
Конечно, он рисковал, пытаясь совершить эту сделку, но за Вэнь Цин Лань Чжань чувствовал своеобразную ответственность. В конце концов, он спас ее из пещеры на горе Луаньцзян, затем она прожила три года в Гусу. Было бы неправильно просто предоставить ее выживать самостоятельно. Хотя борьба с Вэнями далеко позади, великие кланы, узнай о том, что она жива, не упустили бы шанса расплатиться с последней Вэнь. Цзян Ваньин же здесь выступал единственным по сути вариантом. Лань Ванцзи не знал наверняка, чувствует ли он благодарность за свое спасение и операцию по переносу золотого ядра или нет, а потому предпочел обратить внимание главы клана на безусловную полезность девушки. С Аннигиляции Солнца прошло уже много лет, и едва ли даже те, кто знал деву Цин в лицо, признает ее, так что в Юньмэне можно было бы ее укрыть. Главное заручиться поддержкой и защитой хозяина Пристани Лотоса. Но помня о риске, Лань Чжань вовсе не собирался сразу раскрывать карты.

+2

7

Если Второй Лань увидел, что дело плохо еще в храме Гуаньинь, то была вероятность, что это заметил еще кто-то. Например, тот же Глава ордена Гусу Лань. Тот не был дураком, мог бы и не сказать. В любом случае, Ванцзи предлагал выход из ситуации. А он слов на ветер не бросает. И как бы тот не нравился Цзян Чэну, пренебрегать помощью от Второго господина Лань просто неосмотрительно. Но мысль о том, чтобы укрывать в своем клане неизвестного... Вдруг он преступник? В любом случае, нужно выслушать, а потом уже принимать решение. Цзян Чэн не готов был рисковать благополучием и безопасностью своего клана, чтобы исправить все беды с ядром. Эта дилемма пугала его и он старался не думать, как будет делать выбор, если придется. Чэн посмотрел на Ванцзи и ответил:
- Я очень надеюсь, Ханьгуан-цзюнь, что тот вариант, который вы хотите мне предложить, не пойдет в разрез с моими принципами и никак не повлияет на безопасность моего Ордена и Юньмэна в частном. Очень надеюсь, что вы не поставите меня перед выбором: быть заклинателем и подвергнуть опасности мой Орден, либо остаться смертным, подвергая орден еще большей опасности. Вы должны понимать, что я не смогу пойти вам навстречу, если тот, о ком вы говорите совершил преступление и находится в бегах. - Цзян Чэн, наконец, поднялся с пола и подошел к маленькому столику в углу. Разлив чай по пиалам, Ваньинь протяну одну Лань Ванцзи. - Я хочу услышать все от начала и до конца. Таким образом, я смогу понять, в силах ли исполнить твоё требование. Сейчас я могу пообещать только одно: ничего не выйдет за пределы этой комнаты.
Цзян Чэн жестом предложил Лань Ванцзы пересесть с пола на кушетку у стены. Он все еще надеялся, что ему не придется выбирать. Это то, чего Глава ордена Юньмэн Цзян боялся больше всего в жизни, с тех пор, как стал Главой клана. С большой должностью приходит большая ответственность, к которой он был не готов после смерти матушки и отца. Внезапно на ум пришел Вэй Ин. Из него вышел бы хороший Глава ордена. Что, собственно,  произошло. Он ведь стал Старейшиной Илина. Хватило ума и смелости. И безрассудства. Он защищал остатки клана Вэнь до последнего. "Я буду защищать свой клан так же, как ты защищал Вэнь, брат", - подумал Цзян Чэн и вынырнув из своих мыслей заметил, что Лнь Ванцзи смотрит на него с любопытством.
- Говори, - потребовал Чэн.

+2

8

Мелодия успокоения души, похоже, имела отличное действие на главу Цзян. Конечно, она так или иначе влияла на всех, но некоторые были более подвержены, некоторые менее. Во многом это зависело от личности заклинателя, что играл, причем не только о его мастерства, но и от того, как его духовная энергия переплеталась с духовной энергией слушающего. Так или иначе говорить Цзян Ваньин стал много спокойнее и разумнее, чего раньше Лань Чжань за ним не замечал. Насколько он видел шиди Вэй Ина, тот либо кричал, либо отмалчивался, позволяя говорить другим. Что ж, эта новая сторона главы Юньмэн Цзян была приятным открытием.
Выслушав его слова, Ванцзи кивнул, понимая и признавая аргументы. Он позволил собеседнику договорить до конца, непривычный перебивать и высказываться до того, как говоривший окончательно оформит свою мысль.
- Я клянусь, что этот человек не способен нанести вред ни вам, ни вашему ордену, - ровным тоном произнес Хангуан-Цзюн, глядя Цзян Ваньину в глаза.
Разумеется, тому было этого мало, он требовал еще и еще - больше, чем Лань Чжань был готов ему сейчас знать. К счастью, он пока и сам не знал, где находится дева Цин, они договорились, что он пошлет ей весточку. О месте встречи был уговор заранее, так что девушка должна держаться неподалеку, чтобы иметь возможность встретиться в течение пары-тройки дней. Все, что требовалось сейчас от Второго Нефрита, это убедить самого импульсивного и агрессивного главу последовать за ним без объяснения причин.
Ванцзи встал с пола и склонился, вытягивая руки перед собой, чтобы принять чай, затем, придерживая рукав ханьфу, сделал глоток, используя это время, чтобы сформулировать то, что он хочет сказать. Он неспешно сел на кушетку, оставаясь все с такой же прямой спиной, будто бы внутри нее была палка.
- Я не могу сказать вам всего, глава Цзян, - медленно заговорил Хангуан-Цзюн, взвешивая каждое слово. В отличие от самого Цзян Ваньина, переходить на более близкое общение он не спешил, но и таковому со стороны собеседника не препятствовал. После того, как его шисюн назвал Второго Господина Лань именем, данным при рождении, в первые же дни знакомства, он бы уже ничему не удивился.
- Я прошу вас довериться и последовать за мной. Мы встретимся с этим человеком за пределами Юньмэна, и вы сможете после этой беседы принять для себя окончательное решение. Как я уже сказал, это не навредит Юньмэн Цзян, а вот глава с нестабильным золотым ядром, боюсь, может.

+2

9

Возмущение от слов Ханьгуан-дзюня поднялось внутри груди. Цзян Чэн отставил пиалу с чаем на столик и встал с кушетки. Он сейчас что попросил? Бросить Орден на произвол судьбы и пойти неизвестно куда? Ванцзи в своем уме?
- Ты в своем уме? - неожиданно для себя глава Цзян произнес это вслух. - Как ты себе это представляешь: ты серьезно думал, что я поверю тебе и пойду с тобой неизвестно куда на встречу с неизвестно с кем? Ты хоть понимаешь, как глупо это звучит? Почему я должен тебе верить?
Цзян Чэн был недоволен. Недоволен Лань Ванцзи, недоволен Вэй Усянем, недоволен собой, в конце концов. Его выбор более тринадцати лет назад привел к последующим событиям. Если бы он, Цзян Чэн не выдал себя заклинателям из Ордена Вэнь, то не потерял бы золотое ядро. Вэй Усяню не пришлось отдавать своё. Да уж, Вэй Усяню вообще не пришлось бы ничего делать. Его бы убили, не выдай себя Цзян Чэн. Предложение Второго господина Лань имело смысл. А противоречивые чувства разрывали нутро. Глава ордена Цзян метался по тайной комнате, словно птица в клетке, тем самым выдавая себя и свои чувства Лань Чжаню с головой. Впрочем, Второй господин Лань и не такое видел, наверняка. Нужно тщательно подготовиться к походу. Цзян Чэн знал, что у него нет иного выхода. В любом случае, доверившись Лань Ванцзи, падать ниже некуда.
Цзян Чэн резво остановился перед Вторым Ланем:
- Лань Ванцзи. Мне нужно знать, как долго я буду отсутствовать в Юньмэне? Мне нужно собраться и подготовиться к походу. Чем раньше мы выдвинемся, тем раньше я вернусь. Я клянусь тебе, ты пожалеешь, если задумал что-то против меня и моего ордена, - в помещении раздался треск Цзыдяня и запахло озоном. Оружие почувствовало гнев хозяина и уже стремилось сорваться с пальца. Цзян Чэн прикрыл глаза, унимая взбунтовавшееся чувство. - Встретимся на главной улице Юньмэна через час после заката. И не дай боги, ты меня обманешь.

Отредактировано Jiang Cheng (2021-03-14 13:28:22)

+2

10

И снова от главы Юньмэн Цзян посыпались вопросы, и Лань Чжань терпеливо ожидал, когда их поток иссякнет, глядя на собеседника прямым безучастным взглядом. Обычное поведение его, впрочем, оказалось верным - он не успел и рта раскрыть, а мнение Цзян Ваньина изменилось на противоположное - и вот он уже готов идти за Ванцзи. Услышав это согласие, Хангуан-Цзюн встал, тем более, что и его собеседник подошел к нему, глядя колючим взглядом.
- Это не займет много времени, глава Цзян, - заверил его мужчина. - Полтора дня на дорогу в одну сторону.
Их беседу прервал треск молний цзыдяня, но Лань Чжань и бровью не повел, словно ничего не произошло. Он прекрасно знал, что активация артефакта означает, что его хозяин в ярости, но вспышка не изменила его невозмутимости. Он вновь замолчал, ожидая, пока чужая злость утихнет.
- У вас есть мое слово, глава Цзян, - напомнил Ванцзи и, сложив руки перед собой, поклонился, а затем молча развернулся, направляясь к выходу. Ему удалось договориться, оставалось лишь послать весточку деве Цин - она научила его, как. О месте встречи они условились заранее, и она должна ждать его знака и быть в пределах одного-двух дней пути.
Адепты клана Юньмэн Цзян поглядывали на неожиданного гостя с любопытством, но Хангуан-Цзюн, казалось, взглядов этих не замечал. Он шел, глядя лишь перед собой. До заката было много времени.

Высокая фигура в белоснежном одеянии и мечом за спиной выделялась на главной улице Юньмэна, но Ванцзи продолжал стоять, не шевелясь и глядя вперед - туда, откуда и должен был подойти Цзян Чэн. По счастью, после заката улицы пустели, так что если кто-то и мог его увидеть, то лишь через окно, хотя подобное внимание мало волновало Лань Чжаня. Он терпеливо ожидал, словно и сам был частью окружающего пространства, хотя и выбивался из него внешним видом.
К счастью, долго ждать не пришлось - Цзян Ваньин прибыл точно в оговоренное время. Хангуан-Цзюн кивнул своему спутнику и, повернувшись, первым зашагал по улице, не сомневаясь, что тот последует за ним. Раз уж он согласился и пришел сюда, то теперь дело за малым. Едва ли глава Цзян теперь куда-то денется, а его злые слова можно просто игнорировать.

Большую часть пути они проводили в молчании, обмениваясь лишь редкими словами, необходимыми для совместного пребывания. На ночь остановились на постоялом дворе, сняв две комнаты. Лань Ванцзи прошелся по своей, зная, что комната его спутника точно за стеной. Оценив толщину стен, мужчина сел и положил гуцинь на колени, после чего заиграл мелодию успокоения души. Он знал, что его игра дойдет до ушей Цзян Ваньина, а успокоить его было необходимым, учитывая встречу, которая им предстояла.

- Это здесь, - произнес Лань Чжань, останавливаясь. Они оказались у постоялого двора. По договоренности с девой Цин, беседа должна была пройти в снятой комнате вдали от посторонних ушей. Заклинатель оглядел окна и, заметив нужный ему знак, направился к лестнице. Меч был за его спиной, гуцинь тоже в доступности. В случае необходимости Хангуан-Цзюн был готов остановить вспышку злости главы Юньмэн Цзян, но надеялся, что обойдется без этого. Бросив взгляд на спутника через плечо, он открыл дверь.

+2

11

События последних дней оказались слишком насыщенными, чтобы реагировать спокойно. Но Вэнь Цин искренне старалась. Шутка ли, встретить не только брата, но и племянника, которого искренне считала мертвым?
На этот счёт Вэнь Цин было много чего сказать Лань Ванцзи. Ведь это именно он утаил от неё факт того, что А-Юань выжил. Тринадцать лет назад, целую бесконечность.
Она была так зла на второго господина клана Лань, что даже получив от него весть вместе с сумрачной совой, — способом, которому она его сама же и обучила, — даже подумывала, может стоит сжечь послание не читая.
Но всё же благоразумие победило эмоциональность, к тому же, Вэнь Цин знала, что едва ли благородный нефрит стал бы писать ей просто так, просто потому что соскучился. Это было нечто важное, о чем они договорились ещё там, в Ланьлине.
Долго раздумывать не приходилось. Отправив ответ, Вэнь Цин выдвинулась в путь, позволив А-Юаню и А-Нину решать самостоятельно, куда они хотят направиться дальше. Её сердце было наполнено радостью от того, что племянник и брат в целости и сохранности, но вместе с тем охвачено смятением.
Они живы. И если Вэнь Нин был жив лишь формально, то А-Юань был в полном здравии. А это значило, что он — последний мужчина из клана Вэнь. Тот, кто мог бы... кто мог бы его возглавить.
Несмотря на белые одежды и ленту с облаками. В мальчишке текла пламенная кровь, её было не спрятать от него самого за всей шелухой манер и правил. Бесспорно, Лань Ванцзи постарался и дал А-Юаню — Сычжуй, он называл себя взрослым именем, но целительница не могла привыкнуть, — по-настоящему хорошее образование и воспитание. Но этого было недостаточно. Он постарался скрыть его суть, чтобы защитить, однако рано или поздно она вырвется наружу... и лучше бы ему уметь совладать с этим огнём, а не сгореть в нём.
Вэнь Цин вздохнула. Её эфемерная идея была безумной, рискованной и безрассудной. Но... если только заручиться поддержкой...
Для начала ею стоило заручиться. Оказать неоценимые услуги, расплачиваться за которые будут достаточно долгое время. У неё была пара мыслей на этот счёт, столь же рискованных, как и пересадка золотого ядра.
— Мне нужна самая дальняя и тихая комната, — Вэнь Цин коротко улыбнулась хозяину постоялого двора, вкладывая в его ладонь кусочек серебра.
— Конечно, госпожа, прошу за мной, — взвесив его в руке, мужчина заулыбался и поманил Вэнь Цин за собой.
Сейчас ей не было нужды прятать лицо. Тех, кто мог её узнать осталось слишком мало и оно стерлось из памяти людей, как и былое величие Цишань Вэнь. И пусть последствия войны разгребали до сих пор, в большинстве своем народ только травил байки да страшилки о прошлых временах, но жил настоящим. В самом деле, кому какое дело до событий тринадцатилетней давности, тогда как на собственном огороде пора редис собирать?
Вэнь Цин это было только на руку. Точнее, Цин Санжэнь, как она теперь представлялась. И это царапало слух и язык. До последнего она не отрекалась от своего клана, даже когда это было дело жизни и смерти. Но целительница понимала, что несмотря на всеобщее забвение, было слишком глупо и опасно выдавать себя вот так сходу.
— Если госпоже будет что-то угодно... — начал мужчина, заведя Вэнь Цин в скромно, но со вкусом обставленную комнату. Она, помедлив, кивнула и попросила наполнить ванну. Ужасно хотелось выбить из волос дорожную пыль и смыть пот. Переодеться в чистое и достойно предстать перед лицом Лань Ваньцзи и Цзян Чэна. Она не уронит лица перед ними.

Вэнь Цин успевает принять ванну и сменить одежду, рассортировать собранные по пути травы и выставить некоторые пузырьки, которые в перспективе могут понадобиться в ближайшее время, а повязать на одну из створок распахнутого окна золотистую ленту. Знак, о котором они с Лань Ванцзи тоже договорились.
Когда дверь скрипнула, Вэнь Цин сидела у столика, перевязывая пучки трав ярко-красными нитками. Она отложила готовый пучок, отряхнула подол ханьфу и поднялась, оборачиваясь к вошедшим.
— Ханьгуан-цзюнь. Глава Цзян, — сложив руки, Вэнь Цин коротко поклонилась и выпрямилась, без страха глядя на мужчин.
Внутренне готовая к чему угодно.

+2

12

Цзян Чэн вообще не понимал, почему он согласился на авантюру о которой даже не имел представления. В его привычки не входило доверие кому попало. А Лань Ванцзи был именно тем самым "кем попало". Но зная о том, что тот никогда не имел привычки лгать, Чэн отбросил посторонние мысли и пошел собираться в дорогу. Он передал одному из своих приближенных, что отправляется на охоту в одиночестве и чтобы за ним никто не следовал. Если приближенный и удивился, то не подал вида. Передав все дела, Ваньинь собрал небольшую сумку и вышел за территорию ордена.

За не длинное время их путешествия неизвестно к чему, Цзян Чэн представил себе несколько версий развития. Нужно было продумать все варианты отступления. Как учил его Цзян Фэнмянь: "Прежде, чем войти в какую-нибудь комнату, поищи выход из нее." Теперь, Ваньинь искал выход. На ночь они остановились в небольшой придорожной гостинице. Вид у постоялого двора был не чета юньмэнским, но нужно было где-то переночевать, а ничего большое поблизости не виднелось. Спутники разошлись по своим комнатам. Спустя какое-то время до слуха Цзян Чэна донеслась тихие звуки гуциня. Лань Ванцзи решил помузицировать посреди ночи? Вспыхнувшее едва раздражение, медленно ушло и Чэн понял, что Второй молодой Лань не оставил своих попыток успокоить главу Цзян. Уснуть ему так и не удалось. На утро, быстро умывшись, путники продолжили свой путь.

Лань Ванцзи внезапно остановился. Цзян Чэн, пребывая в своих мыслях, продолжил идти вперед.
- Это здесь.
И только после тихих слов спутника, он остановился и повернулся к небольшому зданию. Это однозначно был постоялый двор. Хороший выбор для встречи с кем бы то ни было. С одной стороны, были люди и случись что, поднимется паника. С другой, можно было не беспокоиться о посторонних ушах. Как и предполагалось, Лань Ванцзи повел Цзян Чэна в самую отдаленную комнату. Войдя без стука в дверь, Чэн не сразу заметил присутствовавшего в комнате человека. Женщина - а это была именно женщина - сидевшая возле окна, встала и чинно поклонилась им, назвав их по именам.
Цзян Ваньинь, поняв, кто она, отступил на шаг к двери. За время, которое прошло с тех пор, как он не видел целителя Вэнь, так нисколько не изменилась. Поэтому, он узнал ее сразу. Волна гнева снова завладела его разумом, что Цзыдянь затрещал, как сумасшедший, покалывая палец. Зная теперь всю правду о своем Золотом Ядре, Чэн не мог смолчать:
- Как вы могли так поступить, Дева Вэнь?! Почему вы согласились на идиотскую идею Вэй Ина? Зачем? - комок из непрошенных слез подступил к горлу и Чэн не мог больше ничего вымолвить. Он злился на нее все это время, как узнал правду. На нее за то, что позволила сделать это с ним, на  брата, что тому пришла в голову эта безумная идея, на Лань Ванцзи. Просто потому, что не был с Вэй Усянем в тот момент.
Все втало на свои места, когда Чэн вспомнил, что говорил Второй Лань, когда упрашивал пойти с ним.
Сжав кулаки до боли, глава ордена Юньмэн Цзян опустил голову и позволил слезам пролиться.

Отредактировано Jiang Cheng (2021-03-14 14:12:24)

+2

13

Цзян Чэн зашел первым, и Лань Чжань чуть отступил, держась за его спиной. Оглядев быстрым взглядом коридор и убедившись, что там нет никого, он тихонько прикрыл за ними дверь и поклонился приветственно девушке, но ни на миг не выпустил из поля зрения главу Юньмэн Цзян, внутренне готовый к любой его реакции.
К любой, только не слезам.
Ванцзи, впрочем, остался невозмутим. Он недооценил ту боль, что охватила Ваньина. Он видел эту боль в храме, но не полагал, что она сильна настолько. Злость была, это было понятно по треску Цзыдяня с привкусом грозы на кончике языка, но хлыста так и не появилось. А затем и треск вкупе с фиолетовыми вспышками исчез, оставив лишь сломленного человека, что даже не задумался о том, что женщины напротив не может быть, потому что для всего мира она мертва.
Ханьгуан-цзюн посмотрел на Вэнь Цин, безмолвно спрашивая ее мнения о том, что делать. Он оставлял решение за ней, он не хотел сейчас вмешиваться. В конце концов, золотое ядро - это то, что связывало их троих: его, ее и Вэй Ина. Сам Ванцзи оказался случайным путником в их жизни и планировал уйти, едва убедится в безопасности девы Цин.
Он хорошо помнил, что почувствовал, когда Вэнь Нин рассказал главе Цзян о жертве его брата. Как же много было любви и самоотдачи в этом человеке, это удивляло и одновременно восхищало. Он давал, не требуя ничего взамен, раздавал всего себя по кусочкам, а вместо этого получал лишь пинки. Во многом поэтому Лань Чжань встал рядом.
Цзян Ваньин был другим. Ненависть его была разрушительной, но она была проще. Было легко ненавидеть. Любить сложнее. Сложно принять, что человек готов ради тебя на все. Сложно принять, что он пошел бы на это не только ради тебя, просто потому что он такой. Сложно сказать “спасибо”. Сложно чувствовать себя обязанным. Сложно. Ненавидеть легче. Ванцзи понимал и принимал этот выбор, хотя сам сделал совсем иной. И он чувствовал необходимость помочь главе Цзян - потому что тот мог помочь Вэнь Цин, а еще потому что он был важен Вэй Ину.

+3

14

- И это ваша благодарность, господин Цзян? - Вэнь Цин сердито щурится. Не в свой адрес она ждёт благодарности, но в адрес Вэй Усяня. Человека, который положил всё, чтобы наследник Юньмэн Цзян не остался калекой и смог продолжать путь заклинателя. - И не смейте кричать на меня! Мне нравилась эта идея не больше вашего. Но Вэй Усянь был настойчив в своём желании спасти своего шиди. Который сейчас вместо того, чтобы принять бесценный подарок с должным почтением — возмущается и топает ногами, как дитя!
Она никогда не отличалась мягкостью. Сердце целителя зачастую столь же жестоко, сколь и милосердно, и если физическую оболочку Вэнь Цин лечила со всей трепетностью и бережностью, то чужих чувств не щадила, говоря прямо. Она замолкла, лишь увидев чужие слёзы.
Бросив взгляд на Лань Ванцзи, Вэнь Цин поджала губы и коротко выдохнула.
— Как бы там ни было, — уже спокойнее произнесла дева Вэнь, заставляя голос звучать мягче и напевнее. Давалось ей это с трудом, за годы жизни на горе Баошань Санжэнь, Вэнь Цин отвыкла быть терпеливой к пациентами, отвыкла от необходимости сглаживать свои речи, чтобы никого не ранить неосторожным словом. Наставница ценила прямоту своей ученицы. Здесь же её едва ли оценят. — Что сделано, то сделано. И ваша задача, глава Цзян, бережно относиться к тому, что вы имеете. А моя — привести в порядок то, что вы уже успело испортиться.
Вэнь Цин не обвиняла прямо, но в её словах легко читался укор.
"Если бы не ваши эмоции, глава Цзян, ситуация не была бы столь плачевна".
— Мне нужно вас осмотреть, — целительница кивнула в сторону застеленной постели. — А вам придется довериться мне. Если будете возмущаться и спорить, я уйду.
И вновь она смотрит на второго нефрита клана Лань. Вэнь Цин обещала помочь. Но насаждать своё добро и помощь силой она не была намерена. Если Цзян Чэн не пожелает быть излеченным — она умывает руки.

+1

15

Слова Девы Вэнь били точно в цель. В поддых, в самый центр солнечного сплетения. На мгновение Цзян Чэн подумал, что больше не сможет вдохнуть воздух. Это было больно. И она была права, как бы глава Цзян не хотел этого. Конечно, святой Усянь пожертвовал собой, чтобы он мог дальше жить. Кто его просил об этом? Что за дурная привычка принимать решения в одиночку? Решения, которые в последствии приносили лишь проблемы и горечь.
Цзян Чэн попытался взять себя в руки и унять дикую боль в груди. Он прикрыл глаза и сделал несколько вдохов и выдохов. Сердцебиение приходило в норму, туман в голове рассеивался. Если Вэнь Цин могла ему помочь, он не станет отказываться. Он не допустит потерю Золотого Ядра, которое принадлежало его брату. Он поднял голову и повернулся к Ванцзи и Деве Вэнь.
- Если вы сможете помочь с моей проблемой, я не стану сопротивляться. Это единственная драгоценность, что осталась у меня от брата. Только богами вас заклинаю, не смейте что-то скрывать от меня, - Чэн посмотрел на Лань Ванцзи, затем перевел взгляд на Вэнь Цин. - Что вы хотите взамен за свою помощь, Дева Вэнь?
Холод вернулся во взгляд Главы Цзян. Трезвое мышление и ясные мысли - единственные вещи, которые он должен был проявить в данной ситуации.
- А вы, Ханьгуан -цзюн? Какая вам выгода от этого? Что вы получаете в итоге от этого?Что вы хотите от меня получить за помощь?
Чэн все еще не мог понять, почему эти люди хотят ему помочь? Радует одно: выбор, которого Цзян Чэн боялся на протяжении всего пути, делать не придется. Камень с души свалился. Сейчас главное было уйти из этого места туда, где их никто не смог потревожить. И Юньмэн Цзян отлично для этого подходит.
- Предлагаю отправиться в Юньмэн не медля. Это место хорошо защищено. Там никто не сможет помешать вам, Дева Вэнь. Но я хотел бы знать, как вам удалось выжить? Ходило море слухов по миру заклинателей.

+2

16

В эмоциональный разговор девы Цин и Цзян Ваньина Лань Ванцзи не лезет, замерев неподвижной белой статуей у дверей. Он пристально наблюдает за обоими - но больше, конечно, за главой клана. Но тот, несмотря на разбитое состояние, агрессии не проявляет, и Лань Чжань не вмешивается. Его не касается эта тема, это дела только их двоих. Быть может, еще Вэй Ина, но его сейчас здесь нет. И он думал, что и оба присутствовавших в комнате забыли о нем, когда Ваньин вдруг повернулся, глядя еще влажными после слез глазами.
- Ничего, - спокойно ответил Ханьгуан-цзюн. Он никогда не врал, всегда будучи кристально честен, даже если эта честность могла навредить. И он всегда отвечал в точности на поставленный вопрос - не больше и не меньше. Дядя, например, зная об этой особенности младшего племянника, задавал один за другим множество вопросов, вытаскивая постепенно нужную информацию. Глава клана Цзян не ограничился одним, но ответ на них был единым. Пояснений Лань Чжань, конечно, давать не собирался.
- Деву Цин спас Вэй Ин, - коротко откликнулся он, не дополняя о своем непосредственном участии в этом мероприятии. В конце концов, больше для девушки сделал даже Сичэнь, чем он сам. И теперь Ванцзи ощущал благодарность ей за его лечение. Ему казалось, что целительница сделала для него больше, чем он для нее. Потому ли он решил помочь ей снова? Едва ли. Все равно помог бы, даже если бы не было чувства долга. Потому что помощь ей была нужна, потому что Цзян Ваньину помощь была нужна, и потому что оба они были важны для Вэй Ина.
- Глава Цзян прав, в Юньмэне будет безопасно, - кивнул заклинатель, глядя на девушку. - Я провожу вас, чтобы убедиться в вашей безопасности.
И, скорее всего, побудет некоторое время в Пристане Лотоса. Возможно, деве Вэнь понадобится помощь в лечении, а ему пока некуда идти. Он не сомневался, что вскоре его путь найдет его сам, но пока он будет здесь.
- Но если дева Цин настаивает на немедленном осмотре, вам стоит послушать ее, глава Цзян, - добавил Ханьгуан-цзюн после паузы. В конце концов, он не знал, в каком состоянии пребывает золотое ядро Ваньина - едва ли он бы дал ощутить его биение. Но мелодия успокоения души действовала довольно быстро, значит, все было не так уж плохо.

+2

17

— Ничего. Достаточно будет вашего обещания никогда не причинять вреда мне и моему брату, — без промедлений отвечает Вэнь Цин. — Больше мне ничего от вас не нужно. Я всего лишь хочу, чтобы моя работа и жертва Вэй Усяня не пропала зря.
Ещё Вэнь Цин хочет закончить свой трактат, начатый, кажется, ещё в прошлой жизни. По крайней мере, ощущалось, будто это было бесконечно давно, хотя каждую строку она помнит наизусть и способна произнесли в любое время дня и ночи. Но этого недостаточно. Ей нужно зафиксировать результат и разобраться с последствиями. Сколько времени это займет — Вэнь Цин понятия не имела.
— Если вы можете гарантировать, что ваши люди не попытаются убить меня, едва я переступлю порог Пристани Лотоса — то хорошо. Пускай, — словно нехотя соглашается она.
Но в самом деле, не заниматься же врачеванием на постоялых дворах... Да и глава Цзян явно слишком занят, чтобы иметь возможность надолго отлучаться.
Она благодарно взглянула на Лань Ванцзи, который ответил на вопрос относительно её судьбы. Как она выжила — Вэнь Цин и сама до сих пор понимала слабо. Целительница почти не помнила несколько дней, предшествующих тому, когда она открыла глаза и обнаружила, что находится в Гусу Лань. А после... о том, что было после её не спрашивали. Возможно она когда-нибудь и расскажет, но уж точно не сейчас, нынче были дела поважнее.
— Дайте мне руку, — она озвучивает просьбу, но не дожидается отклика, берёт сама и касается запястья двумя пальцами, вслушиваясь в течение ци в чужом теле. Нестабильные, хаотичные, они всё сильнее смещали меридианы, но пока что ситуация была не столь фатальна, как думала Вэнь Цин. — Что же... думаю, нам и правда стоит отправиться в Юньмэн прямо сейчас. Вот только у меня нет меча, я не смогу лететь.
Её собственный канул в небытие в войне, а новым она так и не обзавелась. Ни к чему было, на горе Баошань Санжэнь он бы ей не пригодился, а сейчас... вполне получалось путешествовать с попутными повозками. Это было даже лучше для маскировки, в ней не признавали заклинательницу, лишь обычную женщину, путешествующую травницу. Так безопаснее. Но в вопросах срочности, конечно, отсутствие меча было солидным минусом.

+2

18

Наверно, со стороны Цзян Чэна было нетактично задавать все эти вопросы. Но он должен был для себя прояснить некоторые моменты. И Чэн верил Ванцзи. Верил, что тот помогал бескорыстно. Что ему не будет никакой выгоды от помощи ему. Принять это оказалось не легко. Глава Цзян задушил на корню свою гордость и вздрогнул, когда дева Вэнь схватила его за руку. Ее теплые пальцы нащупали точку пульса, проверяя его состояние. Если это действительно поможет, Цзян Чэн готов был притащить в Юньмэн Цзян весь орден Вэнь и пообещать им защиту.
- Я обещаю, что ни с вами, ни с вашм братом в моем ордене ничего не случится. Мои люди прекрасно справляются со своими обязанностями и ставят мои приказы выше своих желаний и чувств. И я предоставлю вам все необходмое. Второй господин Лань, - Чэн повернулся к Ванцзи, - Хочу вас попросить отправиться с нам. Вы сможете оставаться в Юньмэн Цзян столько, сколько вам потребуется. Нам не следует задерживаться здесь более, чем требуется.
После того, как они вышли с постоялого двора Цзян Чэн решил нанять лошадей, чтобы не пришлось идти пешком. Все же, с ними была женщина, а путь был не близок. Да и не хотелось еще раз останавливаться где-то для ночевки. Хотелось поскорее вернуться в Юньмэн. Если правильно рассчитать, что не задолго до заката они смогут уже въехать на территорию Ордена. Расплатившись с конюхом за трех быстрых скакунов, Цзян Чэн приготовился к бешеной скачке без передышки. Он надеялся, что не загонит лошадей.

Так и вышло: спутники въехали в Юньмэн перед самым закатом солнца. Давненько ему не приходилось ездить верхом. Задница болела и хотелось только одного: залезть в ледяную бочку и стереть с себя пот и дорожную пыль. Оставив лошадей у входа, глава ордена дал распоряжения своим людям о том, чтобы те приготовили еще две комнаты для гостей.
- Дева Вэнь, Второй господин Лань, вы можете пройти за слугой. Он покажет комнаты, в которых вас будет ждать бочка с горячей водой. Вы сможете отдохнуть после тяжелой и изнуряющей поездки. Смею предложить отложить все дела на завтра. Если вы голодны, сможете попросить того же слугу принести еду вам в покои, - Цзян Чэн дождался подтверждения от слуги и продолжил: - А сейчас, прошу простить мою грубость, но мне требуется время, чтобы подумать и принять текущее положение дел.
Цзян Чэну было стыдно за свою слабину во время встречи с Вэнь Цин, так что, задвинув свои эмоции глубоко, перед Лань Ванцзи и Вэнь Цин стоял Глава ордена Юньмэн Цзян. Чэн церемонно поклонился каждому из своих спутников и удалился к себе. Следовало тщательно обдумать свое дальнейшее поведение.

+2

19

Откровенно говоря, Лань Ванцзи сомневался в словах главы Цзян. Не то чтобы он считал, что тот врет, но о том, насколько сильно Ваньин не любил Вэней знали многие. Конечно, сейчас он чувствовал необходимость в Вэнь Цин, боялся остаться без золотого ядра, но обещать безопасность ее брату… Призрачный Генерал был не тем… существом, которое был бы готов принять хоть один из кланов. Пожалуй, только у девы Цин и Вэй Ина хватало сердца, чтобы любить того так же, как когда он был обычным человеком. Однако Цзян Чэн человека с большим сердцем и склонностью к всепрощению похож не был.
Но Лань Чжань держал свои выводы при себе. Он кивнул согласно в ответ на слова, что относились непосредственно к нему. В этот момент он позволил себе, наконец, расслабиться, понимая, что разговор прошел лучше, чем он опасался. Идею привести целительницу к тому, кто больше всего в ней нуждался, Ханьгуан-цзюн считал хорошей, но планировал, конечно, какое-то время пробыть в Пристани Лотоса, чтобы убедиться, что все идет хорошо.
Жаль только, лотосы еще не начали цвести.

Обратная дорога проходила в молчании, да и говорить, скача во весь опор, было не с руки. Ванцзи держался чуть позади, следя краем глаза за девушкой, но та держалась в седле уверенно. Но даже убедившись в этом, свое положение в хвосте их небольшой компании он не оставил, давая возможность главе клана выбирать дорогу самостоятельно, а сам присматривал за обоими спутниками.
Утомительная дорога никак не сказалась внешне на Втором Нефрите. Привычный к тяжелым нагрузкам, он хорошо держался на лошади и, казалось, совсем не устал. Разумеется, тело хотело отдыха, но  Лань Чжань умел держать лицо.
- Благодарю вас за гостеприимство, глава Цзян, - он поклонился, как и положено в такой ситуации, сведя руки перед собой. Однако Ваньина, похоже, не волновали церемонии, он поспешил предоставить гостей слугам, а сам поспешно скрылся. Какое-то время Ванцзи, выпрямившись, смотрел ему вслед, но затем повернулся к своей спутнице.
- Дева Цин, - он поклонился вновь. Он планировал оставить ее одну, но вежливость не позволяла просто уйти, бросив девушку на попечение слуг. - Я провожу вас.

+1


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » прожитое » Like puzzle pieces in their eyes