POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » фандомное » мы их произносим сами


мы их произносим сами

Сообщений 1 страница 6 из 6

1


http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1806/204846.jpg
[indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent] johnny & alt

Отредактировано Alt (2021-04-26 01:57:09)

+4

2

[icon]https://i.imgur.com/hiAQFUy.jpg[/icon]
— Тачку их поджечь? Да не, было уже. — задумчиво тянет Генри, пока крутит в пальцах кислотного вида флаер с объявлением о концерте, на который им вход заказан оказался абсолютно. Причины не объясняются, менеджер руками разводит, пытаясь в нелепые попытки убедить, что и так всё отлично и им не всирается абсолютно и это выступление в принципе.
Менеджер со своими попытками в дипломатию на каком-то клеточном единогласии посылается в пешее путешествие на последующие часы без какой-либо возможности на возвращение в общее «здесь и сейчас».
Раздражение от такой простой заменимости кем-то невразумительным и откровенно отстойным (а иначе с укурками, что шанс буквально из-под носа уводят, и не может быть) в воздухе тяжестью повисает, от которой не отплеваться.
Понимание, что все двери, которые были закрыты в большинстве своём всю жизнь до этого, теперь открыты, кружит голову нещадно. Под натиском вседозволенности в труху перемалываются остатки осторожности, когда очередной выдох вырывается сизым дымом выдуманных кем-то ещё иллюзий, а телом овладевает расслабленность максимальная: нет необходимости бежать вперёд бесконечно, как нет нужды и в том, чтобы задумываться обо всём, что будет дальше в принципе, ведь у зануды-менеджера всё расписано, а его задача заключается в том исключительно, чтобы посреди расписания и договорённостей находить время на жизнь свою собственную.
То, за что раньше единственный результат — переломанные в подворотне рёбра в случае, если бежать не слишком быстро, теперь превращается в элемент личного бренда. От липкости продажности спасаться легко выходит в моменты, подобные этому: когда в омут с головой в новую идею, что уверенным шагом вдоль пропасти, в попытке урвать побольше острых ощущений; когда решение принимается в заторможенной препаратами синхронизации, а здравый смысл остаётся оседать невысказанным недовольством меньшинства.

К чёрту сам концерт, на самом деле.
К чёрту организаторов, решивших, что прокатить их с возможностью выступить, — отличная затея.
К чёрту менеджера нынешнего, которого уволить бы ко всем чертям за бесхребетность абсолютную.

Есть идея получше. — в противовес высказанному буквально из принципа, несмотря на то, что изначальная идея с поджогом хоть и отдаёт мейнстримной приторностью, но всё же почти походит на бессмертную классику.
Последствия вероятные в расчёт не принимаются в принципе, ведь самоцелью служит необходимость на чужое место указать и собственное закрепить в глазах своих и общественности. Это всё — слова и мысли красивые, от которых толку примерно ни хрена, когда в путь срываются по щелчку пальцев.
Горящая тачка не помешает выступлению, а вот их таинственное исчезновение на пару часов/суток — более чем. — идея гениальна даже без топлива в качестве наркотического дыма в голове.
Феноменальность озвученного одобрительным присвистом вдоль стен и прочь за пределы помещения, чтобы порывистым ветром в город. Смех победителей до абсурдного накрепко привязывается, несмотря на то, что на совершение задуманного ещё время потребуется обязательно.
В момент их выхода вместо группы обозначенной в программе взрыв различных волн настроения сугубо обязателен. После — новый скандал на первых страницах сетевых изданий, чтобы ещё на несколько недель вперёд только об одном и болтать на всех возможных площадках.

Город разрезать своим намерением и решительностью, до которой никому больше не дотянуться ни за что. Через болтовню через десятые руки, чтобы точно знать, где неудачники околачиваются прямо сейчас. На авто под громкий и неконтролируемый рёв динамиков прямиком к точке начала миссии — как когда-то давно и в другой компании в холоде неоновых огней и теплоте силуэта под боком на контрасте — и под мысль проскочившую о том, что парой лет ранее мечталось не совсем об этом.
Секундное сомнение глушится всеобщей радостью и предвкушением: под кожей разливается покалывающий жар так стремительно, что разобрать не выходит — служит ли причиной план в процессе выполнения или употреблённое раннее.
Резкий поворот на красный сигнал светофора под чьи-то недовольные возгласы в области тротуара, которые со всей чистотой совести игнорируются чуть более чем полностью. Корпоративные здания в кривой насмешке над головами небоскрёбами нависают, а потом и вовсе сжимают всё пространство вокруг себя, когда они останавливаются в переулке, оставляют тачку и прямиком к местности, где множество чёрных ходов и курящих  в другие часы работников.
Сейчас тут царит относительная тишина, до которой въедливо долетают звуки улицы по другую сторону от здания.

Хлопок двери раздаётся, а взгляд вычленяет в урбанистическом пейзаже кого-то знакомого.
Присвист становится символом того, что день, что с самого начала предвещал примерно ничего, сейчас становится всё лучше.

Эй, hot nerd, — интонация не может остановиться и перетекает от лёгкого удивления до восклицания в знак довольства случившейся встречей. Воспоминания окутаны отсветом аркадных автоматов и зарывающимся ближе к коже ветром над головами ничего не подозревающего — как обычно — большинства.
Присутствие остальных ставится на паузу в один момент.

Отредактировано Johnny Silverhand (2021-05-17 17:25:56)

+2

3

чужая речь липкая, распадается на отдельные буквы - одинокими всплесками, не с периодом в сотню пробегающих лет и без треска в ушах (спасибо мистеру гейгеру). альт отдирает лоскуты ненужной для нее информации, игнорирует каждый вопрос в пищащей - дело вкуса, никаких личных обид, голос не выбирают ведь от рождения? - по правый бок интонации. дедлайн не достигнут, сработано здорово, и ей остается просто кивнуть, чтобы маргарет успокоилась; в одиночку попроще, без натиска из обязательств в вежливости и уточнений, как у кого дела. хуево - дефолтное, альт хочется распахнуть той глаза, чтобы с чистой совестью носом в сочащуюся прямо здесь, в переулке за стеклянными башнями, правду о том, где живет.

ботинки ерошат утромбованность влажности - круговой диаграммой о составе из мусора, грязи и чьей-то мочи, - локти по перилам под странным углом. запах табака вовсе не чувствует, пока не вблизи и не сереющим клубом на половину объема каждого легкого. вдох, призванный успокоиться и мысленно частоколом от того, что теперь под грифом completed; кожа зудит от часов по ту сторону, с невесомостью - мнимой, потому что ось по иксу вроде присутствует, хоть и в другом понимании; глаза, наверное, красные, и пальцы каждый раз норовят коснуться у кромки ресниц (ногтями было бы замечательно).

блики от улицы пытаются выжить, существуют нечеткими зернами под вой из сирен, чередой из машин - лживый сценарий, написанный нспд, и отчет с условным «скрылся/вскрылся/вскрыл еще четверых». лишить человечество большей части возможностей, от которых в свинцовый до сорока, - всего-то понадобилось истребить все, что пушистое, лает или летает над головой. и вроде бы пусть расчищен, время готовиться к пиру, антропос > всё, но биоскульптинг застенчиво машет киберпсихозом в третьей части (по официальной статистике) от произведенных апгрейдов за десяток лет с доступом для смертного населения муравейников.

имплант не тревожит, не дергает, не намекает наличием; влитой идеально по корпусу, если сложить обе руки - альт действительно складывает, пока сигарета немного ломается под краями зубов, - разница в материале и назначении. полгода достаточно, чтобы стереть остатки тех гигабайт засаленной памяти, когда каждая из конечностей мягкая, гибкая и подчиняется всем законам библейского мироздания. недостатков былого хватает, чтобы без зазрения совести, ни капли из скудного сожаления - отзыв на пять звезд из пяти на сайте европейской компании правой рукой в доказательство.

осколком внимания в тумане из заторможенности - погружение в сеть глубже и ярче, отходняк с флагом пропорции в равной степени - не сразу цепляется за смутно знакомый силуэт. альт вовсе не реагирует, пытается скинуть на буйство нейронов, на тошноту и круговерть участка земли; интерпретация памяти под гнетом знакомого каждому жителю голоса - сильверхенд последнее время из каждой колонки, станции радио то и дело болтают без умолку о вкладе этого уникума (альт постиронично смеется) в историю города, государства, мозги - их отсутствие - всех его слушателей. примерно на этом моменте громкость на минимум позволяет додумать финал в нужном для альт направлении. hot nerd зачем-то мурашками и запахом - может поклясться, что чувствует - апельсиновой газировки. слишком давно, чтобы моментально с деталями, но уверенность в целостности дампа человеческой памяти не истончается даже после третьей попытки сморгать веками приближающийся с улицы силуэт.

- эй, сильверхенд, - нет, не коверкает интонацию; приветственно машет своей сигаретой - помнишь, кто научил? - и делает шаг (целых два) в его сторону.

головой на градусов двадцать и взглядом на собравшихся у того за спиной. уравнение из первого класса, математика и принцип простого сложения: рокербои плюс подворотня равно дело, в которое нос совать не стоит любому нетраннеру. пульс предательски на пятнадцать лишних ударов в минуту, но альт старается выглядеть... норм - что-то среднее между совсем заебавшейся и радостной из-за внезапности встречи. пусть и с приятным осадком, которой стоит почистить спустя года два (полтора?), чтобы без плесени в будущем.

- поздравляю, - наверняка тому выдали какую-нибудь награду на какой-нибудь музыкальной церемонии награждения. - попробуй кепку и усы, если фанаты достали.

иначе зачем ему шляться по злополучным местам?

+2

4

Ощущать себя легче воздуха и незаметнее пыльной песчинки в какофонии грохочущего симуляцией жизни города вокруг. Острыми боками в лучах жаркого солнца в дни особенно благоприятные, но редкие до несправедливости, чтобы потом под артиллерийским залпом бесстрастного ливня к земле ничком все без исключения.
На фоне масштабности серых коробок событие любое истирается во всё ту же пыль пресловутую, рискуя без свидетелей затеряться и не дотянуться до страниц местной истории.
Пятна разноцветные – автомобили, что несутся по бесконечным лентам шоссе, и люди, которые в каждую секунду своих реальностей стремятся к бесконечности, – походят на брызги, оставленные криворуким горе-художником. Они [пятна-личности] рискуют так никогда и не узнать, что где-то за пределами привычного существует нечто почти настоящее и стоящее каждого прожитого воздуха.
Истина ускользает раз за разом, оставляя их всех один на один со своими личными демонами в этой клетке, прогнившей до основания: мало кому придёт в голову прутья на зуб попробовать.

Если всё – игра, то какой смысл следовать правилам? Если за пределами находится только всепоглощающее «ничто», то границы размываются.
Есть подозрение, что все мертвы давным-давно, но продолжают бежать по инерции и мышечной памяти, потому что не могут иначе.
Воздух вязкий и насквозь пропахший смесями химикатов так, что дым сигаретный становится чем-то по-настоящему «свежим» за последние несколько суток.

Голос чужой звучит и становится переключателем, запускающим смену старых выцветших слайдов, которыми выстраивается всё происходящее. Впечатление складывается, что только вспышками-щелчками и следует запечатлевать что-то стоящее в городе, что умудряется в себе сочетать неизмеримые скорости всего (от поглощения до поглощаемости) и фактически трупное окоченение тела, от которого любой и каждый пытается кусок побольше урвать и утащить.

Несколько чужих личностей за спиной будто бы и вовсе отрезаются на короткий миг обмена приветствиями.
В голове и за её пределами время течёт в противоположных направлениях. Сигаретный дым внимание захватывает то ли на целую вечность, то ли всего на пару секунд, чтобы потом взглядом по её лицу с цепкой нерасторопностью, будучи захваченным мгновениями минувшего.
Время – иллюзия, из которой лепят желаемое, потому что иначе пропасть в два года – плюс/минус – разъяснить невозможно фактически.
Произошло слишком много всего и ничего одновременно.
Что-то не подвергается изменениям в принципе.

Бровь приподнимается в ответ на поздравление – неоновые огни заливают самые потаённые края memory lane, возвращая по щелчку пальцев обратно к Пасифике и жужжанию игровых автоматов.
Движение с остановкой ровно за шаг до того, чтобы в дребезги личные границы – свои и чужие.
Пальцами вперёд и зацепкой за чужую сигарету, чтобы сизый дым с нотками апельсиновой газировки, что ещё не успели перейти в категории ностальгичности.
Призраками неоновой россыпи тогда по улицам города. Ими же и сейчас: они тенями отпечатываются на серых пластинах домов, что служат самыми надёжными и молчаливыми свидетелями.
Затяжка глубокая и взглядом вновь от макушки чужой до пят с целью выцепить всё, что успело измениться за время, что по разные стороны реальностей.
Дым выпускается вверх вместе с вниманием до здания, чтобы сразу после – по лицу уставшему и импланту (как того и хотелось).

– Нет, это я тебя поздравляю, – на выдохе и с насмешкой осязаемой. Ощущением собственной значимости, будто бы только этого и достаточно, чтобы утвердиться во мнении: в потоке городской симуляции находится и выше всего остального между тем, неуязвимость надуманная в опасном миксе с пониманием вседозволенности для других надгробным камнем дробится, но с ним такого, конечно же, не случится.
Замечание о фанатах заставляет спину выпрямить в акте самодовольства откровенного: никакого больше огня в лёгких с опасением за собственную шкуру и треска сломанных пластинок.

Из нас двоих прикрытие тебе нужно больше. – чужая вымученность красноречивым сигналом служит, дёргает ниточки памяти, пытаясь вытащить нечто поближе к поверхности.
Любопытство равнодушием глушится мгновенно, когда следующие мысли в слова облачаются:
Net stuff and no music, no (real) life, huh? – сигарету обратно в чужие пальцы и короткой паузой под аккомпанемент из разговоров за спиной. – Wanna hang out and feel it all over again?

+2

5

альт улыбается без тени обиды, провожает взглядом отобранную - достаточно нагло для того, кто не позвонил - сигарету и с сожалением наблюдает за тлеющим табачным концом. звонить и не должен был (по правде), не было никаких договоренностей (обещаний - тем более), но в памяти отчетливо и в параллель с белоснежной бумагой у него на губах съедаются крошки потертого недовольства. было же хорошо? даже не про ту, пошлую часть, не про кульминацию всего утра-вечера, - задолго до этого, когда под ногами сначала пошарпанный паркет в зашакаленном корпорациями виниловом магазинчике, а после - весь город, еле стоящий на своем основании.

ее опоясывают провода, миллионы тонких стеблей с липкими лапами, разбросанные по креслу для иного уровня погружения. кибердека - домашняя - теряется в складках из простыней, чтобы после тяжелого рабочего дня (мама бы гордилась и расписанием, и соцпакетом, и мнимой иллюзией ее важности) утащить обратно в нетспейс; два часа в этой реальности - максимум, который альт пытается выжать. и выжить - после, когда под барабанный стук в голове пробивается тупое человеческое «нужно что-то пожрать». благослови господь лень и маркетинг, почти под каждой одинаковой дверью одинаковых бетонных столбов ее уже ждет размалеванный автомат с почти одинаковыми батончиками, смесями и газировками - полноценный бестиарий для химии.

дни пролистываются - было что-то иное в бумажных календарях, почти магическое, - пробегают яркими пикселями на прозрачном фоне, оставаясь практически незамеченными. альт смотрит на маргарет, складывая на одну чашу весов все банальности социума и нескончаемую болтовню (та может тараторить без умолку, честно, часами), на другую - клокочущую внутри интуицию; даже не логику, не знание натуры напротив - той части, которую джонни умудрился не скрыть. смотрит на переваливающее в очевидную сторону решение, прожевывая каждую секунду отчаянности (отчаяния) прежде, чем согласно кивнуть; выхватить сигарету обратно для последней затяжки и сломать позвонки окурка подошвой на земле.

- на этот раз у меня с собой пистолет, и твоя очередная пластинка - возможно - не пострадает, - альт хочет себя заткнуть.

списывает на нервозность работы, несостыковки реальности, простоту матрицы (в противовес ее кодовой сложности), где необязательно говорить - оправдания в список, чтобы потихоньку вычеркивать. сердце все еще пытается проломить ребра наружу, и невозможность остановить (желательно навсегда) вяжет хуже, чем все неловкие паузы, когда-либо повисающие между альт и кем-то еще. в прошлый раз было проще, без дополнительных глаз по бокам и условностей, которые успевает собрать из ошметков принципов и самоуважения - что там еще делает корпочервя уважаемым человеком?

- каков план? вы же не просто устроили себе экскурсию по смердящим местам, - рука дергается невольно, тычет пальцем в сторону металлических баков, гор из мусора и всему тому, что услужливо стягивают с главных улиц за здания.

если бы не величавые башни вокруг - альт буквально ощущает себя запертой на дне киберколодца - хрен догадаешься, в какой части города; реклама - из-за углов, в отражениях, в вывесках - давит пальцами, как букашек, сгребает внимание в морщинистую ладонь, чтобы сжать посильнее (купи, попробуй, потрать последние эдди на пылесос с самосознанием - в отличие от тебя) и выбросить обратно на улицу с опустевшим карт-счетом и не успевшей подняться гордостью. было бы чему.

но шагает следом, подстраивается под темп (далеко не прогулочный), каждым миллиметром не закрытой синтотканью кожи ощущая единую висящую нервозность на всех. заглядывает в глаза джонни - коротко, в надежде, что не заметит, - чтобы тут же под ноги для равновесия. после вакуума по ту сторону все же пошатывает, отдается хрустальностью костей и коленных чашечек, напряжением мышц (словно натянуты тетивой), онемевшей спиной - свободный крой платья и куртки на контрасте со сдавливающим костюмом нетраннинга ощущается пластиковым мешком.

+2

6

Точка соприкосновения объективно случайная, но ощущение обратного обманывает и заставляет в очередной раз  легкомысленно отмахнуться.
В судьбу и прочие попытки обосновать, что существуют те события, которые предначертаны и никак иначе, верят лишь те, кто никогда в Сити не бывал и мало представляет, как всё работает на самом деле: калейдоскоп неоновой серости не оставляет места для подобных фантазий, затягивает беспощадно и заставляет либо гнать с множеством других таких же по течению, либо гнаться за независимостью, собственными целями и построением идеалов, чтобы все силы каждым отдельно взятым жителем спускались на то, чтобы удержаться на плаву.
Статистика отнюдь не двояко намекает на то, на чьей стороне всё же случается перевес.

Его личный выбор под вопрос не ставится, поэтому уверенным шагом прочь, даже если какой-то крохотной части и хотелось бы задержаться. Независимость подразумевает телефонное молчание и красноречивую демонстрацию того, что ни за кем щенком восторженным бегать не собирается, даже если подушечками пальцев по легко запоминающемуся номеру несколько раз перед тем, как принять окончательное решение.
Пресловутые separate ways в каждом движении и каждой брошенной фразе читаются. Не привязывать и не привязываться, чтобы в рандомной, казалось бы, подворотне, и снова лицом к лицу.
Усмешкой себе под нос и аккомпанементом для рассуждений, когда рука привычным жестом на чужое плечо ложится и размазывает в пару секунд все ограничения в виде выстроенных личных границ исключительно для того, чтобы в следующий миг сорваться снова и обозначить дистанцию.

И тебе всё так же не нравится твоя компания. — с насмешкой на серое здание и итогом ко всему увиденному. Чувство дежавю длится недолго, сталкиваясь с реальностью: столкновение останавливается развилкой на том самом месте, где в прошлый раз хваткой за запястье и прочь ото всех.
Воспоминания, что до этого дня, где-то на задворках сознания давились новыми впечатлениями и желанием урвать всё, до чего раньше только в самых сокровенных беседах наедине с самим собой, толкаются и теснятся, приковывая к себе внимание.
Пара лет по меркам Сити — вечность и мгновение одновременно. События могут растягиваться или жизнь с ног на голову переворачивать по щелчку пальцев.
Раньше — без цента на горячий бургер, а теперь пластинок может позволить столько, сколько захочет: в магазин Грега с меньшим постоянством, но всё с той же необходимостью и любовью к тому, сколько всего старикан умудряется добывать через десятые руки и сбывать практически мгновенно: практически под самые часы закрытия, чтобы без лишних глаз и с болтовнёй о том, что вдохновляет помимо очевидно увеличившегося количества эдди, которые спускаются без зазрения совести.

Тянет за собой под чей-то недовольный взгляд, но дела никакого нет.
У одних ребяток явные проблемы с их выступлением сегодня вечером. Надо помочь. — гогот Генри в этот момент служит более чем красноречивым доказательством тому, что о помощи как таковой речь не идёт. 
Шагами торопливыми всё глубже в закоулок, куда с той стороны относительно презентабельной улицы с рекламой навязчивой для пешеходов, десятки чёрных ходов для сотрудников и прочих неудачников, которые жизни свои сдают буквально для поддержания красивой и бездушной картинки.
Они решили, что можно угнать у нас отличное место, — пояснение с расчётом на то, что внимание и без того уже привлекается: никто не держит и никакая резкость тона не скроет тот факт, что она может развернуться и уйти, если только захочет, но делает ровно противоположное.
Останешься и поучаствуешь — получишь вечером пропуск за кулисы.

Мимо одного серого дома и следующего за ним сразу. Стук сердца разгоняется до немыслимых скоростей от адреналина и ещё какой-то дряни, что по крови время от времени.
Со смехом и ощущением собственных превосходства пополам с безнаказанностью. С необходимостью жизненной буквально доказать на практике, что от жалкого существования посреди улиц ни следа не осталось.
С переглядыванием с остальными членами группы для подтверждения о готовности. Пистолет в пальцы для запугивания разве что и пары профилактических выстрелов в воздух в качестве предупреждения, если дёргаться будут больше планируемого.
С вниманием прессы — приятным бонусом обязательно после того, как их собственный концерт сегодня вечером состоится, потому что никто больше не посмеет за поводок дёргать и условия диктовать.

+2


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » фандомное » мы их произносим сами