POP IT DON'T DROP IT [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » фандомное » последствия


последствия

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1903/376070.png http://forumupload.ru/uploads/0019/e7/78/1903/499336.png
Каз & Инеж
Смотришь, но не наблюдаешь. Не видишь, но чувствуешь.

+7

2

Честно говоря, он до сих пор не верил.

Когда Дмитрий, мальчуган на побегушках у Отбросов, шепнул ему на ухо эту несуразицу, первым делом Бреккер подумал на дешевую провокацию со стороны другой банды.

Инеж не могла совершить подобную глупость. Он не разрешил. Она бы не стала.

Или стала бы?

Ответ лежал бездыханным телом на его кровати, упакованный в добрую дюжину бинтов, которые на удивление не окрашивались алым цветом – работа корпориала, потрудившегося за приличную сумму.

Твое непослушание дорого тебе обойдется, Гафа.

Ей нужно было молиться всем своим святым хотя бы за то, что её приволокли прямиком к нему в комнату, избавляя Каза от ковыляния на лишнюю пару метров. За то, что её тело не распласталось на полу лишь потому, что стирать простыни проще, чем выводить пятна с позаимствованного на аукционе шуханского ковра. За то, что её подлатал целитель, а не полупьяный Ротти, ни разу в жизни не державший иголки.

Так много поводов, а Инеж не молилась.

То ли молитвы были неэффективны, то ли трудно было их нашептывать после того, как в боку оказался ножик.

Глупая, глупая девчонка. В её взгляде всегда сквозила непокорность. Надежда, которую можно было обернуть в оружие массового уничтожения. Он увидел это тогда, в их первую встречу в Зверинце. Увидел, но наивно полагал, что она не пойдет против него.

Совсем, видать, потерял хватку. Но ничего, он это исправит.

Её грудь медленно поднималась и опускалась, пока он, развалившись в кресле, лениво полировал набалдашник в форме вороньей головы. Из перебинтованной груди раздался хриплый стон, тут же заставивший его остановиться. Вперить взгляд в девушку, к которой, кажется, возвращались жизненные силы.

В черных глазах сверкнул недобрый огонек. Давно пора.

Когда темные ресницы сулийки затрепетали, он уже нависал над её койкой, задумчиво водя большим пальцем по трости. На лице не было и тени улыбки или радости.

- Надеюсь, ты хорошо выспалась. – Немигающий взгляд, кажется, пытался прожечь в ней дыру. Каз поднял над Призраком трость. Аккуратно, едва касаясь, мазанул набалдашником по покрытому испариной лбу, убирая прилипшие пряди. – Святые здесь навряд ли услышат, так что исповедоваться тебе придется мне.

Отредактировано Kaz Brekker (2021-05-26 19:31:43)

+6

3

Спутанное сознание периодически подкидывало ей картинки прошлого, коря теми мгновениями, что были безвозвратно утеряны и теми, что втыкались под кожу павлиньими перьями с лукавым взглядом владелицы Зверинца. Однако видения похуже – даже хуже, чем самодовольная ухмылка Танте Хелен – включали в себя угрюмого юношу с тростью в руке. Агония - видеть его, полностью разочарованного в ней – на секунду выключилась, когда ее тело перестало ощущать под собой холод мостовой. Сулийка слышала свое имя и, кажется, обеспокоенность. Вряд ли ее забрали враги, у кого могло бы оказаться столько сочувствия, значит, она направляется домой. Эта мысль приводила в ужас, потому что совсем скоро картинки подкидываемые воспаленным умом отразятся в реальности.

Инеж приходит в себя от знакомого аромата. Терпкий, горьковатый вкус слоем ложиться на покрытом испариной лбу. Так может пахнуть лишь злость.

Ей совсем этого не хочется, и все же, девушка открывает глаза.

Чтобы встретиться с учуянной ранее злостью во плоти.

Гафа знает, что он не будет использовать свою смертоносную трость против нее. Во всяком случае, это не та ситуация, когда потребовалось бы ее добивать. Знает, что за этим черным взглядом, очень глубоко тлеет пепел мимолетных переживаний.

Знает и все равно одергивается от устремленной к ней вороньей головы, насколько это вообще позволяет узкая кровать и жгучая боль в боку.

Почему ее привели сюда? Комната, ставшая ей домом на неизвестное количество времени, находилась выше. Маленькая, уютная в своей простоте и с выходом на крышу. Такой приказ отдал Каз или те Отбросы, кто ее нашел, решили сами приволочь девушку к лейтенанту на допрос? В любом случае, этот и еще тысяча роящихся вопросов, остаются тугим комом в груди, пока девушка отчаянно пытается не отводить взгляд от юноши.

- Ты прекрасно знаешь мою исповедь, - хрипит, даже не предпринимая попыток прозвучать чуть громче. Если не услышит, значит, быстрее потеряет интерес и раньше отойдет от кровати, верно?

К сожалению Инеж знала его слишком хорошо, чтобы вытащить этот осколок надежды как совсем недавно из нее вытащили нож Танте.

- Если будешь и дальше так на меня смотреть, придется зашивать вторую дыру, - ей было ненавистно вот так лежать беспомощно и смотреть на него – не в этой ситуации – поэтому девушка, собрав остатки своих сил, сжав зубы до неприятного скрежета, поворачивается на здоровую сторону и отталкивается рукой, облокачиваясь на стену, принимая полусидячее положение.

Плохая идея. Зато Каз теперь кружит по комнате вместе с убранством, и Призрак перестает фокусироваться на чем-то одном, позволяя этой карусели вести ее дальше.

- Я знаю, - выдыхает, когда бешеные скачки постепенно угасают, - теперь знаю, что это были сети, расставленные специально для меня, - лицо шуханки возникает перед взором болезненным воспоминанием, и Инеж невольно морщится, - Танте не сможет доказать, что там была именно я, - все-таки о своей маскировке девушка позаботилась, - все рассказы... беглянки можно опровергнуть, - к горлу подступала тошнота, голова едва ли держалась ровно, слова словно выдавливались из чеснокодавки, но она все еще могла думать о том, как выйти из ситуации с наименьшими повреждениями.

Лишь бы не слишком поздно.

+4

4

Он знал, какую силу могут нести за собой прикосновения. Злость. Отвращение. Страх. Бреккер чувствовал всю плеяду эмоций, выворачивающих нутро наизнанку, когда пропускал их через себя. И порой его злило, что подобное влияние треклятые касания имели только на него. Только он был подвержен рычагу, что находился в руках каждого.

Может потому где-то на подкорке сознания промелькнул отблеск удовлетворения, когда Гафа дернулась от ласкового поглаживания тростью по разгоряченному лбу? В темных глазах читался страх. Его прикосновения несли угрозу. Она боялась его. Боялась, но все равно продолжала упрямо выдерживать его взгляд, хотя нервное возбуждение крылось даже в её слабом хрипе.

- Я знаю всё, что способно принести прибыль. Таинство исповеди в этот список не входит. – Трость нехотя вернулась на место, чтобы наконец освободить больную ногу от давления его собственного веса. Черная кожа перчаток противно скрипнула: Каз слишком сильно сжимал набалдашник. – За перекройку второй раны я платить не готов.

Бреккер беззастенчиво прошелся по ней взглядом. Смуглая кожа слегка посерела от большой кровопотери. Волосы, вечно стянутые в тугой пучок, свободно спадали на плечи. Тело изогнулось буквой «зю», лишенное возможности свободно передвигаться без боли.

Его паук временно выбыл из игры, давая карт-бланш на поиск самых свежих новостей другим бандам. В этом ли была задумка Хелен Ван Хауден? Перекрыть Отбросам один из важнейших каналов получения информации, столь важной в каждой из их операций?

Однако сама того не подозревая, владелица Зверинца нанесла урон куда больший, чем рассчитывала.

Она заставила Бреккера сомневаться в том, в ком он был уверен, как в себе.

Инеж лепетала пустые оправдания, корчась от накатывающих волн боли. Говорила что-то про репутационные потери, что никто ничему не поверит. Каз не слушал. Он только следил за движением её губ, всё сильнее сжимая пальцы вокруг головы ворона. Словно хотел придушить несчастную железную птицу. Или хотя бы свернуть ей шею.

- Танте Хелен сутенёрша, а не идиотка. - Он дернул желваками скул, с трудом не переходя на шипение. Он всё ещё не верил. А ведь надо бы. – Кто ещё мог попасться в ловушку, расставленную персонально для тебя?

Кто угодно. Этой ситуацией можно было воспользоваться или вовсе избежать.

Проблема была совершенно не в этом. Не в том, что в один прекрасный вечер Хелен не досчитается шуханки, которой не повезло стать участницей представления, затеянного своей жадной хозяйкой. Не в том, что кто-то точно видел, что произошло на пристани. Не в том, что они на несколько дней выбыли из игры. Нет. Всё было куда серьёзнее.

С чего бы Инеж не ослушаться его ещё раз? Почему не сбежать, раз его слова для неё – пустой звук? Ну и наконец…

Откуда ему знать, что сулийка не прирежет его во сне ножом, подаренным ей же Бреккером?

В конце концов в этом городе никому нельзя верить. И она это наглядно продемонстрировала.

- Сегодня ты не пойдешь на дело. – Он внимательно следил за каждым дернувшимся на её лице мускулом. – Надеюсь, ты рада заслуженному выходному.

Отредактировано Kaz Brekker (2021-05-28 12:45:43)

+5

5

Теперь она знает, что чувствует Джеспер. Не способный уследить за собственными мыслями и словами во время очередной игры, он периодически давал слабину и едва не пробалтывался интересующимся лицам, готовым словить любое брошенное слово и использовать его против всех планов Отбросов. Но у Джесса это выходило спонтанно, необдуманно, даже в какой-то степени невинно. Его нельзя было за это винить, хотя Каз довольно жестко с ним обращался.

Инеж же поступила по-другому. Осознанно пошла на риск, чтобы спасти чужую жизнь. Осознанно пошла против воли Бреккера.

Ей никогда не отделаться от мысли, что била больнее пульса в затягивающейся ране.

Предатель. Предатель.

Она готова подставить другую сторону для очередного подвоха, лишь бы Каз не смотрел на нее так, как делает это сейчас. Отстраненно, холодно, без какого-либо расположения, промелькивающего раньше. Без всякого доверия.

Но она вернет его.

Нина, спустя тысячи громких слов на каком-нибудь фьерданском языке, залатает неумело зашитую рану с помощью малой науки, которой хорошо владеет, и через пару часов Гафа уже будет на ногах, а от свершившегося недоразумения не останется ни следа. Внешнего. Внутри же кровоточащая рана будет еще долго ныть. И не у нее одной.

Гафа будет работать. Вновь станет Пауком, сидящем в засаде, а не попадающим в оные. Призраком, появляющимся и исчезающим точно по щелчку пальцев. Невидимкой Отбросов, исполняющей приказы ради не благородной, но определенно нужной цели.

Если только...

Взгляд сфокусировался на юноше.

- Значит таково твое решение, - тихо и медленно проговаривая слова, девушка попыталась оторвать спину от стенки и смогла почти что выпрямиться, упираясь дрожащими руками в край кровати.

Внезапно ее накрыла волна головокружения, но вовсе не из-за причины того, что она вся в бинтах. Последствия ранее предпринятых действий могут завести сулийку туда, куда она и не думала заходить. Не предполагала даже, что все обернется именно так.

Что она может остаться ни с чем. Или хуже – вернуться обратно. К Хелен.

Ее тело сотрясает крупная дрожь, когда пальцы впиваются в стену, а вторая ладонь накрывает живот. Она не смотрит на Каза и сосредотачивается только на одном простом действии – ей нужно встать. Как угодно, но девушка больше не может смотреть на него снизу вверх. Не тогда, когда ей придется услышать ответ на главный вопрос.

- Ты отстраняешь меня от этого дела, - пытается придать голосу уверенность, однако с треском проваливает эту задачу, помедлив, добавляет, - или гонишь прочь из Клепки? – и встречается с ним взглядом.

+3

6

Как будто её упрямый взгляд мог это исправить.

Как будто хоть что-то могло это исправить.

Нет, Инеж. За содеянное надо платить. Платить сполна. По негласным законам Бочки таких, как она, подвергали прилюдному наказанию в назидание другим. Чтобы все знали, что ждет тех, кто пойдет против приказов. Система, культивирующая людской страх и удерживающая банды от сплошного хаоса, в который те день ото дня пытались скатиться.

Отбросы не знали, что Призрак ослушался. Для них она поранилась на задании. Допустила ошибку, которую паук не должен совершать. Акробатка, неверно выполнившая кульбит.

Пусть пока всё так и остаётся. Пока её раны не затянутся, и она не сможет снова взять в руку свои драгоценные кинжалы, у Бреккера будет время подумать, что делать с ней дальше. Как раньше уже не будет. Нужно лишь определиться, насколько увеличить расстояние между ними. Сейчас сулийка слишком близко. Слишком просто считывает его намерения и невысказанные мысли. Слишком. Это плохо, но поправимо.

Необходимо лишь начать выстраивать невидимую стену. Кирпичик за кирпичиком.

В чем-чем, а в этом Каз профессионал.

Конец трости опустился на её оголенное плечо. Бреккер использовал ровно столько силы, чтобы она почувствовала давление. Но недостаточно для того, чтобы раздробить кость. Он смерил девушку недвусмысленным взглядом, медленно качая головой.

- Не стоит понапрасну тратить свои силы. Полностью функционирующая, ты куда полезнее. – Он изогнул одну бровь. – Или вновь собираешься ослушаться?

Если да, то сейчас не время для честности, Инеж.

Минута. Две. Три.

Он угрюмо поджимает губы, всё же убирая свою трость. Отводит взгляд.

- Тебя никто не выгонит, пока ты не выплатишь свой долг, Призрак. – Почему-то язык не поворачивается называть её по имени. – Если ты, конечно, сама вдруг не захочешь аннулировать сделку.

Они оба знали, что это значит. Инеж никто не держит. Она всегда может перестать быть его пауком.

И вновь стать счастливой обладательницей татуировки в виде павлиньего пера.

+3

7

На сей раз она не отпрянула.

Полностью функционирующая, она куда полезнее . Нет смысла ее наказывать сфабрикованной тростью. Каз уже назначил свое наказание, и Инеж уверена, за ним последует еще и еще. У нее будет возможности для передышки, не будет способа восстановить свою репутацию, не будет шанса искупить свою вину и исправить роковую ошибку.

В глазах Каза Бреккера Инеж Гафа навсегда останется предателем. Пауком, ослушавшимся приказ.

Сулийка выдерживает вес трости, хотя если бы не ладонь, упершаяся в стену, она бы позорно сползла вниз, чего не могла допустить. Выдерживает долгие минуты, концентрируясь на боли в боку. В какой-то момент этого разговора, эта боль стала искомым местом постоянства.

Он отводит взгляд,качая головой, а она — бесшумно выдыхает. Все это время ожидания ответа Инеж Гафа молилась. Молилась, чтобы юноша остался таким же бизнесменом каким был весь тот год, что она его знала. Разумеется, она еще не выплатила свой долг. От Хаскеля еще никто не уходил не расплатившись. И Каз об этом заботился.

Взгляд опускается на место шрама, где раньше красовалась татуировка пера Хелен. В этот момент страх не накрыл девушку с головой, как раньше при одном лишь упоминании, даже косвенном, владелицы Зверинца. В эту секунду сулийка приняла очень простое решение, которое раньше ей даже в голову не приходило.

Танте Хелен может заполучить тело Инеж. Но оно будет бесполезным. Девушка не достанется ей живой, хоть она и понимала, что в этот момент святые от нее отвернутся раз и навсегда.

- Я выплачу долг, - спокойно отвечает, не собираясь больше оправдываться или просить прощения — он все равно не поверит. Больше — никогда.

Проходит дальше, не  одергивая руки от шершавой поверхности и открывает дверь, на мгновение замерев у порога. Поворачивает голову, проговаривая каждое слово:

- Мати эн шева елу.

У этого действия не будет эха.

И эту клятву она сдержит.

+3


Вы здесь » POP IT DON'T DROP IT [grossover] » фандомное » последствия