body { background-image: url("..."); }

.punbb .post-box { padding: 1em; padding-top: 20px; font-family: Verdana!important; color: #242424!important } .punbb textarea { font: 1em Verdana; color: #242424!important } #post-form #post fieldset { font-family: Verdana; color: #242424!important } .punbb .code-box { color: #242424!important } .punbb .quote-box { color: #242424!important } .quote-box blockquote .quote-box { color: #242424!important } #post fieldset legend span { color: #242424!important }

BITCHFIELD [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BITCHFIELD [grossover] » фандомное » pain & agony


pain & agony

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://i.imgur.com/wIzdorX.jpg
“хотя, знаешь что, я даю тебе карт-бланш: сделай, как решил.
но если разумовский не примчится, на крюке окажешься ты -
только крюк будет под ребром”.

+4

2

План Дракона хоть и не был швейцарскими часами, но время отсчитывал исправно: с каждой минутой у Разумовского было всё меньше шансов явиться по-хорошему и всё больше — получить голову Волкова в старательно запечатанной картонной коробке, обмотанной фирменным синим скотчем «Почты России». И если это не достойная мотивация, то кто придумает лучше? Пустить Поварёшкина под нож всегда успеется, вот только велики шансы, что он отъедет раньше, чем выдаст что-либо интересное, а терять такой козырь в рукаве — затея откровенно паршивая.

Иногда лучше проявить терпение и надавить на нужные точки, а не остервенело рубить с плеча — второе, впрочем, было планом Его Золотейшества, что уж тут скажешь — золотая молодёжь всегда питала слабость к размаху.

Но время шло, а Разумовский не появлялся — Вадим посматривал на часы сначала скучающе, потом в напряжении, потом с искренним недоумением: он в своём плане не сомневался, но до семи оставались считанные минуты, а «Гражданин» на спасение своего верного подельника как-то не спешил.

— Опаздывает, — Дракон сдавил зубами острый конец зубочистки и она надломилась у него во рту, оставив вкус древесных опилок.

Часы равнодушно сообщали ему: без пяти минут семь; тик — и осталось четыре минуты, так — и вот всего три; не появился до сих пор — вряд ли появится вообще. Скривившись, Вадим достал надкушенную зубочистку и отправил её щелчком пальцев в свободный полёт, сплюнул оставшийся во рту кончик на землю и толкнул металлическую зелёную дверь, возвращаясь к Алтану — с пустыми руками.

А раз уж пустые — значит, и ронять нечего; Дракон развёл их в стороны и пожал плечами, растянув губы в надломленной, но не сломленной усмешке проигравшего: «ну хули, не выгорело». За пять штук обидно.

— Прими мои поздравления, — поздравлял Вадим, конечно, не искренне, — ты выиграл спор!

Он скользнул взглядом по Волкову, обессиленно стоящему на коленях, посмотрел на него с осуждением — ну вот, Поварёшкин, не нужен ты своему Чумному Доктору оказался. А сколько планов-то было.

— Можем подождать ещё, — он перевёл взгляд обратно на Алтана — глаза от недовольства сияют что твоё золото, — вдруг он там в пробке стоит или от нервов в навигаторе запутался?

Но нет, Золотце смотрел на него совсем не сговорчиво, сразу понятно — ждать он не хочет.

+3

3

дракон облажался.

не то чтобы алтан был сильно этому удивлен, просто в какой-то момент он действительно подумал, что дракон может оказаться прав — разумовский нуждался в публике, и единственной его нынешней публикой мог быть только волков. потерять такого значило остаться в одиночестве.

что ж, значит, как и предполагал дагбаев, разумовскому его шкура оказалась дороже верного соратника — и человека, который разгребал за ним дерьмо, — и все представление, придуманное вадимом для того, чтобы алтан смог впервые своими собственными руками убить человека, провалилось еще до первого акта.

“сам виноват”, — алтан устало и раздраженно потер переносицу.

дракон подвел его, и алтан принял это как данность, как что-то привычное и совершенно обыденное, хотя внутри у него полыхало пламя слепой ярости. разумовский казался так близко, его шея будто бы ускользнула из-под плахи, хотя ее там даже не было. алтан злился, и если бы его косы были змеями — они бы шипели на дракона.

— он не придет, мы теряем время, — истерзанный драконом волков остался позади среди людей дагбаева, алтан подошел к вадиму, сохраняя аристократичное достоинство — вздернутый подбородок, прямая осанка и руки, руки, которые так чесались беспорядочно колотить вадика по груди, почти расслабленно лежали на рукоятях мечей.

глупо было полагаться на благородство террориста. такие не-люди, как разумовский, не знают понятия привязанности, они разрывают связи стоит им подпалить хвост. его больше беспокоит подпорченное выступление на открытии “золота востока”, чем находящийся на краю жизни и смерти олег волков, его “лучший друг”.

— кое в чем ты прав, вадим. я выиграл спор, а долг платежом красен, — глаза дагбаева опасно сощурились, жестом он велел вадиму идти следом.

где-то в кармане шуршала пятитысячная купюра. алтан с раздражением отметил, что все-таки доверился дракону и надеялся, что дело выгорит — и придется заплатить вадику, который, как почему-то запомнил дагбаев, предпочитал кэш переводам на карту. “так надежнее, золотце”.

золотейшество фыркает под нос и толкает тяжелую дверь, за ней — почти пустая серая комната типа тех, что на брошенных заводах. по центру над потолком висела тяжелая цепь, и заканчивалась она крюком с очень-очень острым концом.

— снимай куртку.

+3

4

Кажется, не один Дракон был готов к выигрышу. Шелест вожделенных купюр совершенно неравноценно сменился зловещим поскрипыванием раскачивающейся цепи и старого металлического крепления. Можно даже сказать — злорадным, и первой эмоцией Вадима после открывшейся картины было искреннее удивление — кто бы мог подумать, что Золотце действительно подготовился к провалу такого надёжного, мать его, плана? Дракон был готов поспорить на ещё одну пятёру, что Алтан просто сказанул первое пришедшее в голову под влиянием банального раздражения, а не всерьёз планировал засадить крюк ему под ребро... хорошо, впрочем, что этого не сделал.

Два поражения за один день было бы как-то многовато.

—В самом деле, босс? — Дракон хмыкнул и прошёлся к висящему на цепи крюку, пощёлкал по острию ногтем — как будто специально затачивали.

Алтан не решится. Мысль проскользнула в голове Вадима с лёгким весельем, в крови уже начал ощущаться адреналин — в конце концов, Его Золотейшеству может взбрести в голову всё что угодно, а берегов он, в силу своего положения, особо не видит, но крюк... Нет, — уверенности становилось всё больше, — не решится.

— Не помню, чтобы признавался вам, что люблю пожёстче, — улыбка блеснула на лице Дракона и он толкнул пальцами крюк, заставив его раскачиваться и скрипеть куда отчётливей. — Но вы своими угрозами прямо читаете мои мысли.

Голос Вадима, вопреки сложившейся ситуации, был бархатистый и мягкий, почти довольный — проверить границы решимости Алтана пока что выглядело интересной затеей. Но от спора он бы воздержался — с ними, так уж сложилось, ему сейчас не везёт, и утверждение на пять тысяч в духе «Золотце так никогда не поступит» только увеличило бы его шансы в действительности оказаться на этом крюке.

Вадим подошёл к нему и остановился меньше, чем в метре, не убирая с лица поблёскивающей ухмылки, снял куртку — нарочито медленно, словно давая Алтану возможность отступить и закончить на этом с разворачивающимся показательным запугиванием. Чем дальше — тем больше шансов, что отступление больно кольнёт Алтанову золотую гордость.

— Ну, что прикажешь мне делать дальше? — Вадим подцепил пальцем петельку куртку и закинул её себе на плечо, ухмылка стала ещё шире и наглее.

+3

5

вадим всем своим видом показывал, что у его босса кишка тонка воткнуть ему под ребра заточенный крюк и вздернуть под потолком. пусть алтан никогда и не чувствовал жара свежей крови на своих ладонях — кроме того дня в 2014-ом, когда он всеми силами пытался выдернуть собственные ноги из-под искореженного пассажирского кресла — он не был глупым юнцом, который боялся насилия.

насилие заставляло его сердце биться чаще.

к тому же, алтан не привык отрекаться от собственных обещаний — или позволить дракону соскочить со спора. дагбаев стоял напротив двери, загораживая ее своей спиной, он смотрел на свою жертву, на моргая, скрестив руки на груди, и со стороны казалось, что его косы вот-вот зашевелятся и обратятся в змей.

решимость золотейшества поставить чертового наемника на место в тот момент не знала границ. дагбаев был уверен, что собственными руками сможет проткнуть кожу вадима и поднять его над полом с помощью лебедки — он подготовился и вычитал несколько деталей, которые позволят ваду не подохнуть в первые минуты пытки. задачей алтана было не убить его — показать власть и готовность проливать кровь, доказать, что с ним лучше не шутить, ведь вадим в последнее время действительно слишком часто пересекал границы дозволенного.

как же он глупо выглядел в глазах разумовского — эти бессмысленные ожидания, какие-то надежды... разумовский сейчас наверняка сидел в своей квартире и пил мартини, насмехаясь над тем, кто вознамерился отрезать ему голову и в качестве украшения повесить над дверью в спальне. смеялся в голос, запрокидывая эту самую голову и так желанно выгибая шею — как хочется пустить ему кровь. и все это благодаря дракону.

алтан злился сильнее — и это только раззадоривало его желание наказать наемника.

— ты слишком много болтаешь, — лед в голосе отрезал все сомнения и не оставлял никаких надежд — золотейшество был твердо намерен отыграться на вадиме за несовершенную кровную месть, но дракон... дракон каждое движение делал играючи, с такой снисходительной усмешкой, и в его взгляде читалось “чем бы дитя ни тешилось”. бесит.

алтан поймал себя на мысли, что неприлично долго смотрел на то, как вадим снимал свою чертову куртку, и раздраженно отвел взгляд в сторону.

— майку тоже. снимай.

+3

6

Острота висящего на цепи крюка продолжала фантомно ощущаться на пальцах. Таким и кожу можно вспороть, и кости легко ломаются от правильно приложенных усилий; мысленно Вадим прикидывал, каковы его шансы отделаться малой кровью, если Золотейшество действительно потеряет контроль над своей жаждой повыделываться и перейдёт к поступкам более решительным.

Пока что больше походило на тонкую, агрессивную игру. Ощущалось почти также остро, как и сам крюк.

Вадим усмехнулся — молча, на удивление охотно принимая правила игры, и бросил куртку на пыльный бетонный пол. Алтан выглядел так, будто поймал себя на потере контроля — насупился, отвёл взгляд, злился, — по глазам видно. Ему явно хотелось, чтобы Дракон испугался и пошёл на попятную сразу при виде крюка, но вместо этого он только подыгрывал и также ненавязчиво, играючи, перетягивал контроль над ситуацией на себя. А Алтан собирался играть явно не в это.

Майку Вадим снимал тоже без спешки — неторопливо подцепил обеими руками, неторопливо стянул через голову, даже в сторону от себя отбросил — и то с расслабленной, вальяжной медлительностью. Он сделал ещё полшага к Алтану, руки повседневно-бытовым движением потянулись к пряжке ремня.

— Мне продолжать? — улыбку он начал сдерживать, но она всё равно просматривалась и в мимике, и во взгляде; Дракон пристально всматривался в глаза Алтана и пытался понять, чего же в них больше — гнева или милости.

Интересным казался любой из раскладов, но если Золотце пойдёт дальше — Вадим не собирается прыгать на крюк без сопротивления.

+3

7

- мне ни к чему твои штаны, - огрызается алтан, бросая на дракона раздраженный взгляд. чертов наемник пылает насмешливым издевательским самолюбованием, чем только сильнее подстегивает дагбаева к решительным действиям. не удается напугать – значит, надо вогнать этот крюк поглубже, под самые ребра, чтобы кончик болезненно чесал ему легкие.

алтана до дрожи бесит, что вадим знает его достаточно близко, чтобы по мимолетным движениям глаз, едва различимому дрожанию губ определять его настроение. вадим знает его достаточно близко, чтобы умеючи играть на нервах, надрывно, как тот самый придурок с гитарой, что орет под окнами «батарейку».

- ты знаешь, что такое «линчи»? ты просто в шаге от того, чтобы узнать.

он высокомерно задирает подбородок, глядя на вадика из-под надменно полуопущенных век. вадик чуть выше, и смотреть на него сверху вниз затруднительно, но алтану достаточно разозлиться сильнее, чтобы дракон склонил голову в притворном поклоне – только вот золотейшество из последних сил держит себя в руках, стараясь сохранять полный контроль над ситуацией.

взгляд скользит по расписной шее – по ней, несмотря на стремительно заметающий улицы снег, стекает пот, спускается по широким плечам к рукам, на которых рельефно выступают мышцы. для рук вадима наручники нужны покрупнее – на мощных жилистых запястьях обычные крепятся ненадежно алтан проверял, а сейчас дичь должна быть зафиксирована, чтобы наказание за оплошность возымело эффект.

дрязг металлических колец в руках перекликается с гулом заводских вентиляторов. алтан подобно вадиму делает шаги к нему навстречу – медленно, слегка покачиваясь, ему не хватает длинного черного подола, чтобы выглядеть максимально по-королевски. золотейшество готов поспорить, что даже в паре метров от дракона может слышать запах его кожи – такой подпаленный, грубый, с привкусом золы. этот запах до омерзения тошнотворный.

теперь он смотрит мужчине точно в глаза, щурясь так по-змеиному.

- руки за спину, - холодно командует алтан, и его голос режет все звуки в помещении не хуже меча.

с момента аварии и до самой своей смерти баатар учит его сохранять хладнокровие – и учитель из него откровенно говоря паршивый. есть метод «кнута и пряника», но деду пряник кажется лишним – он делает из тепличного маминого сынка мужчину своими методами, теми, что больше привычны китайской мафии. алтан помнит его науку.

она вырезана изнутри кинжалом на его коже.

Отредактировано Altan Dagbaev (2021-09-12 15:20:58)

+3

8

— А от крюка, получатся, я в мизерном сантиметре? — Дракон улыбнулся почти сдержанно, почти учтиво — угрозы Алтана отдают холодом и плохо скрываемым раздражением, таким капризным, нетерпеливым. — Или я уже на нём?

Пёстрым карпом из красивого и ухоженного пруда Вадим себя не чувствовал, но холодный и острый крюк иногда можно было нащупать языком за щекой — Алтан наматывал леску на тонкие пальцы и хорошо знал, в какую сторону нужно тянуть. В этом тоже была своя плавная, лишь самую малость похожая на охоту игра — каждый из них понимал: как один может вытащить на сушу, так и второй — затянуть в воду, дело лишь в приложенных усилиях и взаимно удерживаемом балансе.

И сейчас — впервые — леска наглядно сменилась цепью, а крюк угрожал попасть прямиком под рёбра. Всё, как они и договаривались — интересно, рассчитывал ли Алтан с самого начала, что у его поспешной угрозы будет шанс сбыться?

Руки за спину Дракон заводить не стал. Расстояние между ним и Алтаном постепенно сужалось, но напряжение было только в воздухе и всё более каменеющем голосе Дагбаева — сам Вадим не нервничал, не терялся, а ситуация по-прежнему казалась ему любопытной.

— Я обещаю не сопротивляться, — он не сдержал улыбки и чуть склонил голову набок, глядя на Алтана так выжидающе, так заинтересованно.

Руки Вадим вытянул вперёд — если Алтан хочет их связать, то пусть делает это, но не за спиной. Да, Золотце и раньше показывал свою любовь к контролю (не иначе, как наследственную), но в этот раз Дракон не хотел давать ему возможности полностью себя обездвижить. Так, в конце концов, и интерес может потеряться — переходить по-настоящему в роль «жертвы» ему совершенно не хотелось.

— Или ты не веришь мне на слово? — Вадим выгнул бровь, как бы говоря: «ну давай, свяжи меня, если не доверяешь».

+3

9

патологическое желание все держать под контролем давило непосильным грузом. звонки юмы не прекращались – и ее упреки били в спину будто огромным тяжелым железным молотом. алтан уже несколько недель ходил как натянутая до предела струна, готовая лопнуть от любого давления – а это давление оказывалось на него со всех сторон и в первую очередь – со стороны самого себя.

ни на секунду невозможно было расслабиться. алтану надоело, что все, кому не лень, вытирают об него ноги. плахов-покойник, сестра, даже чертов наемник с этой нахальной усмешкой на прокля́той роже – все считают его никчемным ребенком.

«вместо того, чтобы нанять киллера и устранить плахова, ты устроил этот концерт? мы не в игрушки играем, хватит вести себя как ребенок».

а ему было плевать на клановые игрища, войны магнатов и власть над питером. его не интересовало, кто будет рулить игорным бизнесом в культурной столице. он хотел совершить свою месть. он имел право на месть. так почему каждый раз она ускользала у него из-под носа?

хотелось реветь белугой от того, что жизнь то и дело подсовывала свинью. все шло не так, нервов, и без того тонких, уже ни на что не хватало. алтан плохо спал, старательно прятал по утрам после бессонных ночей свое паршиво выглядящее лицо, и казалось, что он сорвется вот-вот, от самой незначительной мелочевки вроде звона разбитой чашки с остывшим чаем. но дагбаев держался. дед научил терпеть боль.

- после того, как мы закончим, ты пристрелишь его псину, - поймав его ухмыляющийся взгляд, дагбаев все же решил уточнить, - да, я имею в виду волкова, а не какую-то вшивую дворнягу.

под изучающим взглядом вадима алтан трещал по швам. он исходил мелкой сеткой трещин, в нем образовывались уродливые сколы, чертова керамика крошилась, как песочное печенье. дракон склеил бы некрасиво, криво, уродливо, так же уродливо, как склеили его ноги. алтан хотел бы с золотыми прожилками, как в японском искусстве золотого шва, а не так – на моментальный строительный клей.

СОБЕРИСЬ.

алтан нахмурился, ускользая из-под встречного взгляда вадима, и взялся рукой за увесистый заточенный крюк. сталь почти нежно холодила кожу, покалывание на кончиках пальцев ощущалось колючей проволокой, точно такой же, которая обвивала его ноги и горло. дракон не боялся ни секунды, такой уверенный, снисходительный.

«золотце, да у тебя кишка тонка», - слышалось в его растянутых губах.

пшик.
зажглось.

- хватит надо мной насмехаться! – рявкнул на дракона алтан и наотмашь ударил его по лицу. был бы в его руках кинжал – рассек бы щеку глубоким порезом. хотелось связать вадима и долго, со вкусом избивать его ногами. почки, перечень, солнечное сплетение, с силой топтать его подошвой сапог, и кричать, кричать, кричать ему в ухо о том, какой он чертов ублюдок, как он проебал все, над чем так долго работал дагбаев.

для второго удара алтан уже сложил ладонь в кулак.

+2

10

Улыбка почти соскользнула с губ Вадима — дрогнула, выровнялась, накладывая на лицо такую несвойственную тень напряжения, — но вскоре вернулась на место: нет, она не была насмешливой, не была снисходительной, теперь Вадим улыбался почти участливо, но Алтан, вероятно, уже не замечал разницы. Так вот, оказывается, в чём дело. Вот, почему он такой дёрганный, натянутый и хмурый в последнее время — ещё сильнее, чем обычно.

Золотце попросту не вывозит.

Дракон был привычным, что босс вечно в себе и лишний раз не даст понять, что творится у него внутри; что с него взять — золотой ребёнок голубых кровей, такие всегда были падкими на благородную меланхолию разной степени унылости. Но изредка удавалось заглянуть под тщательно наведённый и позолоченный марафет — Алтан только на людях был, словно каменная статуя с такой фарфоровой невозмутимостью, дома же его можно было застать совершенно иным — и взгляд менялся, и осанка, и тёплый растянутый свитер вместо идеального образа, и очки в толстой оправе вместо надменного взгляда. В такие моменты, бывало, проглядывало то, что всегда было старательно спрятано и сокрыто, иногда — чаще всего, по утрам, — удавалось рассмотреть даже самые искренние и незамутнённые эмоции, пока Золотце не спохватится и снова не станет Его Золотейшеством.

Сколько Вадим не помнил Алтана, он всегда что-то прятал — то шрамы на ногах под одеждой и татуировками, то — вот, например, как сейчас, — растерянность, неуверенность и обычную обиду.

Первый удар Дракон пропустил — ну да, конечно, залюбовался же, как змейка шипела и теряла опору под извивающимся тельцем, — а Алтан бил куда сильнее, чем может показаться; за обманчивой тонкостью скрывалась нехилая такая силёнка. Удар вынудил Дракона отступить на шаг назад и болезненно поморщиться — место удара жгло и даже в голове немного зазвенело, но даже потереть щеку некогда было, так как Золотце уже начал замахиваться для второго.

Накипело в нём, видимо, неслабо, раз решил так грубо и резко выпустить пар. И на ком, в самом деле, срываться, если не на услужливом и всегда трущемся рядом Вадиме? Какие, уж действительно, ещё варианты?

Дракон успел выставить руку вперёд и поймать удар Алтана в ладонь, как на тренировке, — без защиты прострелило почти через всё предплечье, но Вадим изловчился схватить кулак Алтана в крепкую хватку и закрыть в своей ладони, не давая вырваться. Вторую руку поймать будет легче, если решит отбиваться до последнего, — левый удар у него поставлен хуже, чем правый.

— Ох, Золотейшество, мне казалось, у вас на меня сегодня другие планы, — Дракон улыбался побитой улыбкой, чуть прищуривая левый глаз.

Обычно он не сильно сопротивлялся и уж тем более никогда не бил в ответ. Иногда на Алтана находило — то в голову прилетит, то руку заломит, то ещё как-то проявит свою агрессивную попытку доказать, что «я тут главный», но сейчас... сейчас Золотце действительно шагнул за грань и падал, падал, падал в открывшуюся пропасть.

Казалось, сейчас разрыдается.

Ах, блядство, только не это.

Вадим увёл его руки вниз, заставляя их отпустить — вырвется, конечно, если сильно захочет, и избиение своё вполне может продолжить, но попытаться-то стоит.

— Алтан, — сказал он уже спокойней, серьёзней, насколько это было возможно с кривоватой побитой улыбкой на лице; няньчиться с ним и успокаивать, как папаша, Дракон точно не собирался — от такого только сильнее разозлится (и правильно сделает). — Я, может, и посмеивался урывками — да и то не над вами, — но точно не насмехался.

Отредактировано Dragon (2021-10-26 16:56:02)

+1

11

дышит алтан урывками, будто кислород ограничен и его кто-то пытается отобрать. дышит хрипло, надрывно, словно его сердце не колотится, а неустанно вибрирует. не дышит он даже - задыхается. в гневе, в немой истерике, в той степени усталости, когда падаешь лицом вниз будь то подушка или твердый пол и просто не в силах уже подняться.

“хватит! хватит! хватит!”

алтан дергает рукой, кулак которой плотно сжат ладонью вадима, то ли шипит, то ли рычит в беспомощной отчаянной злости, пытается ударить его левой рукой - и ее настигает та же участь, что и правую, и вот уже дагбаев оказывается в ловушке драконьих лап и своего тупого бессилия.

“хватит вести себя как ребенок”.

- я хочу стереть эту ухмылку с твоего лица. рот зашить, залить кипящим железом - чтобы ничего не осталось от твоего поганого рта, - опущенные руки мелко дрожат. трудно оставаться сильным. алтан делает вид, что не слышит его слов - так проще злиться, а сейчас единственное, что дает ему силы устойчиво держаться на ногах - это кипящая в кровеносных сосудах ярость. за последние года его переткали, и соткан он оказался только из боли и гнева - потянешь за нить, все распустится, останется только сваленный пыльный клубок пряжи.

“я забронировала билеты, завтра утром ты возвращаешься в гонконг - не хватало, чтобы ты еще натворил дел. наши люди до следующего рождества будут подчищать то, где ты наследил”.

это был последний шанс. и алтан все проебал.

- ты обещал, что он придет. ты обещал, что я своими руками отсеку его голову, - кричать на вадима сил уже нет, алтан шепчет так тихо, его голос сливается с шумным дыханием. 

“отвернись. я хочу сесть на пол. я хочу остаться один. не смотри на меня, просто отвернись и дай мне спокойно себя жалеть”. алтан знает, что вадим слышит его мысли и что не подчиняется назло - чтобы научить держаться, закалять его - закаленное стекло может выдержать удар в десять раз сильнее и не треснуть.

алтан считал, что доверие - штука неустойчивая, шаткая, стоит подуть - и вот уже оно обваливается как башня дженга. он оброс колючим ядовитым покровом, существуя в среде недоверия и лжи, но отчего-то вадиму он был готов доверять все и всегда - это иррационально и нелогично, это бессмысленно и глупо, но даже после такого гигантского проеба слабость дагбаев готов показать только чертовому дракону. он не скажет. он не воспользуется, чтобы всадить в спину нож. он ошибся по дурости, а не потому что запланировал.

правда ведь?

- я имею право на месть. я заслужил это право.

+2


Вы здесь » BITCHFIELD [grossover] » фандомное » pain & agony