body { background-image: url("..."); }

.punbb .post-box { padding: 1em; padding-top: 20px; font-family: Verdana!important; color: #242424!important } .punbb textarea { font: 1em Verdana; color: #242424!important } #post-form #post fieldset { font-family: Verdana; color: #242424!important } .punbb .code-box { color: #242424!important } .punbb .quote-box { color: #242424!important } .quote-box blockquote .quote-box { color: #242424!important } #post fieldset legend span { color: #242424!important }

BITCHFIELD [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BITCHFIELD [grossover] » фандомное » roses from ex


roses from ex

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://i.imgur.com/I0sGlBt.jpg
как-то раз невилл и панси застряли на границе; всё началось с одного сумасшедшего бывшего и попытки панси сбежать. закончилось так, как должны заканчиваться подобного рода истории.

[icon]https://i.imgur.com/jsK3bvC.jpg[/icon]

Отредактировано Pansy Parkinson (2022-01-07 00:57:46)

+8

2

Нотт на проверку оказывается ублюдком.
Давно не новость, но Панси почему-то каждый раз передёргивает, стоит ей о нём вспомнить.
Они снимали квартиру в магическом квартале (давно умирающем, но почему-то до сих пор живом) Манчесстера  — довольно миленько. Лилия в горшке, занавески на окнах с узорами, широкий камин, на котором стоят рамки с колдографиями. Панси, конечно же, переделала всё под себя, стоило им поселиться. В квартире начал царить вылизанный минимализм. Манчестер, считает Панси, то ещё захолустье, Лондон всё ещё лучший город мира, но аренда там начала стоить слишком дорого; финансовой грамотностью ни Теодор, ни она не отличались, и пришлось усердно экономить — начали с квартиры. Закончили ею же.

Они устраивали шумные вечеринки, приглашали друзей. После окончания школы так хотелось хоть чуточку праздника; пунш ядовито-зелёного цвета в разномастных бокалах (приносите свои, у нас мало своей посуды!), драпировка на стенах, Тео откуда-то достал граммофон с пластинками — песни были заунывными, пришлось немного поколдовать над их содержанием.

Они ходили на шумные вечеринки. В качестве приглашённых гостей и случайных знакомых — заваливались в особняки, мэноры, квартиры и комнатушки. Тео держал её за руку, сжимал запястье. Говорил — для безопасности, а на самом деле, чтобы она не сбежала. Она разговаривала с кем-то, но Тео слышал каждое её слово, она смотрела в сторону, и он следил за её взглядом. Он знал, сколько и что она выпила, диктовал, что ей носить и с кем общаться. Тонкими, но прочными ниточками привязывал её к себе. Его мантии висели вперемешку с её мантиями в огромном платяном шкафу, его драгоценности хранились в её шкатулке; Панси чувствовала себя хуже, чем в родительском доме — это был не надзор и не опека, Теодор буквально подстраивал её под себя.

Очень миленько, — думала Панси. До поры до времени; а потом рассказала обо всём матери. Одного разговора миссис Паркинсон с Тео хватило для того, чтобы Панси начала жить одна. Впервые за двадцать лет.
*

— Додумалась поменять замки, — Панси в дорожную сумку поспешно запихивает мантии, одежду, которая первая вываливается с полок, собирает по всей квартире деньги — несколько галлеонов лежат в кошельке, другие нашли своё место под кроватью, на тумбе, в треклятой шкатулке. Во входную дверь ломятся, из-за неё доносится приглушённая брань, и с каждым стуком последующий становится всё громче, всё яростнее. Когда Тео выпьет, он становится просто невыносим — она не понаслышке знает об этом.
Панси проклинает эту глушь — захолустный провинциальный Манчестер, где до тебя никому нет дела (на самом деле есть — в известном смысле, когда нужно перемыть косточки, когда нужно пообсуждать соседей за глаза), где доживают свой век престарелые волшебники и волшебницы, чьи дети уже давно закончили Хогвартс. Панси ненавидит и Манчестер, и себя. Собственное бессилие — она ни-че-го-шень-ки не умеет; трансгрессировала бы хоть куда, но слишком боится. С третьей попытки сдала дурацкий экзамен, но ни разу так и не воспользовалась этой возможностью — а сейчас, вот так, когда у тебя на счету идут секунды, она боится, — А квартиру поменять не додумалась.

Теодор писал ей злые письма, присылал вопиллеры; а она не могла понять — да почему ты никак не отъебёшься, Нотт? В школе хотелось, чтобы все бывшие парни о тебе помнили, сейчас она хочет, чтобы Нотт забыл её, как страшный сон.

Защитные заклятия на двери долго не протянут — Нотт туповатый, но с атакующими у него проблем нет; пройдёт ещё немного времени, и обычный замок его не остановит. Он выломает дверь Бомбардой, а её, Панси, наконец достанет — получит то, чего давно хотел.
Она проверяет наспех ещё раз содержимое сумки, шарится по дну рукой. Какие-никакие документы, тряпки — одежда, немного денег. Волшебная палочка в правой руке, ободранный лак на ногтях.

Левой она сжимает треснутый цветочный горшок, купленный на подобные случаи. Какая предусмотрительность. Блейз тогда ходил вместе с ней по лавчонкам (скорее от скуки, чем из интереса), ехидно посоветовал купить ключ-портал — вдруг повезёт, и тот подкинет её прямо к нему домой? Идиот, — она тогда фыркнула так на него. А сейчас отчаянно хотела, чтобы тот оказался прав.
Владелец лавки пожимал плечами — к нему попадает слишком много артефактов, чтобы он смог упомнить, куда ведёт этот портал.

И почему-то шёпотом произносит заклятие, активирующее порт-ключ.
Желудок привычно подскакивает вверх, Панси успевает зажмуриться.

Висящая на плече сумка словно закручивается вокруг неё, в кошельке дребезжат монеты, а когда земля наконец останавливается и прекращает вращаться, её рвёт. От слепящего солнца, от запаха скошенной травы, от путешествия по портальным каналам (Макгонагалл объясняла тему два занятия, Панси вспоминает и это, и кажется, что тошнить начинает ещё больше). От страха её выворачивает наизнанку.

Холодный пот, несмотря на погоду, проступает каплями на бледном лбу, волосы липнут к лицу. Трясущимися пальцами она вытирает уголки рта. Её хоть никто не видел?

Что говорила профессорша тогда? Порт-ключи заколдованы таким образом, чтобы переместить путешественника в отдалённое от людей место. Панси надеется на это, оглядывается воровато — и никого действительно нет. Яркая зелень, косые лучи солнца, пробивающиеся сквозь листву, тяжёлый влажный запах.
И никаких людей.

Она даёт себе время на передышку; пока тонкой струйкой с палочки течёт вода, наскоро умывается.
И потом облегчённо выдыхает. Ну, это не убежище Блейза, но и так неплохо. По крайней мере, у неё получилось. Палочку засовывает за ремень сбоку, перехватывает сумку поудобнее и отправляется в путешествие — на поиски людей.

С опушки, куда её выкинуло, открывается вид на деревушку — слишком вычурную для английской, слишком солнечную для английской. Панси шагает медленно, осторожно, бережёт силы; но стоит ей увидеть табличку (проходит, кажется, целый час — на деле не больше минут пятнадцати, но сумка всё тянет её к земле, а солнце поджаривает), и Панси останавливается, Это действительно не английский?

Vous avez besoin d'aide? — пока она раздумывает, в какую часть Европы её забросило, позади раздаётся мужской голос с сильным английским акцентом. Панси выдыхает сквозь зубы.

[icon]https://i.imgur.com/jsK3bvC.jpg[/icon]

+3

3

Десять галлеонов, подумать только!

Ровно столько можно было выручить всего лишь за пару продолговатых листиков, что дрожали от одного слабого прикосновения. Они не испытывали страха. Они не испытывали холода, упрятанные за толщу стекол теплицы. Нет. Невилл готов был спорить, что это коварное растение дрожало от предвкушения, всякий раз, когда чувствовало, что к нему кто-то приближается. Выворачивало свои стебли чуть ли не наизнанку, чтобы сделать выпад и обвиться вокруг того несчастного, кому не повезло попасть в его цепкие объятия.

Ядовитая тентакула собственной персоной. Особа довольно редкая. Капризная. Контрабандная. Но что еще лучше – она была полностью в его распоряжении!

Мадам Де Смет – на территории чьей обители была расположена теплица – любезно предоставила ему круглосуточный доступ к своим дорогостоящим зелёным активам. А с подачки каких-то дальних родственников из министерства магии, еще и спонсировала небольшой комнаткой для ночлега. В обмен же на свое гостеприимство она просила немного – не перечить, составлять ей компанию на послеобеденном чае, пока она завороженно жалуется и осуждает всех своих соседей, и, разумеется, собирать бобы тентакулы – женщина стала слишком стара и неповоротлива для того, чтобы иметь возможность увернуться от выходок ядовитого растения.

Невилл хмыкнул. Время близилось к полудню, а значит, ему вскоре придется покинуть уютное влажное помещение теплицы. Признаться честно, выслушивать очередную сплетню хотелось не слишком сильно. Он бы предпочел остаться в компании бережно взрощенных, пусть и строптивых ростков, нежели отправляться на свой ежедневный пост верного слушателя мадам де Смет. Но ничего не поделаешь. Опоздай он больше чем на десять минут – пришлось бы стать свидетелем еще и мерного брюзжания по поводу расхлябанности нынешней молодежи.

Правда, сначала все же необходимо было собрать урожай.

Яркое солнце, проходя сквозь толщу стекла, нагревало воздух. В это время дня оно светило особенно ярко, делая тентакулу не слишком поворотливой и агрессивной. И Невилл этим пользовался. Аккуратно собирал редкие стручки, упорно игнорируя возмущенное шипение растения. Пару раз оно даже сумело обвиться вокруг его запястья, но из-за повышенной влажности не смогло затянуть побеги достаточно туго, и он сумел вывернуться, даже не прибегая к помощи волшебной палочки.

Вскоре весь нагрудный карман был полон драгоценных стручков. Бобы в них мерно вибрировали, щекоча сквозь плотную ткань. Невилл ласково похлопал свой улов, довольный выполненной работой. Вытер пот со лба наиболее чистым краем рукава, который, он почти не сомневался, все равно оставил на коже землянистый след.

Кусты тентакулы недовольно шелестели листьями в такт его удаляющимся шагам, но уже не предпринимали попыток нападения. Словно приняли свою незавидную участь.

Глупость, конечно. Но надо бы все же записать это в журнал наблюдений.

Запечатывающее заклинание – замок гулко чавкнул. Дезиллюминационное заклинание – прозрачные пластины теплицы медленно растворились в воздухе, скрывая её от посторонних глаз.

Меры предосторожности были важны, чтобы не дать возможность контрабандистам, которые нередко заглядывали сюда из-за длинного языка Де Смет, найти столь ценный и одновременно опасный для распространения товар. Благо, местные отлично научились их распознавать. Почти всегда ими оказывались приезжие чужаки, которые выдавали себя, стоило им сказать хоть слово.

Просто так в эту отдаленную деревеньку не попадал никто.

В этот раз Невилл решил пойти длинным путем – протаптывать тропинку было категорически нельзя. Нужно дойти до проселочной дороги, что не составит особого труда. Он уже знал эту местность, как свои пять пальцев. Свернуть у опушки, пройти пару миль на север и вот он уже видел темные черепицы зданий. Вдыхал привычный аромат тыквенного пирога, тянущийся из лавчонки, что расположена прямо на самом краю деревушки. А прямо перед ней…

Его пробил озноб. В горле резко пересохло.

Он же точно не притащил с собой хвоста?

Взгляд уперся в невысокую фигуру. Невилл не видел лица. Не слышал голоса. Но краем глаза точно уловил, как таращилась на неё хозяйка лавки. Чужак. Появляющийся ровно тогда, когда он собственными ногами проложил маршрут от этой треклятой теплицы.

Рука по инерции потянулась к ремню, на котором была закреплена волшебная палочка. Он стиснул зубы, чувствуя нервное покалывание в пальцах.

— Vous avez besoin d'aide? – слова вылетают на выдохе, ладонь в любой момент готова вытащить палочку.

Узел напряжения, растущий внутри, развязывается лишь тогда, когда чужак оборачивается. Развязывается, чтобы спутать всю логическую цепочку, нелепым осознанием придавливая его к земле и заставляя таращиться на пришельца точно также, как женщина напротив.

- Пар-кин-сон? – рука бессильно падает вдоль туловища. Он добрую пару минут елозит взглядом по фантому из прошлого, с трудом удерживаясь, чтобы не протереть глаза. Жмурится, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в кучу. Чувствует, как расслабляются мышцы, до этого пребывавшие в статичном напряжении. Устало потирает переносицу. – Какого Мерлина ты здесь забыла?

[icon]https://i.imgur.com/E9Wcaf9.jpg[/icon]

Отредактировано Neville Longbottom (2022-01-12 22:09:56)

+3

4

Солнце подпекает макушку, светит в глаза яркой резью, вынуждая Панси сложить свободную руку козырьком надо лбом, чтобы рассмотреть получше Невилла Лонгботтома; взявшийся из ниоткуда, он будто тоже воспользовался порт-ключом и оказался прямо за её спиной — настолько бесшумны были его шаги.

Её смешит секундный приступ дислексии, вдруг охвативший Лонгботтома, то как он произносит её фамилию и то, как вытягивается его лицо при виде неё. Невольно она улыбается.

— Да, вообще-то, мне нужна помощь, — начать можно с того, чтобы просто сориентироваться в пространстве. В идеале — вернуться домой, но не всё сразу. Паника, до этого отнявшая у неё способность говорить, отпускает — Лонгботтом говорит на английском, а это значит, что не нужно совершать никаких мысленных пируэтов, стараясь вспомнить, как переводится на французский то или другое слово, молясь, чтобы её поняли правильно,  — Где мы находимся? — кивком головы она пытается захватить как можно больше пространства — от таблички чуть поодаль до домиков-коттеджей сбоку неё и Невилла, — Географически.

Скашивает взгляд к табличке ещё раз. Название не звучит знакомо, оно звучит примерно никак — в своей голове она не может найти ни одной соответствующей магической деревушки; Панси знает не так уж и много волшебников, родившихся за пределами Великобритании. Когда был Турнир Трёх Волшебников, с интернациональными связями у неё и других однокурсников было немного туговато, и познакомиться она успела лишь с несколькими ребятами из Дурмшранга. У Блейза с ними сложилось получше, да и с другими тоже. Он даже с девчонкой одной познакомился, потом они даже слали письма друг другу. Драко не мог удержаться от язвительных комментариев, а Панси злорадствовала. Так у них и повелось.
Когда ты минимум на год младше всех тех гостей, приехавших в Хогвартс в то время, на многое можешь и не рассчитывать. Панси и не рассчитывала.

Улыбка выходит не очень приветливой. Панси вообще не выглядит слишком приветливой — ни с Невиллом Лонгботтом, ни вообще. Зато сейчас она очень старается, стирает с лица ехидное выражение. Надеется на помощь, делает вид, что рада встрече.
И понимает, как глупо звучат её слова. Если беднягу застало врасплох само её появление, то что уже говорить о только что прозвучавшем вопросе?

— Привет, кстати.

Она думает протянуть ему ладонь для рукопожатия, но потом отдёргивает себя. Кто такой вообще этот Невилл? В школе они никогда не здоровались; когда их пары совпадали с парами гриффиндорцев, Панси всегда держалась ближе к своим — терялась среди шороха их мантий. И она точно сейчас не вспомнит, задирала ли его когда-нибудь или нет — все подростковые подколы остаются там, где им самое место. В пубертате, с которого все сумели вырасти.

Поудобнее перехватывает уже не нужный порт-ключ. В цветочном горшке нет даже комьев земли, не говоря про растения. Он точно бесполезен — вряд ли ей удастся так просто переколдовать его, чтобы он отправил её назад. Может, получится у Невилла?

Кого только не встретишь за один день — бывшего парня и бывшего сокурсника. Чудеса.

[icon]https://i.imgur.com/jsK3bvC.jpg[/icon]

+2


Вы здесь » BITCHFIELD [grossover] » фандомное » roses from ex