Гостевая Роли и фандомы Нужные персонажи Хочу к вам

BITCHFIELD [grossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BITCHFIELD [grossover] » Альтернативное » it's like a biblical fable


it's like a biblical fable

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

валентин, джослин, hello sweetie
https://i.imgur.com/wZiC4Uu.jpg https://i.imgur.com/M9nVIT2.jpg https://i.imgur.com/WA3530N.jpg https://i.imgur.com/vU1rNil.jpg
валентину могло бы быть больно, но он верит, что на самом деле больно джослин, что именно боль кроется в её широких зрачках и подрагивающих ладонях, боль протягивает к ней крохотные ручки — к-ла-ри-сса, — со смешными кудряшками и волосами точно такого же цвета, как у матери. наверняка джози не рада, что он их так быстро нашёл.

[icon]https://i.imgur.com/KjSR7Jk.png[/icon][nick]valentine morgenstern[/nick][status]пленных не.[/status][sign]

вчера убили знакомую

[/sign][char]валентин моргенштерн[/char][fandom]the shadowhunter chronicles[/fandom][lz]руки пастыря находят <a href="https://popitdontdropit.ru/profile.php?id=607">терн</a> невидимый для каждой из овец.[/lz]

+7

2

once had a love and it was a gas, it soon turned out i had a heart of glass

джослин справляется.
справлялась в париже и в нью-йорке, в каждой точке на карте, железные башмаки истоптала, а может изгрызла пополам с землей.
джослин справляется.
джослин существует в плоскости благотворительности магнуса: магнус делает вид, что это не он, а джослин делает вид, что не раскрыла анонимного покупателя еще на третьем пейзаже.
магнус платит больше, чем она стоит.
во всяком случае я все еще не продаюсь за дешево. джослин внутренне кривится, кривится, когда фамильные драгоценности моргенштернов продаются за дорого.
кольцо с огромным камнем, массивный браслет из черненого серебра, платиновое колье, камни на нем были такие холодные и душили ее, джослин думала в нем и повеситься, в лучшем платье, в платиновом колье, распустив волосы – и хорошо, если валентин вслед за ней удавится в ее волосах.
джослин решает быть непредсказуемой и не умирать.
джослин справляется. за ней на мягких лапах ступает только уставшая тень.

джослин справляется.
у нее получается: обычная жизнь, человеческая, примитивная.
правило номер 1: тебе должно быть весело.
квартиры крошечные, теснее только стенки собственного черепа, реальность выкрашивается в серый, это словно после применения целого набора усиляющих рун. сначала ты чувствуешь себя центром мира, а после мира нет вовсе.
и чем выше заберешься, тем сильнее будет выворачивать после – насухую.
ответы джослин такие же, сухие, вежливые.
джослин справляется. цели нет, есть намерение, защитить клэри, удержаться на этой тонкой ниточке, а потом ты что будешь делать?
джослин справляется.
врет дочери, что папа – военный, герой не вернется домой. врет люку, что у нее получается, а сама плиту зажигает с третьего раза, потому что вещи в сером мире отвратительно автоматизированы, продолжают развиваться, а она застыла. врет всему миру, меняет фамилию, меняет гордость, себя меняет.
продается не за дешево, продается за то, чтобы кто-то сказал.
у тебя получается.
вечерами клэри забирается к ней под одеяло, у клэри ее волосы и ее глаза, у клэри мягкие руки и она пахнет лучшего всего на свете, джослин зарывается в ее кожу носом.
у клариссы на шее, с задней стороны, надежно спрятанное под волосами, родимое пятно совсем как у ее отца.
у джослин старая руна до сих пор ноет, и сколько раз думает – хоть бы ножом кусок кожи снести, но плотнее запахивает одежду.
и ничего нет. и никого не стало.

выходить на улицу страшно и через год, и через пять. оставлять клэри страшно будет и через десять.
их нет, джослин и клэри фрей – ее неумелый вымысел, самое примитивное, что о них есть, на самом деле. выдумка безвкусная, но джослин справляется.
каждое утро водит ее в подготовительный класс, справляется с тревожной тошнотой, в конце дня прижимает ее к себе так крепко, что клэри издает смешной, утиный какой-то звук, мамочка, задушишь.
джослин забывает о петлях, о пальцах валентина, сдирающих веревку,
потому что сама становится петлей.
каждый вечер делает с ней уроки и уговаривает нарисовать принцессу чтобы не рисовать фею, фей не бывает, но магия малого народца лезет у клэри из ушей, а она хохочет, хохочет, мама, смотри, она совсем как на моей картинке.
каждый месяц лечит обязательную простуду, которая никогда не занимает больше трех дней, примитивные дети такие слабые.

ключ поворачивается дважды до щелчка, ручку надо тянуть вниз совсем легко, ручки в этом мире еще слабее, чем дети. там, где в доме, в самой глубине квартиры, должно быть тихо, джослин слышит голоса.
девочка смеется, захлебывается, это восторг клэри в день рождения, когда она может, наконец, открыть подарок.
мужчина в комнате улыбается, джослин знает это потому что знает голос, знает потому что некоторые детали остаются с тобой за давностью, за близостью, не забываются ни через год, ни через пять.
потому что голос заставляет ее сорваться на бег и срывать ногти, пытаясь открыть дверь.
и когда, наконец, получается, вот он, демон.
словно ровно там же, где она его оставила, держит на руках их ребенка и между ними только смерть.
«мама, папа приехал!»
и она улыбается, ее девочка, ее, джослин не отдаст ее никому, даже господу богу.
но ведь никто кроме валентина не видел ангелов.

- клэри, подойди, пожалуйста, - голос ломается посередине фразы, некрасиво и жутко, джослин рисует на лице улыбку, справляется и с этим.
- проверим температуру.
схватить и бежать. схватить и бежать. прямо сейчас. отвлечь. схватить и бежать.
тело кричит и мысленно уже рвет мышцы.
но клэри смотрит на нее, улыбается так, будто уже любит его больше всего шоколада в мире.
не смей. не смей. она моя.
клэри не трогается с места.
- папа, что же ты не позвонил. мы бы подготовились получше. правда, милая?
бежать. схватить и бежать.
убери от нее руки.
джослин улыбается, никак не может разжать челюсть.
но она щебечет трогательное papa, papa будто никак не напробуется.
джослин протягивает к ней руки,
- отпустишь папу на секунду, клэри? он, наверное, устал с дороги.

джослин, наконец, находит его лицо глазами, не изменился ничуть.
можно порезаться, но больше хочется порезать.
следуй за мной.
немеют скулы и сцепленные в замок пальцы рук.
она справляется, конечно.

[nick]jocelyn fray[/nick][status]кто подлый, кто трус[/status][icon]https://i.imgur.com/0SUi3fP.jpg[/icon][sign]а кто тут без ран будет любим?[/sign][fandom]the shadowhunter chronicles[/fandom][char]джослин фрей[/char][lz]<center>я не верю тебе. нет, я не верю <a href="https://popitdontdropit.ru/profile.php?id=2097">тебе.</a></center>[/lz]

Отредактировано Jessamine Lovelace (2022-01-14 22:13:41)

+5

3

джонатан приносит валентину книгу, и тот читает вслух, улыбаясь — чтобы испытывать страх, человек должен иметь надежду на спасение, — вздёргивает брови, глядя в чёрные глазницы на том самом месте, где у нормального ребёнка должны быть глаза. джонатан ещё не различает чужих эмоций в достаточной степени правильно, путается в оттенках, рыщет в собственных внутренностях, но не находит ничего кроме вороха блестящих кишок и абсолютной, стерильной, лабораторной пустоты, которой немного завидует сам валентин — ему не добиться подобного эффекта ни одной из инъекций. ему кажется, что его страх джонатан чует, может за нелепыми цитатами аристотеля, к которому он пристрастился совершенно внезапно, кроется какая-то демоническая уловка — крохотное зерно надежды на то, что они обменяются содержанием, хотя бы частично, и вместо пустоты джонатану достанутся жизненные смыслы, переживания, которыми наполняют валентина последователи и соратники, он начнёт отличать смущение от нежелания говорить правду, и разберётся, когда следует бить, а когда — договариваться.
в его лице нет совершенно ничего от джослин: как валентин ни пытается, разглядеть общее не удаётся, словно не она вынашивала его долгие девять месяцев, мучимая ночными кошмарами и царапающая пальцами простыни, с тяжёлыми кольцами медных волос, сбившихся во влажный колтун после трёхчасового сна — она растворяется, и джонатан не спрашивает у валентина где мама или когда она вернётся домой; как будто бы он уже что-то понимает в причинах, по которым всё вышло вот так.

перед тем, как уехать, валентин отмывает весь дом до основания, с остервенением впиваясь пальцами в ворс тряпок и не жалея средств; когда он открывает на проветривание окна, зима проникает внутрь сразу, и оставляет после себя запах еловых шишек и горькой смолы, белого, ледяного снега, в который хочется рухнуть абсолютно всем телом и не подниматься обратно несколько лет. его раздражает привкус стылой усталости, непомерный груз ожиданий, взваленных на плечи самостоятельно — как будто если валентин распрямится, то его позвоночник сломается и он больше никогда не сможет ходить. жизнь ничего не стоит без попыток добиться желаемого, без реформаций, в отсутствие которых всё вокруг гнилое и сладкое, мерзкое, до тошноты, и такую жизнь он жить не готов: даже без джослин, даже без украденной ею чаши, без поддержки бывшего парабатай и доброй половины союзников, которые потом вернутся, проклятые конклавом. нужно немного терпения, ещё совсем немного — и всё будет хорошо.

в бруклине пахнет пылью, он неспешно бредёт от стеклянных высоток вильямсбургского банка, рассматривая людей, снующих вокруг: с охапками бумажных пакетов, коробками тайской еды на вынос, покрасневшими носами и щеками, в цветастых куртках с невыправленными капюшонами, и голова начинает болеть уже на одиннадцатой минуте — толпа подхватывает его, доталкивая до метро, шум голосов забирается в уши, вздрагивают барабанные перепонки, он на мгновение жмурится и сверяется с картой, застывая под неоново-ярким фонарём. валентину почти интересно, как джослин живёт здесь, как выдерживает этот ритм, не ноет ли у неё в висках — у чистокровной охотницы, из семьи, построившей себя на костях нежити, покупавшей ей украшения из белого золота уже в пять лет, предварительно разграбив очередную стоянку чернокнижников, — хватает ли её лицемерия на то, чтобы улыбаться тучным подругам, оплавившимся, как сырная глазурь, ходить с ними на йогу, шоппинг, или куда ещё ходят эти примитивные, заполняющие свои дни в равной степени бессмысленной пустотой. валентин думает об этом, пока добирается до подъезда и толкает от себя дверь, пока поднимается по ступенькам и извлекает из кармана стило, чертя открывающую руну; он планирует дождаться её с работы, может быть сварить себе кофе или приготовить для них что-нибудь, но замирает, осознавая, что не один — а потом ему навстречу выходит ребёнок, и сердце пропускает удар.
кларисса (к-ла-ллри-ссса) боится его ровно пару секунд, пока он не улыбается, протягивая ей первый попавшийся предмет — какую-то куклу, валяющуюся в коридоре, — а после уже радостно лопочет, спрашивая, когда придёт дядя люк, и кто он сам такой? может быть, папа?

валентин разглядывает клариссу долго — подбирающуюся поближе и споткнувшуюся о ковёр, забравшуюся к нему на руки, показавшую, куда повесить пальто, извлёкшую стило из кармана и удивлённо вертящую его в руках, — у него спирает в горле и несколько секунд он осоловело моргает, позволяя увлечь себя в гостиную, к полному ящику игрушек и разбросанным баночкам с подсохшей гуашью, альбомам, листам, плотному цветному картону и пластиковому чайнику. он раздвигает ей волосы пальцами, рассматривая скулы и форму носа, выискивая хоть что-нибудь, позволяющее понять и догадаться, и всё же находит на задней стороне шеи родимое пятно, — пока она ёрзаёт, вертится, хихикает, а он благодарит разиэля, что сидит, дожидаясь, пока голова перестанет кружиться и мир вокруг хотя бы на мгновение замедлится, прекратив.
на следующий вопрос вы мой папа?? — он вздрагивает и кивает, отвечая ей да; у клариссы глаза ангела, в ней ни грамма пустоты, она тёплая, она так не похожа на него — и не похожа на джонатана, — он вцепляется в ковёр пальцами и глубоко дышит, а мир вокруг всё вертится, и вертится, и почему-то не останавливается.
валентин не знает, кого просить прекратить.

проходит чуть больше часа в её компании — часа, состоящего из знакомств, рассказов о подготовительной школе и курсах по рисованию онлайн, наглядной демонстрации результатов, жалоб, что мама не покупает графический планшет пока кларисса очень сильно её просит, — и валентин слышит, как в двери щёлкает ключ, а по коридору неровный ритм выстукивают женские каблуки: он поднимает глаза как раз вовремя, встречая знакомую фигуру.

— я не успел позвонить, милая. замотался, добираясь.

он улыбается, а мир с её появлением наконец прекращает вращаться; валентин напрягается почти автоматически, гладит клэри? клариссу по волосам, целует её в мягкую щёку, вздрагивая. он никогда не целовал в щёку джонатана, а она льнёт к нему, насмешливая и удивительно живая. папа, папа, раскачивает кларисса его монолитный мир, мама пришла, разве не замечательно?

— всё в порядке у неё с температурой, дорогая. пойдём, поговорим? а потом и клариссу позовём, да? папа приготовит тебе ужин.

он отстраняет её и поднимается на ноги, делает к джослин шаг — полумрак в коридоре размывает её черты, — проходит мимо, по коридору и потом налево от входной двери, до маленькой кухни, где в раковине стоят грязные чашки, а на окнах — милые занавески с вязаной бахромой. валентин усмехается, замечая салфетки ровно с тем же узором и огромную кастрюлю на плите: любопытно, как джози справилась с тем, чтобы научиться готовить. там жаркое? или, может, суп?

он опирается на высокий подоконник спиной, разворачиваясь к джослин; склоняет голову набок, очерчивая её взглядом, с головы и до пят.

— включишь свет, джози? — он говорит на полтона тише. — и заодно расскажешь, как так получилось?

джози похожа на призрака.

[icon]https://i.imgur.com/KjSR7Jk.png[/icon][nick]valentine morgenstern[/nick][status]пленных не.[/status][sign]

вчера убили знакомую

[/sign][char]валентин моргенштерн[/char][fandom]the shadowhunter chronicles[/fandom][lz]руки пастыря находят <a href="https://popitdontdropit.ru/profile.php?id=607">терн</a> невидимый для каждой из овец.[/lz]

+2

4

once i had a love and it was divine, soon found out i was losing my mind

но жизнь завершает круг почета по слишком тесным улицам, путаясь и оставляя следы на слишком большом числе прохожих и все дело в том, что дышать однажды стало нечем, джослин говорили, что это наоборот переизбыток кислорода, что ты не задыхаешься, ты дышишь слишком часто.
подыши в пакетик.
воздуха больше не стало, нормой стала только невозможность надышаться.
когда она прячет нос в пахнущие вишневым шампунем волосы дочери, то чувствует, что жива по-настоящему.
клэри жива не по праздникам и не от случая к случаю, жива всегда, джослин старается.
клэри не нужно прятать лицо и нос, клариссе не нужно закрывать глаза.
джослин так старается, и все мало, все мало.
и нужно звонить магнусу.
и хочется спрятать ее, хочется чтобы она снова была внутри и никто ее не видел.
он ее не видел, он ее никогда не видел.
на щеке у клэри самый первый отцовский поцелуй и джослин хочется оттирать ей щеку мыло в ванной, а свои руки после отбеливателем.
может, ей сейчас стоит позвонить люку, а им с валентином закрыться на кухне и выпить по рюмке отбеливателя, не чокаясь?
если бы только его это убило.

- змей, - джослин шипит в удаляющуюся спину и ей это знакомо, слишком темный коридор, слишком давящие стены, и ей не нужно смотреть ему в спину дважды, но как же он смеет, какая же наглость.
он даже не думает, не ждет, что она бросится.
ей хочется.
и ей хочется не знать себя в шестнадцать или в семнадцать, и у него был первый шрам под лопаткой, от удара, и она была дурой, она смотрела на него серьезно, говорила «они всегда будут бить тебя в спину. но я? я никогда. я тебя прикрою.»
я никогда.
и джослин бессильно сжимает руки в кулаки, ровно как раньше, ровно те же декорации и те же актеры, и если прислушаться, то она услышит, как клэри за стенкой мурлычет песенку, и шуршат листы альбома, и джослин знает логику дочери, "папа" отсюда ни за что не уйдет без подарка.
рисунок от дочери. нож от супруги. бывшей.
- по какому праву ты распускаешь руки с моей дочерью?
джослин почти шипит, состоит из сплошного «она моя» и «не тронь», и каждое слово хочет воткнуть валентину в спину и во внимательные глаза, чтобы смысл впечатался.

- не распоряжайся, - цедит сквозь зубы, но щелкает выключателем, и он ослепителен, и видит ангел, она хотела бы иметь ввиду вспыхнувший свет.
- и не чувствуй себя как дома.
он не мог быть готов.
он не мог знать.
он не смог бы прийти подготовленным, он бы ничего с ней не сделал, он бы ничего не сделал с клэри, правда?
джослин прикусывает язык до крови и давится, но как же он смел, как же он их нашел,
- кроме игры в заботливого папашу, - она, наконец, спрашивает очень тихо, - я могу доверять тебе в единственной детали, ты больше ничего с ней не делал? ничего не давал ей?

и когда она остается одна, укрытая только собственной скорбью, там остается одно лицо, самое прекрасное лицо, что она видела.
не ребенок, посмертная маска, чудовище, ее чудовище.
глаза такие черные, и волосы золотые, словно нимб, словно насмешка.
она никогда не боялась валентина.
только собственного сына.
ты – мать монстров.
и даже если господь послал тебе ангела, кто-то придет и заберет ее все равно.

- и даже игра была неуместна, - джослин замирает у раковины и в этой кухне, в этом крошечном мире валентин кажется великаном, ее ярость кажется великаном и она устала до чертиков, но если есть крошечный шанс..
убеди его. заговори его. хватай клэри. беги. беги.
- это не твой ребенок, так по какому же праву ты пудришь ей мозги?
ей говорили, даже кости, которые валентин после себя оставил, были очаровательны.
кости их сына.
прекрасные останки.

джослин не верила, ни ее, ни валентина, ни тем более джонатана, благородный огонь бы ни за что не принял.
- чего ты хочешь?
я ничего не скажу тебе, я не отдам тебе ее, она моя, ни слова правды я тебе не отдам, ты ничего не получишь.
руки джослин держит за спиной, сцепляет в замок намертво, размыкает снова.
может быть, она клялась любить его и не бить в спину.
но ведь он тоже поклялся.
и больше ты ничего не получишь. я не отдам.
все это уже случалось, в другой жизни, когда они стояли по одну сторону клятвы.

[nick]jocelyn fray[/nick][status]кто подлый, кто трус[/status][icon]https://i.imgur.com/0SUi3fP.jpg[/icon][sign]а кто тут без ран будет любим?[/sign][fandom]the shadowhunter chronicles[/fandom][char]джослин фрей[/char][lz]<center>я не верю тебе. нет, я не верю <a href="https://popitdontdropit.ru/profile.php?id=2097">тебе.</a></center>[/lz]

+1


Вы здесь » BITCHFIELD [grossover] » Альтернативное » it's like a biblical fable